Читаем без скачивания Неземное тело - Галина Куликова

— Дело в том, Антон, что наш герой как раз отлучался. Все происходило по заранее намеченному плану. Саша поделилась с ним тем, что будут показывать ее клип. Он придумал устроить общий просмотр и подал ей такую идею. Загодя заказал Леночке индейку, запеченную в духовке. И сжег ее! Ему нужно было, чтобы Арина обязательно открыла окно, ведь кондиционеры в доме не работали. Примерно рассчитав время, он сказал Леночке, что им нужно поговорить, и назначил ей свидание возле бассейна. Она отправилась туда и стала его ждать.

Лайма не сводила с Гракова глаз, а он слушал ее с едва заметной улыбкой удовлетворения, словно она рассказывала о том, как они вместе удили рыбу.

— И вот в тот момент, — продолжала она, — когда общество собралось смотреть клип Саши, вы, Степан, зашли на кухню, отворили окно, спустились в сад, достали из кармана маленький МРЗ-плеер и повесили его на ветку. В плеере есть встроенный диктофон — я читала каталог, по которому вы выбирали модель. Вы заранее сделали запись своего голоса и в подходящий момент воспроизвели ее. Сняли с себя одежду, дошли до бассейна, убили Леночку, вернулись обратно, вытерлись полотенцем и снова оделись. Кстати, где вы его взяли?

— Полотенце? — спросил Граков, ни капельки не удивленный тем, что она так гладко рассказывает. — Взял возле бассейна. Их было два.

— Почему вы не оставили его там, на шезлонге?

— Я испугался. Подумал: вдруг убийство не удастся выдать за несчастный случай? Тогда приедут криминалисты и отдадут полотенце на экспертизу. Наверное, они смогли бы определить, что им вытиралась не Леночка. Мне следовало его спрятать.

— Ну, этого уж не может быть, — сердито сказал Корнеев. — Милиция обыскала все. Никакого полотенца нигде они не нашли.

— Дело в том, что его унесли, — спокойно произнесла Лайма.

— Унесли? Но кто?

— Собака.

Анисимов не мог скрыть волнения. Собака! Конечно, Арчи ведь ходит за Граковым хвостом, и тот научил его каким-то командам.

— Когда вы говорите: «Помогай, Арчи!», пес несет поноску к вам домой. А когда приказываете: «Домой!», куда он тащит вещь?

— К себе в будку. — Граков улыбался так, словно этот фокус ставил его очень высоко как дрессировщика.

— В будке у Арчи, — кивнул Граков. — По крайней мере, должно там быть. Он наверняка пользуется им как подстилкой.

— Итак, вы вытерлись, оделись и сбагрили мокрое полотенце Арчи, который перескочил через низкую внутреннюю загородку между участками и унес его к себе в будку. И после этого вы увидели, что вашего плеера на месте нет, верно?

— Он увел его у меня прямо из-под носа! — Граков до сих пор не мог с этим смириться и негодовал на полном серьезе.

— Чуприянов? — сообразил Анисимов. — Украл плеер?

— Чуприянов, — подтвердила Лайма. — Степану и в голову не приходило, что в новом супер-дрюпер доме вдруг не заработает телевизор. Он не ожидал, что кто-то выйдет в сад до того, как окончится Сашин клип.

— Полагаю, Дима не сразу догадался, что означает разговаривающий голосом Гракова плеер на ветке дерева, — рискнул предположить Анисимов. — И только когда Леночку нашли, он, вероятно, понял, что подобрал настоящее сокровище.

— Оставалось лишь дать знать хозяину, что плеер у него, и начать торговаться, — подвела черту Лайма. — Помните, когда мы сидели у Степана, Дмитрий достал каталог электронных товаров, нашел ту самую модель, которую украл, и заявил: «Эти штуки, конечно, дорого стоят… Иногда просто целое состояние. Но ради того, чтобы жить хорошо, с удовольствием, можно и раскошелиться». Это был завуалированный шантаж.

— Мне не потребовалось ни времени, ни особых сил, чтобы вернуть мою собственность обратно.

— Какой цинизм! — не выдержал Анисимов. — Вы избили Чуприянова, а потом пытались вызвать для него врача, хлопотали и все такое…

— А вы бы как поступили, владей он уликой против вас?

— Я не убийца, — отрезал Анисимов.

— Вот чего я не понимаю, — подал голос долго молчавший Корнеев. — С какой стати Леночка вдруг стала всем рассказывать, что ее могут убить? Лайме рассказала, Бабушкину…

— Мне кажется, Степан начал ее запугивать, — быстро ответила Лайма. — Вы ведь пугали ее, правда? По-настоящему пугали. Знаете, как я догадалась? В тот вечер, когда Антон с Димой подрались, Леночка плакала. Вы подавали ей платок и что-то шептали на ухо. Я думаю, все выглядело совсем не так, как было в действительности. Вы не успокаивали ее, а пугали. Именно поэтому она плакала. Я еще тогда подумала — глупый повод рыдать. Подумаешь — драка!

Гракову на секунду изменило самообладание. Его глаза блеснули злостью.

— Женщины! — сказал он сквозь стиснутые зубы. — Никогда не думал, что споткнусь о такую малость… Когда я снова окажусь на свободе, организую партию женоненавистников.

Лайма хмыкнула. Она не думала, что этот тип когда-нибудь окажется на свободе. Подняла руку и щелкнула пальцами, разрешая увести задержанного.

В Москву они возвращались вчетвером. Перед отъездом Медведь пожаловался Корнееву:

— Вот так всегда! Как голливудские звезды на съемках каждого фильма находят себе новую женщину, так наш командир на каждом следующем задании находит нового мужчину.

— Что делать, если они не выдерживают конкуренции с ее работой? — пожал плечами Корнеев.

Лайма, которая услышала их диалог, подошла и сказала:

— У этого есть все шансы. Он смел, великодушен, терпелив и умен. Он, в конце концов, талантлив. Правда, я еще не читала его книг, но уверена, что они самые интересные на свете!

Как только она отошла, Корнеев заметил:

— Ставлю ящик пива на то, что она его бросит, не дожидаясь следующего задания.

— А я ставлю два ящика, что нет.

Медведю страстно хотелось проиграть, но он ни за что бы в этом не признался.

В машине Лайма и Анисимов устроились на заднем сиденье и всю дорогу жались друг к другу, как голуби. Когда въехали в город, писатель широко улыбнулся и сказал:

— Дорогая, я думаю, тебе нужно уволиться из следователей. Этот твой экологический надзор — слишком опасная штука для такой хрупкой женщины, как ты. Кроме того, я люблю тебя и буду волноваться, если ты станешь шастать где ни попадя.

Лайма открыла рот и не нашлась, что ответить.

— Не хотите ли пива? — спросил Медведь, обернувшись к Анисимову. — Ящик? А? Как вы на это смотрите?

— Ящик? — испугался тот. — Ну, это уж слишком.

— Ничего-ничего, — ответил сияющий Медведь. — Сегодня вы честно его заслужили.