Следующие часа два я прожил, чувствуя себя роботом. Двигался на автомате, подчиняясь больше привычкам, чем разуму. Немного ныла голова, но пробежка немного сняла боль, а после контрастного душа и вкусного завтрака она полностью исчезла.
Мою паранойю развеяли Ханг и Томоши, подтвердившие, что коррекция памяти произошла с моего согласия и была неизбежна. Правда, когда выяснилось, что эти двое также подверглись коррекции, подозрения снова зашевелились.
От парней же я узнал, что Тисса улетела встречаться с Лиамом на остров «Белых амазонок», Ханг достиг Подводного царства нагов и уже начал наращивать с ними репутацию, выполняя квесты, а Томоши, расследуя исчезновение Кусаларикс, кое-что выяснил.
Урсайский оракул, за предсказания которого надо было заплатить миллион золотых (пожертвования принимались и в виде дорогих предметов), сообщил, что сильнейшая гоблинша Диса жива и мертва одновременно. Гирос потратил еще миллион, пытаясь выяснить подробности, но оракул дал лишь туманную подсказку: «Бесполезно искать иголку в стоге сена, если ее там нет».
– Возможно, Куся просто не в Дисе, – высказал догадку Ханг. – Но тогда где?
Еще мне напомнили, что я поручал Тобиасу передать то, что он знает, Утесу, застрявшему в Бездне. Планировалось, что наш друг проведет там лишь несколько минут, но возникли сложности – из Бездны вернулся не Тобиас, а, со слов Ханга, «какой-то неадекват».
– Все, что он делает, – сказал он, – это молится Нергалу и бормочет, какой тот весь из себя лучезарный и светоносный. Врачиха вкатила ему лошадиную дозу успокоительных препаратов, так что Тоби сейчас спит.
Парни сопроводили меня до капсулы, пожелали удачи в негражданской песочнице, а напоследок Ханг напомнил, что в нашем клане попал туда не только я, но и Большой По:
– Около трех сотен кланов взяли в аренду зоны изоляции, – заключил он. – Вряд ли вы с ним попадете в одну и ту же, но мало ли…
* * *
Я уже подзабыл, какого это – впервые погружаться в капсулу. Когда интра-гель заполнил пространство, мое обычное зрение отключилось, а вместо мутной полупрозрачной массы геля я увидел космос великого ничто.
Мгновенного погружения не случилось. Сначала проявилось полотно текста о том, что «Сноусторм» изменил пользовательское соглашение. Потом началась проверка, соответствую ли я им.
В итоге система вынесла вердикт:
Уведомление Департамента гражданства… Успешно.
Идентифицирован негражданский статус пользователя.
Негражданин Алекс Шеппард!
К сожалению, ваш персонаж «Скиф, предвестник 1 036-го уровня» недоступен для игры до прохождения вами полной программы адаптации лиц, не имеющих гражданства, и будет заморожен на это время.
Желаете удалить персонажа и создать нового или хотите использовать базовые параметры персонажа «Скиф»?
Предупреждение: в случае выбора нового персонажа персонаж «Скиф» будет удален.
Вот значит как. «Сноусторм» не смог нейтрализовать Скифа «в рамках игрового процесса», и тогда они внесли изменения в сам «игровой процесс». Учитывая, что, по заверениям разработчиков, они не могут влиять на ядро Диса, скорее всего, такой функционал как «зоны изоляции» был предусмотрен с самого начала. Вот только, возможно, совсем для иных целей. Ходили слухи, что в Дисгардиуме существует класс «мастера подземелий», просто его еще никто не получил. Возможно, именно эта фича и использовалась для последних изменений.
Я сфокусировал взгляд на нужном пункте и отказался от удаления персонажа. Здорово было бы, конечно, сменить имя и перераспределить характеристики, которые я два года назад раскидал так глупо, что бросил играть, но не ценой статусов «угрозы» и инициала Спящих!
Блокирование персонажа «Скиф, предвестник 1 036-го уровня»… ОШИБКА!
Анализ… Особые обстоятельства: персонаж имеет статус «угрозы» и не может быть заблокирован!
Анализ…
Поиск решения в рамках игрового процесса…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Решение: персонаж «Скиф, предвестник 1 036-го уровня» передан в управление игрового ИскИна с наложением штрафных санкций, запрещающих любые активности, включая двигательные, коммуникативные, а также связанные с использованием любых перков, навыков, способностей и талантов.
