рыдать от того, какой она стала. Я верну её. Верну. По-другому и быть не может.
Шайло и Кай рискнули своей репутацией ради меня. Девчонку могут депортировать, а принца отлучить от двора. Они совершили серьёзный проступок, потому что доверились мне, и я вечно буду благодарен им.
— Какой план, Вестерхольт? — спросил меня Его Высочество.
Представляю, каким психом в его глазах я выгляжу сейчас. Заманил их чёрт знает куда подговорил похитить мою возлюбленную. Как сильно же они мне доверяют? Или просто жалеют убогого?
И не они одни!
Я улыбнулся и указал ему на приближающиеся к реке огоньки.
Музыканты и певцы шли к нам в потёмках, подсвечивая себе дорогу фонариками видеофонов, тащили тяжелое оборудование и громко ругались.
— Нана пропустила финал конкурса, я решил привести конкурс к ней.
17.2
Лишь ленивый не знал про нашу печальную историю любви. Она давно стала достоянием не только Острайха, но и выползла дальше по Эфиру. Понятия не имел, жалели ли меня все пришедшие сегодня, или просто верили в волшебную силу музыки. Мне было не всё равно. Главное, они здесь и готовы помочь. Показывал всем ноты. Давал инструкции. Старался не думать, откуда у Немета панфлейта моей девушки. Сейчас было важно воплотить в жизнь невозможную задумку и надеяться, что Нана не убьёт меня, когда проснётся, а она будет очень зла. На то и расчёт!
Взял её скрипку, нежно провёл пальцами по смычку. Как же она разозлилась, когда я взял его в зубы перед отборочными. Именно эта пушистая ярость столкнула нас вновь, и сегодня я хочу разозлить мою змейку ещё сильнее в надежде, что она спалит к чертям весь этот луг и осушит реку.
Коснулся струн, планируя рассказать нашу историю без прикрас. От начала и до конца, с первого взгляда и до последнего судорожного вздоха. Я ничего не пропущу, моя змейка, и тебе придётся проснуться, чтобы остановить меня!
***
Сбилась со счёта, сколько дней прошло в этом месте. Один, два... годы. И существует ли что-то помимо берега реки.
Уже не сопротивлялась прописанному мне сценарию и послушно плыла по течению.
Вот мама зовёт меня, я бесконечно долго бегу, всплеск, крики. Криков отчего-то слишком много. Кто кричит? Не разобрать.
Иногда я пытаюсь заговорить с мамой, но она ничего не отвечает, а лишь раз за разом повторяет моё имя.
Нана... Нана... Нана...
Кто-то ещё звал меня так же. Кто-то очень важный.
Все жду, что небо стянет грозовыми тучами, но это уже давно не происходит. Вот только у меня внутри всё подскакивает от предвкушения. Искрит и волнуется, словно вот-вот на луг прибудут приглашённые на день рождения гости.
— Нана, иди сюда!
Сегодня определённо что-то было не так. Когда ты видишь повторяющуюся тысячи раз картинку, то начинаешь подмечать каждую мелочь. Вот ветер сменил направление и дует не в спину, а в лицо. Трава другого оттенка. Не идеально зеленая, а с жухлыми стебельками. Настоящая. Захотелось потрогать её рукой, убедиться, что я не сошла с ума дважды, застряв в собственном безумии.
Вытянула руку, и у меня из ладони что-то выпало. Жадно бросилась за этим новым элементом хаоса в моём упорядоченном аду. Раздвигала травинки, пока не увидела на земле монетку.
Руки задрожали, и мир вновь пошёл трещинами. Зажмурилась. Надеюсь, я не провалюсь ещё глубже в делирий. На всякий случай вцепилась в траву. Буду карабкаться, цепляться, но больше не упаду.
— Смотрите, мой первый заработок!
Открыла глаза и очутилась на ярмарке рядом с парнем и девушкой. Они были так сильно похожи. Нетрудно догадаться, передо мной брат и сестра.
— Винсент, ты обещал, что мы создадим группу, — обиженно говорю я.
На деле же внутри всё клокочет от чувств к этому парню. Ухает в сердце, долбит в висках. Люблю его. Как же сильно я люблю его строгий взгляд, черные всклокоченные волосы, блестящую серьгу на губе. Я знаю её вкус. Соль и металл.
— Сначала нужно выучиться!
Меня тут же уносит с ярмарки, хоть я отчаянно сопротивляюсь.
Зачисление первокурсников. Я поступила в академию Святого Михаила. Оборачиваюсь. Ищу его взглядом. Мы же обещали друг другу учиться вместе.
Но его нет рядом. Мы поссорились, расстались? Он нашёл другую. Это невыносимо!
– Убогий лабух! — кричу ему, пытаясь сделать так же больно, как мне. Я умираю внутри, Винсент. Помоги же!
Разбуди меня!
— Так просыпайся, курочка. Или мне лучше звать змейкой?
Мы только-только отыграли выступление. Тело всё ещё дрожит от возбуждения, или музыка тут вовсе ни при чём. Басы гудят в ушах, в теле. А внутри словно ликующий удар тарелок. Распахиваю глаза оттого, что мне преступно хорошо, а вокруг меня яркими картинками ещё более неприличная сцена: два тела, слившихся в страстном танце, и моё лицо. Немного раскрасневшееся, глаза прикрыты, а из губ вырывается стон.
О Музы...
Озираюсь по сторонам и понимаю, что прямо сейчас всё это видит с дюжину человек, а главный виновник представления, с нахальной улыбкой играет эту пошлятину на моей же скрипки.
Я даже задыхаться от злости начала.
— Ви-ви, я-я-я тебя уб-уб-уб! Убогий лабух! — перекрикиваю музыку, сгорая от стыда.
Убью его. Убью его! Вот мерзавец!
Все нас видели. Немет, Виктория, банда Иштвана, его Высочество, Шайло... Ладно, ей можно. Я бы сама ей все рассказал в подробностях. Но остальные то. Простонала от этого несмываемого позора. А Винсент играть перестал, смотрел на меня, словно первый раз видел. Его руки опустились вместе со скрипкой, а потом и вовсе уронил её в траву. Побежал ко мне, сильно хромая. Босые ноги, мокрые штаны закатаны до колен. Исхудавший, небритый. Что с тобой случилось? Расскажешь? Ты тоже был в аду?
Хотела оттолкнуться от подлокотников и побежать к нему, но я лишь сползла на траву. Ноги словно ватой набили.
— Проснулась... Ты здесь... Ты здесь... Нана.
Это был самый солёный поцелуй в моей жизни. Не знаю, чьих слёз было больше. Моих или Винсента. Но я бы и дальше ревела, если бы не голос Иштвана:
— Так оргия будет после финальной порнушки? Я нереально так зовёлся. Дамы, кто со мной пройдет вон до того кустика?
Но оргией точно не пахло. Со всех сторон раздавались звуки сирен, и нас окружило с десяток полицейских машины. Крепче прижалась к Винни.
— Опустите инструменты! — приказали нам по громкой связи.
— Вы про мой стояк? — решил пошутить Иштван, но в воздухе тут же раздался предупредительный выстрел, и все быстро попадали на траву.
— Верните пациентку,
