Хонор резко вдохнула; дыхание ее было неровным, и она распрямила плечи, сердито вытирая ладонью мокрое лицо.
– Готовьтесь к записи, лейтенант Метцингер, – сказала она со сталью в голосе, таким тоном, какого от нее еще никто не слышал, и офицер связи сглотнула.
– Записываю, мэм, – сказала она тихо.
– Посол Лэнгтри, – сказала Хонор тем же опасно ровным тоном. – Ваше сообщение получено и понято. Сообщаю, что моя эскадра уже участвовала в столкновении и уничтожила три ЛАКа, которые я теперь считаю принадлежащими Масаде. Мы получили повреждения, есть жертвы, но наша боевая мощь не пострадала.
Она снова сделал глубокий вдох, чувствуя обращенные на нее взгляды офицеров и матросов.
– Я продолжу движение к Грейсону на максимальной возможной скорости. Ожидайте моего прибытия на орбиту через… – она проверила экран астрогации, – примерно через четыре часа двадцать восемь минут с настоящего момента.
Хонор уставилась на экран, и краешек ее губ дернулся. В карих глазах горела железная решимость, закаленная на огне гнева и выкованная горем и виной, и голос ее был холоднее космоса.
– Пока у меня нет полной информации, детальные планы сформулировать невозможно, но вы можете сообщить правительству Грейсона, что я собираюсь защищать систему в соответствии с очевидными намерениями адмирала Курвуазье. Пожалуйста, подготовьте для меня полное досье. В частности, мне потребуется немедленная оценка оставшихся у Грейсона военных возможностей и назначение офицера связи к моей эскадре. Я встречусь с вами и старшим офицером Грейсона в посольстве через десять минут после прибытия на орбиту Грейсона. – Харрингтон закончила.
Она выпрямилась, уверенно и упрямо, и ее решимость передалась команде. Они не хуже своего капитана знали, что весь грейсонский флот, даже если он совсем не пострадал, будет бесполезен против противника, которого она только что поклялась встретить. Скорее всего, кто-то из них или их друзей на других кораблях эскадры погибнет, а умирать никто не хотел. Но кто-то из друзей уже погиб, а на них самих напали.
Никто из офицеров Хонор не был протеже адмирала Курвуазье, но многие у него учились, и он был одним из самых уважаемых офицеров флота даже для тех, кто никогда не встречал его лично. Если был шанс расправиться с теми, кто его убил, экипаж был только рад этому.
– Запись готова, капитан, – сказала лейтенант Метцингер.
– Отошлите ее. Потом установите еще одну телеконференцию с «Аполлоном» и «Трубадуром». Удостоверьтесь, что у коммандера Трумэн и коммандера МакКеона есть копии сообщения сэра Энтони и подсоедините их к терминалу в моей комнате для инструктажа.
– Есть, мэм, – сказала Метцингер, и Хонор встала. По пути к люку в комнату инструктажа она оглянулась на Андреаса Веницелоса.
– Мистер ДюМорн, вахта ваша. Энди, пойдем со мной.
Ее голос был все еще резким, а лицо застывшим. Горе и вина рвались на волю, раздирая ее душу, но она отказывалась прислушаться. С этим успеется разобраться после охоты.
– Есть, мэм. Вахта моя, – тихо сказал ей в спину лейтенант-коммандер ДюМорн, когда она открыла люк. Она его уже не слышала.
Глава 17
Коммандер Мэннинг остановился перед комнатой для инструктажа и глубоко вдохнул.
Мэннингу нравился капитан Ю. Во флоте, где многие офицеры происходили из семей Законодателей, он был редким примером человека, который сделал себя сам. Ему наверняка пришлось нелегко, но каким-то образом капитан вплотную приблизился к флагманскому рангу и при этом не забыл, что пережил по пути. Он обращался с офицерами твердо, но с уважением и никогда не забывал тех, кто хорошо ему служил. Томас Тейсман командовал «Владычеством» потому, что он служил с Ю раньше и Ю хотел именно его видеть на этой должности. Самого Мэннинга назначили старпомом на «Гнев» по тем же причинам. Такое обращение принесло капитану верность и личную преданность многих, но он, в конце концов, был человеком. У него случались плохие дни, а когда командир – любой командир – не в настроении, подчиненные ходят на цыпочках.
А сегодня у капитана были все поводы потерять спокойствие, подумал Мэннинг, нажав на кнопку вызова.
– Да? – Донесшийся сквозь динамик голос был, как всегда, вежлив, но для знавших его хорошо в нем чувствовалась опасная ровность.
– Коммандер Мэннинг, сэр.
Люк открылся. Мэннинг вошел и встал по стойке смирно. Какое-то шестое чувство подсказало ему сделать это по-хевенитски.
– Вы хотели меня видеть, сэр?
– Да. Садись, Джордж.
Ю указал на стул. Коммандер слегка расслабился, когда капитан назвал его по имени.
– Какова ситуация с пятым силовым лучом?
– Инженеры говорят, еще десять-двенадцать часов. – Лицо Ю напряглось, и Мэннинг постарался избежать оправдывающегося тона. – Компоненты не были рассчитаны на такой высокий уровень постоянного потребления энергии, капитан. Инженерам придется добираться до сердечника, чтобы сделать необходимые замены.
– Срань Господня!.. – Ю нервно взъерошил волосы – чего он никогда не позволил бы себе в присутствии масадца, – а потом неожиданно грохнул кулаком по столу.
Мэннинг постарался не вздрогнуть. Для капитана такие взрывы были не характерны, но эти масадцы могли и святого свести с ума. Мысль была несмешной, но факт, что капитан уже опустился до ругательств, показывал, насколько его довели.
Ю снова ударил по столу, потом со стоном откинулся в кресле.
– Они идиоты, Джордж, чертовы идиоты! Мы могли бы уничтожить все, что осталось у Грейсона, за час, да даже за пятнадцать минут, но они нам не дают!
– Да, сэр, – тихо сказал Мэннинг. Ю поднялся на ноги и стал ходить взад-вперед по комнате, как тигр в клетке.
– Если бы дома мне кто-нибудь сказал, какие здесь люди, я бы назвал его лжецом, – прорычал Ю. – Мы почти добили Грейсон, а они способны видеть только собственные потери! Черт побери, на войне людей убивают! И поскольку «Мадригал» потрепал их дохлый флот, они наложили в штаны так, будто против них уже выступил основной флот Мантикоры!
На этот раз Мэннинг тактично промолчал. Что бы он ни сказал, было бы только хуже.
Никто, включая капитана Ю, не был готов к тому, насколько хороши оказались противоракетные системы мантикорцев. Они знали, что электронное оборудование на Мантикоре лучше, чем у них, и заложили в расчеты некий коэффициент превосходства и для остальных систем, но скорость и точность обороны «Мадригала» изумила всех. Простого уничтожения не вышло, и если бы эсминец не перегрузил свои системы, пытаясь прикрыть остальные корабли, то он скорее всего ушел бы вообще неповрежденным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
