друга еще какой-то месяц назад! Разве можно от ненависти и неприятия перейти к страсти?!
– Максим… – повторила я жалобно, не зная, как вести себя и как реагировать на его слова и действия. Я была полностью дезориентирована, мучаемая сомнениями и страхом.
– Мне так нравится свое имя из твоих уст…
– Я не буду с тобой спать… – пытаясь говорить твердо, заявила я, но даже для собственных ушей мой голос звучал неубедительно.
– О, да! Спать мы точно не будем, – хрипло рассмеялся он, прикусывая чувствительную кожу. – Я всё еще жду брачной ночи…
– Что?! – возмутилась я, отталкивая его за плечи и встречаясь взглядом с потемневшими голубыми глазами.
– А то! Ты хоть представляешь, каких сил мне стоило не накинуться на тебя в день свадьбы? Ты была словно свадебный торт, который мне не дали попробовать! – очередной неудовлетворенный стон и поцелуй, запечатавший мне рот.
Вот не зря говорят, что женщины любят ушами!
– Я так хочу тебя, Даш… – прошептал он, отрываясь от меня и пытаясь восстановить дыхание. – Чего ты боишься? Я понимаю, что для тебя это ново. Что ты ни с кем не была до меня, но… Я же чувствую, что привлекаю тебя. Или ты из тех, кто считает, что встретит прекрасного принца и…
Не в силах слушать этот глупый бред, я накрыла его губы ладонью и внимательно изучала его лицо. Ждала ли я кого-то особенного? Нет. Мне даже в голову никогда это не приходило. Я просто… была занята. Мне было не до парней, а уж тем более не до секса. Да и не ждала я от него ничего особенного. И любви не ждала.
– Я не считаю, что надо хранить себя для единственного, – делилась я своими мыслями. – Просто всё происходит слишком быстро. Я к этому не готова.
– Уверена? – хитро блеснул он глазами, убрав мою руку со своего рта. – Мне хватит и пяти минут, чтобы сделать так, чтобы ты была готова…
– Это нечестно! Играть с моими чувствами…
– Я и не думал играть! Если бы я не относился к тебе серьезно, никогда бы не полез. Думаешь, для меня это просто? Почему ты мне не веришь? Разве я обижал тебя?
– Обижал! – возмутилась я. – Не ты ли заявлял, что я не в твоем вкусе?! Всё время твердил о том, какая я… неженственная! – после небольшой заминки нашла я подходящее слово.
– Ты самая женственная, а я самый большой дурак на свете! – с раскаянием проговорил он, садясь и обнимая меня. – Прости, Дашуль! Я был таким дураком! Мерил тебя мерками сестры! Юля оставила во мне столько разочарования, что я не мог даже допустить мысли, что вы не похожи друг на друга…
– А сейчас? – выдохнула я, тронутая его словами и искренностью, прозвучавшей в них.
– А сейчас ты для меня нечто чудесное! Я не верю, что такие, как ты, существуют, и я очень хочу, чтобы ты была моей женой. Не для Булочки, а потому что ты нужна мне.
– Нужна?
– Очень нужна, – прислонил он свой лоб к моему, явно пытаясь успокоить бушевавшее в крови возбуждение.
– А если ничего не выйдет? Если всё будет не так, как ты себе представлял? Я ведь всё еще та Даша, которая тебя раздражает. Я всё еще люблю толстовки с джинсами и розовый цвет…
– Я готов скупить тебе весь спортивный отдел магазина, если это сделает тебя счастливой! – перебил он меня.
– И мириться с моей неженственностью?
– Ты самая женственная девочка на свете, – дотронулся он снова до моих губ пальцем. Они словно взывали к нему, и он не мог не обращать внимания на мой рот.
Максим
Моя малышка… Сладкая, нежная девочка, чья чувственность пробуждалась под моими ласками. Я не мог остановиться и, охваченный страстным желанием, забывая обо всем, целовал ее припухшие губы и постепенно избавлял от одежды. Сначала она смущалась, опускала взгляд и действовала скованно, но постепенно раскрепощалась. С ее губ начали срываться стоны, горячее дыхание оседало на моей коже, тугой от напряжения.
– Не бойся, – шептал я ей прямо в рот, видя, как она смущается. – Откройся мне, Дашуль… Ты такая красивая. Твоя грудь сводит меня с ума, – прохрипел я, стянув с ее груди лифчик. Тот день, когда я застал ее полуголой, встал перед глазами, и я улыбнулся тому воспоминанию. Именно тогда я понял, что запал на свою вынужденную няню, но в тот момент даже и представить не мог, что… полюблю ее…
– Я… – проговорила она тихо, но я опустил палец ей на губы.
– Тсс, не надо слов, просто расслабься.
Склонил голову и стал целовать темные вишенки сосков. Заострившие пики ясно говорили о том, что моя девочка мне отвечает. Она выгнулась и обхватила мою голову, притянув к себе и побуждая к дальнейшим ласкам.
– Нравится?
– Да…
Усмехнувшись, я стал всасывать в рот камешки сосков, одновременно стягивая с Даши оставшуюся одежду и раздеваясь сам, она помогала мне, укладываясь на спину и смущенно прикрываясь руками.
– Не надо, – развел я их в стороны, любуясь. – Ты совершенство.
– Это вряд ли, – улыбнулась она, немного становясь собой прежней. Острая на язычок Даша вернулась, спрятав ту скромняшку, которая не хотела мне открываться.
– Будешь со мной спорить, жена? – прорычал я властно, наклоняясь над ней и проделывая дорожку из поцелуев ниже груди, переходя на живот, который тут же прогнулся.
Кромка белых трусиков манила взгляд. В штанах все стояло колом. Наверное, я не выдержу и сольюсь прямо в боксеры, не дав Даше того, чего она достойна. Слишком сильно я ее хотел и не знал, как сдержать возбуждение, не напугать ее и сделать эту ночь самой запоминающейся в ее жизни.
– Макси-и-им… – протянула она, когда я зубами стал стягивать с нее белый лоскуток. Для сохранения самообладания пока оставаясь в брюках. Вид голой Даши оказался почти непереносим для глаз.
Я и не подозревал, насколько она изящна и стройна без этих своих спортивных шмоток. Белая кожа в полумраке почти мерцала. Немного уняв вожделение, я продолжал гладить ее
