с воздухом и сорвал с себя шлем и маску, и это движение заставило меня поморщиться.
— Видишь? Что я тебе говорил? — Олсен протянул мне бутылку воды, пока я расстёгивая свою куртку. — Выбил плечо.
— Может перестанешь учить их делать их работу и вернёшься к своей?
— Ты уверен, что с тобой всё нормально?
— Всё будет прекрасно. Но шефу понадобятся все руки.
Олсен посмотрел на Стиви.
— Ты ведь присмотришь за нашим парнем?
— Конечно. Можешь, пожалуйста, сесть тут на носилки и перестать двигаться?
Олсен хохотнул.
— Удачи в попытках его приструнить.
Я забрался на носилки.
— Возвращайся к работе, и, Олсен?
— Да?
— Вернись домой целым.
— Понял, Кей Би.
Когда он убежал к шефу Паркеру, ожидая следующего приказа, я был благодарен, что пока мы доставали из огня только выживших. Я надеялся, что к утру так и останется, но пройдут часы, прежде чем мы будем знать наверняка.
Я поднял взгляд на бесконтрольно пылающий пожар и пытался игнорировать жгучую боль в плече… а также мысли о том, насколько хуже всё могло быть.
Я был жив и надеялся, что все выберутся из этого такими же.
Только это и было важно.
Глава 32
Баш
Позже тем вечером я был по уши занят рабочими имейлами, пытаясь сделать как можно больше дел, чтобы не чувствовать себя виноватым, когда сделаю перерыв для Кирана. Владение собственным бизнесом всегда вынуждает жонглировать личной и профессиональной жизнью. И я считал, что хорошо с этим справляюсь, если всё учесть.
Гудение телевизора на заднем плане обеспечивало фоновый шум, в котором я нуждался, чтобы оставаться сосредоточенным, подбивая числа и просматривая предложения, которые мне отправил Джексон. Он хорошо всем управлял, пока меня не было. Не то чтобы я ожидал меньшего.
Я отправил последний имейл и потянулся за своей водой, на которую совсем недавно переключился. Стейк, который я заказал на ужин, стоял рядом практически нетронутый, уже остывший и не аппетитный. Я не был голоден.
Поставив стакан обратно на стол, я поднял взгляд на телевизор и увидел Александра Торна в новостях, и нахмурился. Либо время от меня ускользнуло, либо он был в эфире позже, чем обычно. Я бросил взгляд на часы и увидел, что уже действительно поздно для обычных вечерних новостей. Я потянулся за пультом и увеличил громкость.
— Крупный пожар на двух заброшенных складах Чикаго всё ещё продолжает бушевать, на месте работают пожарные станции со всего города. Говорят, что склады являются ночным жилищем для многого бездомного населения города, и источники сообщают нам, что внутри здания всё ещё находятся люди. Давайте дадим слово Кейси МакКейл, чтобы услышать последние новости.
О нет. Пожалуйста, скажите мне, что Киран не на том пожаре.
Трансляция переключилась на женщину на месте событий, позади неё стояло охваченное огнём трёхэтажное здание. Когда она начала говорить, ней пришлось перекрикивать рёв огня, но она успела сказать не больше пары слов, прежде чем кто-то вдруг толкнул её вперёд.
— Двигай, двигай, двигай! — кто-то кричал, и когда на экране люди отошли ещё дальше от здания, внезапно произошёл взрыв на верхнем этаже, а затем ещё один. Ночное небо осветили огромные шары огня, посылая в воздух дождь из искр.
Мой желудок мгновенно связался в узел. Я с ужасом наблюдал, как пожарные идут обратно к зданию, чтобы бороться с неодолимым огнём. Чёрт, это была работа Кирана. Он делал это ежедневно. Забегал в горящие здания, ставил себя в сумасшедшие ситуации. Хоть я и знал это, хоть меня самого спасли из пожара, при виде опасности и хаоса на экране риски, с которыми он сталкивался каждый день, стали намного реальнее.
На экране снова появился Александр, с обеспокоенным выражением лица.
— Кейси, ты здесь?
Через несколько секунд камера поправилась, и девушка появилась снова.
— Как вы видите, всё здесь стало ещё опаснее. Невозможно сказать, сколько людей ещё находятся внутри, хотя по нашим данным, пожарные спасли минимум дюжину наших городских бездомных. Мы ещё не уверены, как начался пожар, но сейчас это гонка со временем, чтобы успеть спасти всех.
Мои глаза были приклеены к экрану, в поисках любого признака, что Киран там. Я пожалел, что не спросил номер его грузовика, потому что видел их в линии на заднем плане, вместе с несколькими скорыми и полицейскими машинами.
— Просто напомним, что этот пожар на пересечении Виски и Тёрнер, и движение было перенаправлено, так что, пожалуйста, если вы в городе, избегайте этой зоны, — Кейси сделала паузу, прикрывая наушник, пока слушала. — Итак, нам поступают отчёты о пожарных, получивших ранения во время спасения. Не уверена, относится ли это к взрывам, которые мы только что видели, но сейчас мы видим, как команда несёт их в безопасность.
Камера прошлась по зданию к одному из дальних выходов, где дым валил такой густой, что ничего не было видно. Я слышал крики и видел, как скорая и медики спешат к тем, кто выходит из здания. Когда дым начал немного проясняться, я увидел нескольких пожарных, держащихся вместе. Они будто помогали одному из своих… Нет, подождите. Двоим. Первый, кого я увидел, был сильно ранен, потому что ещё практически тащили на руках, а второй мог идти с помощью кого-то ближнего.
Боже милостивый. Как Киран с этим справлялся? Я сходил с ума, просто наблюдая за этим. Я спрыгнул с дивана, нужно было двигаться или делать что-нибудь, а не просто сидеть.
Ходя из стороны в сторону, я грыз ноготь на большом пальце и ждал увидеть, где находится Киран, чтобы убедиться, что он в безопасности. Потому что он был в безопасности. Или будет. Я просто не мог представить никакого другого исхода для мужчины, такого смелого и идеального во всех отношениях.
Камера вернулась к зданию, и я закричал на экран.
— Назад, ублюдки. Покажите их лица или скажите, кто ранен, — я потёр лицо руками, продолжая вытаптывать дыру в полу.
Теперь было очевидно, что такая жизнь у всех, кто состоит в отношениях или привязан к тому, кто служит в команде экстренного спасения. Ожидание и надежды, что в конце дня этот человек вернётся домой живым и целым. Я знал Кирана всего несколько дней, а меня уже тошнило от мысли, что он на этом пожаре. Я не мог представить, как можно каждый день отправлять своего любимого в опасность.
Когда камера отъехала, чтобы показать, как языки пламени поднимаются к небу, я наконец увидел скорые, загруженные ранеными пожарными. Я не мог сказать, кто был первым, но моё сердце остановилось, когда
