меня, что темнело в глазах, потом судорожно искал мои губы и никак не мог насытиться мной. Его щетина кололась, и это были новые приятные ощущения и одновременно болезненные ощущения. Когда мы слишком сильно увлекались, то законники прикрикивали на нас и стучали по решетке. Да уж. Схватили самых опасных преступников королевства. Есть чем гордиться!
— Ты ведь всё вспомнила? — наконец спросил Винс, и я гадала, как много своих знаний я могу открыть ему. Теперь по тонкому льду ходит он, а я пытаюсь осторожно вывести его на берег.
— Да.
Молчал. И я знала, какой вопрос мучает его больше всего. Взвесила все за и против, прежде чем рассказать. Ну мучить дольше нет никакого желания. Это несправедливо.
— Ты не виноват в гибели моей матери.
Его глаза вновь стали влажными, а на губах появилась вымученная улыбка.
— Нана, если бы ты только знала, как все эти годы я... Я думал, что во всём...
Он не мог подобрать слов, и я быстро ответила:
— Знаю. С тобой сотворили ужасное. И виновные обязательно поплатятся.
Винс вновь сделал глубокий вдох, пока не решился на ещё один вопрос:
— Виви... Каковая роль моей сестры во всём этом?
Закусила губу. Возможно, Вивиан было даже хуже всех. На её детских плечах покоилась страшная тайна. Она видела и помнила всё, а потом её брата обвинили в том, чего он не совершал. И если Винс, жил с вечным чувством вины, то Виви считала себя предательницей и трусихой. А ещё она была дочерью своего отца, и для неё он до сих пор остается особенным человеком, даже несмотря на то, что натворил.
Винс не позвал её. Догадывается о чём-то, подозревает, не доверяет. Помню это тревожное чувство, когда сама пыталась разобраться в собственных воспоминаниях.
— Не будь строг с Виви. Поверь, ей было не лучше нашего. Она искренне тебя любит. Всё, что она делала начиная с мальчишеских стрижек, было не просто так. Вивиан видел, какой ты храбрый, копировала тебя, что набраться твоей смелости.
Он обнял меня ещё крепче.
— Даже не знал, что способен любить тебя ещё сильнее, Нана. Прости за все. За мою злость, за отчаяние, за что не всегда был таким храбрым, каким казался вам с Виви.
— Но я здесь. Ты спас меня. Остальное неважно.
В полицейском участке сразу потребовала звонок адвокату Станиславусу Хаслингеру. Услышав мой голос дядя, выдохнул:
— Он всё-таки смог... Еду. Никуда не уходите.
Можно подумать, нас отпустят. У Его Высочества вон уже отпечатки пальцев сняли. И фото в профиль и фас сделали. Ничего, пригодится для чеканки монет.
— Вы даже не представляете, какие проблемы у вас начнутся, — ледяным голосом сообщил принц.
Мы ждали. Без представителей допрашивать нас не могли. А когда в отделение начали прибывать высокопоставленные лица, законники, наконец, поняли, какую ошибку совершили.
Дядя и отец долго и недоверчиво смотрели на меня, и я первая стиснула их в объятья.
— Все позади. Я живая и помню всё. Папа, нам нужно срочно поговорить прямо здесь, желательно в присутствии следователей. Ты был прав, мама любила нас. Она любила тебя.
Музыкантов начали отпускать из камер. Иштван выпрашивал свои фото.
— Сложно, чтоли? Мы с ними обложку на альбом сделаем. Ну, пожалуйста!
Кай и Шайло давали показания по увиденному в хосписе для душевнобольных. Требовали провести расследование.
Немет и Вики вышли подозрительно растрепанными из допросной. Интересно, они знают, что там постоянно работают камеры? Тут же вспомнила, как вся эта толпа видела нас с Винсентом, и вновь покраснела.
Мой парень остался ждать в коридоре. Он отнесся с пониманием к тому, что пока ему рано слушать о событиях той ночи. Обещал позвонить Вивиан и поговорить с ней.
Села за стол перед следователем, папа и дядя одобрительно мне кивнули, и я вновь стала шестилетней девочкой, но в этот раз я не боюсь. Я справлюсь:
— Мою маму убил Говард Вестерхольт. Вот как это было..._________________Черная пятница продолжается, сегодня на три моих романа скидка 70%!Ещё я начала выкладку истории про Мор и Денвера,второстепенные герои этого романа.И самое крутое, мы с коллегами по современному любовному роману подготовили подборку со огромными скидками:Книги о горячих, властных и опасных!!!
Эпилог
Никакой суеты не случилось после моих слов. Отец и дядя были пугающе спокойными, лишь сжатые добела кулаки выдавали в них ярость.
— Я знал. Я чувствовал, что-то не так во всем этим. А когда он привёл в наш дом Майер и Циммермана, мы должны были догадаться, — сокрушался Станиславус. — Его надо найти. Пусть ответит за все что сотворил с Софией, с детьми.
— Мы не можем брать на веру слова девушки, которая ещё вчера была лишена дееспособности, — упирался следователь. Обвинять аристократа, пусть даже потерявшего власть и запятнавшего репутацию, дело серьёзное. Дядя одарил законника такой хищной улыбкой, что мне стало не по себе. Сочувствую ему. Сейчас герр Хаслингер, однажды потерявший любимую сестру, расскажет о всей серьёзности и щепетильности данногодела.
Отец тем временем вывел меня обратно в коридор. Я сделала что могла. Моя битва закончилась сегодня.
Измученный последними месяцами Винсент спал, прижавшись головой к стене. И я в очередной раз поразилась зоркости своего сердца. Оно выбрало и полюбило самого достойного человека. Я бегло оглядела участок, остальные мои спасители пока не разошлись, даже мадам Коч приехала в отделение. К счастью, у неё никто не брал отпечатки пальцев, иначе по этим людям пришлось бы играть реквием. Знаю я одну влюбленную Музу. Михаил, кстати, тоже где-то был. Стащил униформу и разгуливал под видом полицейского. Вскоре и Виви вбежала в участок, увидела меня, замерла, а потом бросилась вперёд. Она рыдала, умоляла простить её, но я и не злилась, даже не просила дать её показания против отца. Виви сама приняла такое смелое решение.
Здесь и сейчас меня окружают самые близкие люди. Отец мягко поддерживает за руку, потому что сил с каждой минутой у меня все меньше, ведь последний раз я ела утром в день выступления. У меня к нему осталась ещё одна просьба. И в этот раз, как и в детстве, я не шучу и предельно серьёзна.
— Папа, я хочу замуж за Винсента, — призналась я, понимая, как неуместна моя просьба может оказаться в сложившихся обстоятельствах. Но я буквально вернулась с тобой света, увидела, сколько лет разлуки мы вынесли. Теперь они нахлынули на меня всей мощью. Каждый день без него был похож на плохой сон. Хочу проснуться!
