Бай Ли посмотрел на Темуджина и похвалил:
– Уже чувствуется дисциплина – не орут.
Темуджин усмехнулся в ответ.
По приказу Бай Ли, привели коня. Он походил немного, разминаясь, махая во все стороны железным шаром на грозно звенящей цепи, очевидно вспоминая приемы, которыми давно не пользовался. Усевшись в седло, отъехал в дальний конец площадки и пустил коня в галоп.
На полной скорости, взмахнув кистенем, Бай Ли переломил, глухо треснувший столб, толщиной в человеческую ногу, ударив по нему с ходу железным ядром. Зрители ахнули.
– Я думал, что эта штука хуже сабли! – восторженно крикнул Субудей. – Но она лучше! Вот это оружие!..
Бай Ли подъехал к аратам и просто сказал:
– Вот так.
– Давай, теперь я попробую, – нетерпеливо произнес Тохучар, и сказал китайцам, чтобы те привели его коня. Но они его не поняли. Бай Ли пришлось повторять приказ по-китайски.
Пока подводили коня Тохучару, Бай Ли спешился и, поигрывая кистенем, предупредил:
– Ты говорил, что знаешь, как он может сыграть назад, но… Я сомневаюсь…
– Не переживай, – напряжённо голосом успокоил Тохучар, усаживаясь на своего гнедого, протягивая руку за кистенем.
Бай Ли вопросительно посмотрел на Темуджина, но не получив ответа, отдал оружие степняку. Тохучар разогнался на своем гнедом и на полном ходу ударил шаром по другому столбику, который так же с треском сломался. Все араты восторженно заорали, мол – знай наших. Тохучар подъехал к Бай Ли и с сожалением отдал кистень:
– Хорошая штука, – похвалил он оружие.
Бай Ли присмотрелся к поясу спешившегося Тохучара и показав на него, негромко спросил:
– Этим пользуешься?
Тохучар подтвердил:
– Иногда.
Бай Ли понимающе кивнул:
– Ты уже знаешь, что такое отдача?
– Да, – засмеялся Тохучар: – Получил цепью несколько раз по хребту и сразу все понял.
Темуджин опять повел командиров в казарму. А вечером, когда гости забрались в седла, Темуджин, рассмотрев на темнеющей площади Бай Ли, подъехал к нему. Чиркудай слышал, как китаец сказал, что завтра он приедет в курень, и покажет приём, который использовал его дед во время войны против киданьцев. Темуджин согласно кивнул головой и поинтересовался:
– Твой дед был киданьцем?
– Нет, – усмехнулся Бай Ли и, оглянувшись на дом потомка императоров, негромко ответил: – И дед, и отец, и я – чжурчжени. От судьбы не уйдешь… Сейчас я ненавижу свое племя.
Темуджин непонимающе пожал плечами, но, ничего не добавив, стегнул коня и вылетел из ворот в степь. Сотня командиров ринулась следом, на ходу выстроившись за нойоном в сотенный квадрат.
На следующий день Бай Ли прискакал в курень рано утром в сопровождении десяти всадников. Он о чем-то поговорил с Темуджином, и нойон подозвал Чиркудая.
– Джебе, – неуверенно начал он: – Сейчас ты возьмешь одну сотню из своей тысячи, и вы постреляете из луков вон… там, – и он указал нагайкой в степь.
Чиркудай хотел было отъехать, но Темуджин остановил его:
– Бай Ли говорит, что стрелы летят дальше с хода, чем с места. Что ты на это скажешь?
Чиркудай недоуменно пожал плечами. Он стрелял из лука и с места, и с хода, но всегда только на расстояние полёта стрелы. Летят ли стрелы с хода дальше и зачем это нужно, он не понимал. На скаку стрелять было очень неудобно. Не всякий это сможет. Но со своими нукерами он регулярно проводил стрельбы, поэтому был уверен, что они не подведут.
– Я в это не верю, – подал голос подъехавший Субудей.
Остальные командиры, слышавшие слова Бай Ли, тоже недоверчиво покрутили головами.
– Все равно, будем пробовать, – решительно приказал Темуджин.
Чиркудай вывел первую сотню в степь, а сбоку от них выстроилось все войско. Нукеры и командиры с интересом следили за Бай Ли и Чиркудаем, которые объясняли воинам сотни, куда класть прихваченные в курене оглобли.
– Это граница, – понял Чиркудай.
– Да, – подтвердил Бай Ли. – Черта, от которой вы будете стрелять с места и с хода.
Чиркудай построил сотню квадратом около оглобель и велел задним нукерам стрелять повыше, чтобы случайно не попасть в передних. Но его предупреждение было лишь страховкой – воины отлично знали, как нужно держать луки. Им это было не впервой.
По его приказу все разом выстрелили. Чиркудай тоже метнул стрелу из своего китайского лука, улетевшую в степь вместе с сотней взвизгнувших смертельных дротиков.
