ухищрениям, чтобы навязываться ему. Показаться ему на глаза стремятся многие, но не более того. Поэтому, если вдруг Вольфганг посещает бал, там будет не протолкнуться. От невест в глазах рябит, — рассмеялась она и улыбнулась мне. — Наконец-то с этим будет покончено, — с облегчением выдохнула женщина. — Я уже думала, что боги прокляли нас, и мой сын никогда не встретит свою суженую. Обычно огненные маги к своей первой сотне лет уже воспитывают детей. Вольфганг подзадержался. Но я надеюсь, вы с ним быстро исправите эту оплошность судьбы, — от этих слов я чуть не поперхнулась чаем.
Хотела сказать ей, что я не собираюсь рожать от ее сына ни при каких обстоятельствах. Однако, я решила промолчать. Не хочу разводить конфликт на пустом месте.
— На приеме малого света будут присутствовать министры и ближайшие друзья, — продолжила леди Катарина. — А также их жены. Ты будешь держаться подле меня. Я представлю тебя в числе своих фрейлин. Присмотришься ко всем, освоишься, а там и во дворец переедешь.
— А что потом? — со звенящей в голосе болью спросила я.
— Свадьба, замужество, брак, — произнесла женщина, будто это что-то само собой разумеющееся и решенное.
— А если… Если я не хочу за него замуж? — выдавила я из себя.
Леди Катарина удивленно приподняла брови, будто не подняла, о чем я говорю.
— Вы предназначены друг другу богами, — напомнила она после неловкой паузы.
— Не знаю, мне боги ничего о нем не говорили, — пожала плечами я. Катарина рассмеялась, будто я пошутила.
— Но он чувствует в тебе свою суженую, — возразила Катарина. — Знаешь, я не припомню ни одного случая, когда бы стихийник встретил свою суженую, и они были бы несчастливы. Понимаешь, что такое суженая? Это означает, что структура твоей сущности идеально подходит для его стихии.
— Конструктор для стихийников, — не удержалась и хихикнула я. — Найди женщину с нужной формой сущности и получи приз — наследника! — нервно рассмеялась я, и книга, не оценив шутку, рухнула с моей головы.
Бум! Фолиант раздавил предназначенную мне кружку с чаем. Осколки разлетелись по всему столу.
— Ничего страшного! — заявила леди Катарина, не успела я даже сказать «Извините». — Слуги все уберут. Такое бывает.
Пока слуги в голубой униформе убирали последствия моей неуклюжести, леди Катарина молчала. Похоже, она не хочет, чтобы правда обо мне дошла до ушей слуг. Для них я — лишь неуклюжая воспитанница императрицы, и не более того.
— У тебя есть образование, Аннабель? — поинтересовалась леди, когда слуги ушли, а для меня налили новую кружку чая.
— Я училась в академии магии, — сообщила я ей факт из своей биографии.
— Правда? — искренне обрадовалась леди, просияв, словно ребенок, которому показали игрушку.
— Но меня отчислили через два года, — произнесла я, и улыбка Катарины погасла, как звезды на рассвете.
— Как же так? — приподняла брови она.
— Не поладили с ректором, — обтекаемо ответила я.
Глава 31
— Да? С каким? Я знакома с ректорами всех академий империи, — мне показалось, мать Вольфа засомневалась в том, что я говорю ей правду.
— Ректор Готтер, — выдавила я из себя имя, от которого захотелось прополоскать рот.
— Готтер? Прекрасный мужчина. Как можно было с ним не поладить? — удивилась она.
— Ваш сын тоже прекрасный мужчина, по вашим словам, — с терпеливой улыбкой заметила я. — Похоже, те, кого вы считаете хорошими, весьма неоднозначные люди, — деликатно выразилась я.
Напряжение между нами начало нарастать. Леди Катарина смотрела на меня тревожным взглядом. Я ожидала услышать от нее нечто резкое, но она протянула нечто иное:
— О ректоре Готтере ходили нехорошие слухи… Они всегда витают вокруг известных людей, но я не верю наговорам, — поджала губы она. — Что именно произошло между тобой и Готтером? — прямо спросила она.
Я закусила нижнюю губу. Впервые я встретила человека, который, узнав о моем конфликте с ректором, не обвинил меня ни в чем. Она сама попросила рассказать ей мою версию случившегося. Удивительно. Вот уж не думала, что когда-нибудь это случится.
— Он меня шантажировал, — сказала, как есть.
— Вот как? — удивилась леди Катарина. — Чем же?
— Он заметил, что у меня особые отношения с природой, — я решила не признаваться в том, о чем наверняка скоро станет известно всем приближенным Вольфа. Пусть до последнего не знают о том, что я ведьма. — Однако, ректор быстро понял, что мои магические способности гораздо сильнее, чем я пыталась ему представить. Он стал давать мне поручения. Сначала небольшие, вроде приготовить зелье или собрать редкие травы для академии. Но затем все стало гораздо серьезнее. Он начал просить приготовить яды, — произнесла я и сглотнула вставший в горле ком.
— И ты готовила? — в голосе леди проскользнул холодок.
— Я изготовила яд для крыс, — призналась я. — Он сказал, что в академии они завелись, хотя я никогда их там не видела. После того, как я успешно справилась, Готтер попросил приготовить для него черную жабу, — выдохнула я, прикрыв глаза. Это известный яд, который, тем не менее, довольно сложно обнаружить при вскрытии.
— И ты приготовила? — спросила Катарина и громко сглотнула.
— Нет, — покачала головой я, вновь прокручивая в голове тяжелые воспоминания. — Я отказалась. Черную жабу не используют в хозяйственных целях, ею травят магов, — выдавила я из себя и посмотрела вдаль. До сих пор на душе кошки скребут ото всей этой истории, в которую я умудрилась вляпаться.
— И что он? — леди Катарина требовала продолжения.
— Конечно, ему это не понравилось, — я начала нервно теребить свое платье. — Он начал угрожать отчислением, если я не соглашусь плясать под его дудку. Но у меня были безупречные оценки, преподаватели меня любили и знали, что отчислять меня не за что. Тогда Готтер пошел дальше. Он стал угрожать, что заявит на меня в полицию по магическим преступлениям. У меня нет лицензии на изготовление ядов. Но я сказала ему, что в таком случае ему придется сознаться в том, что он помогал мне. Именно Готтер дал мне те ингредиенты, которые я не могла достать сама. Поэтому, я сказала ему, что остаюсь в академии. Мне