Перенос автономного персонажа «Скиф, предвестник 1 036-го уровня» к точке возрождения…
Выбор зоны изоляции…
Выбор сделан: «Стылое ущелье» (владелец: «Дети Кратоса»).
Создание дубликата персонажа «Скиф» в зоне изоляции.
Обнуление параметров…
Удаление приобретенных перков, навыков, способностей и талантов…
Очистка прогресса достижений…
Присвоение базовых значений…
Поздравляем, Алекс Шеппард!
Ваш персонаж «Скиф, человек 1-го уровня» создан.
Добро пожаловать в Стылое ущелье!
Промелькнувшее название локации, в которую определили Скифа, всколыхнуло что-то в памяти, но отклика не вызвало. Голова была занята другим.
Тристад, Бездна, Окаянная брешь, Преисподняя, Узул-Уруб…
В который раз в этой игре я родился на свет, чтобы начать все сначала.
* * *
…Пещера, ярко освещенная магическими шарами. Факел Истинного пламени в руках встречающего Корвина, могучего воина-титана. Его возглас удивления:
– Ну надо же! Скиф собственной персоной!
Крик откуда-то издалека:
– Скиф здесь! Переключайте точку реса!
Лязг доспехов. Свист клинка, рассекающего воздух. Потолок, меняющийся местом с полом.
Удар в сердце, который я уже не почувствовал, потому что был мертв, и торжественный крик:
– Я изгоняю тебя из Дисгардиума навсегда!
Великое ничто.
Вы мертвы.
До перерождения 10… 9… 8…
Я воскрес на том же месте. Снова Корвин и его озабоченное лицо. Снова меч, голова с плеч, пронзенное сердце.
– Я изгоняю тебя из Дисгардиума навсегда!
Великое ничто.
Вы мертвы.
До перерождения 10… 9… 8…
Процесс повторялся, менялись лишь способ умерщвления и убийца. Пещера наполнилась «детьми Кратоса», безуспешно пытавшимися изгнать «угрозу». Я сбился со счету, сколько раз погибал.
Промежутки между смертями не увеличивались, что было логично. Рабочий, застрявший после смерти в великом ничто, работать не может. Очевидно, «Дети Кратоса» выставили таймер посмертия на минимальные десять секунд при любом количестве смертей.
Мой нулевой персонаж мгновенно умирал от любой атаки. Меня жгли, поражали молнией, травили, рубили конечности, выкалывали глаза, и каждый раз смерть сопровождалась клинком в сердце и криком об изгнании. Тщетно.
Боль каждый раз была стопроцентной. Я не мог покинуть игру, потому что:
Рабочим запрещено покидать «Стылое ущелье» до истечения смены!
Осталось: 11:42:34… 11:42:33…
В череде лиц моих убийц промелькнули равнодушные лица Джошуа и Вивиан Галлахеров, еще кого-то, кого я знал, но не смог (или не хотел?) вспомнить, сосредоточенный на мантре о том, что все это не по-настоящему, что мое тело в капсуле, в безопасности. В Бездне было больнее, изощреннее, но я выстоял, выстою и сейчас.
Боль, смерть, спасительные десять секунд великого ничто, возрождение – это, судя по таймеру «рабочей смены» продолжалось не больше часа, но мне казалось, что прошла вечность.
Иногда удавалось расслышать оскорбления. Иногда – обрывки разговоров «детей». Я потерял счет времени, в ожидании новой боли бездумно радовался тому, что мой новый персонаж такой хилый и умирает сразу, что сокращает боль до пары секунд. Сколько боли пережил Скиф? Хватило бы целому дистрикту на жизнь вперед, и, тем не менее, к ней было невозможно привыкнуть.
Единственное, что мне помогало продержаться, помимо мантры, это мысль о том, что «дети» ответят. Не только за то, что происходило сейчас, но и за смерти моих друзей и еще десятков безвинных жителей Калийского дна. И с этой мыслью я сосредоточился на том, чтобы запомнить имена и лица убийц: Таранис, Корвин, Дефайлер, Джошуа, Рут, Эхо, Лин, Дарин, Шиндлер, Аспер, Ронан, Пайн, Карайна…