Все командиры и сотня Чиркудая подъехали к тому месту, где стрелы впились в сухую землю. Нукеры подобрали их и вернулись на свои позиции. А командиры стали шагами измерять расстояние от падения стрел до оглобель.
Чиркудай отвел сотню довольно далеко от границы из оглобель для хорошего разгона и резко послал Чёрного в галоп, дав рукой сигнал сотне – делай как я! За его спиной покатился гул сотни мчащихся полным аллюром коней. Прикинув расстояние, Чиркудай выбросил руку вверх, скомандовав – приготовиться, сам при этом, держал свой лук одной рукой, затем, прямо у оглобель, резко махнул рукой и моментально выстрелил. Вновь взвизгнули стрелы у него над головой.
Не останавливаясь, Чиркудай повел сотню до того места, где упали первые стрелы, и ничего там не обнаружил. Стрел, выпущенных с хода, не было! Подъехавший Бай Ли усмехнулся и показал головой примчавшимся командирам далеко вперёд. С недоверием все проехали дальше, и, на расстоянии в два с половиной полета стрелы, они наткнулись на площадку, ощетинившуюся, словно ёж иголками, сотней дротиков.
Нукеры недоуменно стали выдёргивать свои стрелы из земли. А Субудей расстроенно воскликнул:
– Я ничего не понимаю! Араты должны были знать об этом раньше!
– Может быть, забыли? – усмехнулся Бай Ли.
Темуджин выпятил нижнюю челюсть, что-то обдумывая, и, наконец, произнес:
– Я тоже не понимаю, как это могло произойти. Но такие знания нам необходимы. Подобный приём очень неожиданный. Нам легче будет побеждать, – повернувшись к китайцу, Темуджин разочарованно произнес: – Не понимаю и всё! – затем согласно кивнул головой и признался: – Я тебе проиграл, Бай Ли.
Чиркудай понял, что они поспорили.
– Мы все выиграли, – усмехнулся китаец и поехал в сторону куреня.
Теперь козлодрание стало перемежаться со стрельбой из луков с хода, сотнями. Но вскоре Темуджин приказал стрелять тысячей. Чиркудай сразу понял преимущество такой атаки против защищающегося противника, который обычно, как вычитали библиотекари из книг, прятался за повозками, и, оттуда поражал наступающих. Теперь у них было превосходство: нападая, они могли поразить обороняющихся с дальней дистанции, в то время как лучники, сидящие за повозками, были в состоянии обстрелять их только тогда, когда они приблизятся.
Чиркудай гонял по полю сотни своей тысячи, отрабатывая манёвр ухода, до линии поражения стрелами противника для первой сотни, для второй, третьей… Он шагами вымеривал расстояние, на которое летит стрела из-за укрытия, произведя несколько выстрелов. Потом провёл черту оглоблями в том месте, где воткнулись его стрелы, выпущенные с места. Заезжать за эту черту, ближним к ней сотням, запрещалось. Нукеры и сами понимали, что он от них добивается, и помогали во всю.
Несколько раз Чиркудай пробовал стрелять всей тысячей. Получалось так, что нукеры подлетая к границе, где до них не доставали вражеские стрелы, успевали сделать два выстрела.
Но что-то в этом действии было не так. Он не мог сообразить, что воины должны делать дальше, после выстрелов, и ухода в сторону. Понимал: неприятельские укрепления нужно не только обстреливать, их еще необходимо было брать! Но как? Не лезть же снова под стрелы противника, после того, как отряд ушёл из-под них. Поэтому Чиркудай на одном из вечерних заседаний в общей юрте высказал свои сомнения.
– Первые, ушедшие в сторону, должны объехать врагов и взять их в шашки сбоку, – авторитетно заявил Субудей. – Я тоже думал об этом и лучшего решения не нашел.
– Они их встретят стрелами с фланга, – возразил Чиркудай. – Это все равно, что нападать в лоб.
Присутствующие командиры с надеждой повернулись к Темуджину, поняв – что хоть стреляй с хода, хоть не стреляй, все остается по-прежнему.
Темуджин покачал головой и с сожалением сказал:
– Я не знаю, как нужно дальше поступать. А вопрос правильный. И совет Бай Ли хорош. Думайте…
– А может быть, что-нибудь есть в китайских книгах? – с надеждой произнес Тохучар.
– Мне кажется – нет! – вздохнув, заметил Субудей. – Мы уже два месяца слушаем, но я вижу, что в их книгах не очень-то много такого, что нам понадобится. Они совсем по-иному воюют.
– Мы должны знать, как они сражаются, – строго сказал Темуджин. – Нам необходимо знать, как ведут бой другие… Я тоже не очень-то верю книгам. Но, допустим, Ляо Шу не ошибается, и его заверения о том, что все происходит по одним венным законам, правда. Тогда нам без книжных наук не обойтись.
