Мараси нахмурилась.
— Я предполагала, что все истории о невероятных регенеративных способностях Майлза полны преувеличений. И мне казалось, что он обычный Целитель, как и Уэйн.
— Оу, все верно, он действительно является Целителем, — ответил Уэйн, вращая дуэльную трость вокруг запястья и вновь ловя ее, — Лишь с той особенностью, то его запасы здоровья никогда не иссякают.
Ваксиллиум кивнул, мысленно возвращаясь в то время, когда он впервые встретил Майлза. Рядом с этим человеком ему всегда было дискомфортно, однако блюстителем закона он действительно был великолепным. По большей части.
Заметив непонимающий вид Мараси, Ваксиллиум объяснил:
— Обычно ферухимик достаточно ограничен в использовании своих сил. Ведь ему требуются долгие месяцы, чтобы накопить достаточные запасы здоровья или массы. Я хожу с половинным весом с того момента, как проломил пол в доме, и пытаюсь восстановить истраченное. При этом мне с трудом удалось восстановить даже малую долю. Уэйну же приходится еще сложнее.
Уэйн вытер нос.
— Когда все это закончится, мне придется провести несколько недель в постели, чувствуя себя полностью разбитым. И я буду неспособен излечить себя. Черт, сейчас я уже накопил столько, сколько мог, при условии, что я находился более — менее в здоровом теле. К концу дня этого запаса хватит на излечение царапины, да и то с трудом.
— Но Майлз… — сказала Мараси.
— Практически безграничные способности к самоизлечению, — сказал Ваксиллиум, — В некотором смысле, он бессмертен. Я слышал, как однажды он выдержал прямое попадание из дробовика в лицо, и пошел дальше, как ни в чем ни бывало. Мы работали вместе в Глуши. Он был блюстителем закона в Трай Мэдиле. Нас было трое, своеобразный альянс, сохранявшийся на протяжении долгих лет. Майлз, я и Джон Мертвопалый из Дальнего Дореста.
— Майлз не особенно меня любит, — кивнул Уэйн, — Впрочем, это можно сказать про них обоих.
— Майлз делал хорошую работу, — сказал Ваксиллиум, — Однако он всегда отличался излишней критичностью и жесткостью. Да, мы уважали друг друга, хотя при этом всегда держали дистанцию. Из‑за этого я бы не назвал нас друзьями. Но с другой стороны, в Глуши любой, кто разделяет твои представления о справедливости, уже является союзником.
— Это первый закон Глуши, — сказал Уэйн, — Чем в большей степени ты одиночка, тем выше потребность в людях, которые были бы на твоей стороне, и которым можно доверять.
— Даже если их методы сильно расходятся с твоими собственными, — дополнительно уточнил Ваксиллиум.
— Судя по описанию, он не очень‑то похож на человека, способного стать на преступный путь, — сказала Мараси.
— Нет, — мягко сказал Ваксиллиум, — Он не мог бы. Однако, я был почти полностью уверен, что на свадьбе именно он скрывал свое лицо под маской. А еще эта коробка из‑под сигар его любимого сорта. Да, я все‑таки не могу утверждать с абсолютной точностью, что это он, но…
— Но ты полагаешь, что это все‑таки он.
Ваксиллиум кивнул. Помоги нам Гармония, но думаю, что да. Стражи закона относились к специфическому сплаву людей. У них был кодекс. Никогда не сдаваться, никогда не поддаваться соблазну. Работа бок о бок с преступниками могла изменить человека. Ты начинал смотреть на вещи так же, как и они. Ты начинал думать, как они.
Они все знали, на что была способна эта работа, если не быть аккуратным. Они не говорили об этом, и они не сдавались. Или не должны были сдаваться.
— Я не удивлен, — сказал Уэйн, — Ты же в курсе, что как он высказывался о жителях Элендела, Вакс? Он суровый человек, этот Майлз.
— Да, — тихо сказал Ваксиллиум, — Я надеялся, что он предпочтет сосредоточиться на поддержании порядка в своем городе, и не станет будить своих демонов.
Поезд оставил позади пригородные районы, и продолжил свой путь по Внешним Владениям. Они представляли собой широкое кольцо расположенных вокруг города садов, полей и пастбищ, которые кормили Элендел. Ландшафт за окном изменился с городских кварталов на открытые пространства, полные сочных желтых и зеленых оттенков, и рассеченные голубыми ленточками каналов, мерцавших в солнечных лучах.
— Это многое меняет? — спросила Мараси.
— Да, — подтвердил Ваксиллиум, — Это значит, что все может оказаться намного опаснее, чем я предполагал.
— Восхитительно.
Уэйн ухмыльнулся.
— Ну, нам хотелось, чтобы вы получили максимум впечатлений и подробностей. Знаете, для науки и всего такого.
— На самом деле, — сказал Ваксиллиум, — Я подумывал о том, как бы найти наилучший способ переправить вас в безопасное место.
— Вы хотите избавиться от меня? — спросила она. Во взгляде широко раскрытых глаз читалось, что ее сердце разбито, а в тихом и жалобном голосе читалась боль человека, пережившего предательство. Он был в полушаге от мысли, что она научилась этому от Уэйна.
— Я думала, что была полезной вам.
— Ты и была полезной, — согласился Ваксиллиум, — Однако у тебя слишком мало практического опыта по части того, чем мы занимаемся.
— Должна же женщина как‑то получать опыт, — сказала она, поднимая голову. — Я уже пережила попытки похищения и убийства.
Двери пассажирского вагона задребезжали, так как они вошли в поворот.
— Да, но леди Мараси, присутствие Двурожденного на вражеской стороне меняет дело. Если дойдет до драки, не думаю, что смогу справиться с Майлзом. Он хитрый, могущественный и решительный. Я бы хотел, что бы вы были в безопасном месте.
— Где? — спросила она. — Любое из ваших поместий — очевидный выбор, то же самое касается поместий моего отца. Я не смогу надежно спрятаться в городском подполье, я сильно сомневаюсь, что там смогу не вызвать подозрений! Я вынуждена предложить, что самое безопасное место для меня — рядом с вами.
— Нелепо, — сказал Уэйн, — Обычно я находил безопасные места где угодно, только не рядом с Ваксом. Я упоминал, что он буквально притягивает все взрывающееся?
— Может быть, нам просто следует обратиться к констеблям, — сказала Мараси. — Лорд Ваксиллиум… такое частное расследование формально противозаконно, по крайней мере до тех пор, пока мы обладаем важными фактами, о которых не знают констебли. Мы должны поделиться своими знаниями с властями.
— Не провоцируй его на такие мысли! — сказал Уэйн, — Мне только — только удалось отвадить его от разговоров на эту тему!
— Все в порядке, Уэйн, — тихо сказал Ваксиллиум, — Я дал обещание, сказав лорду Хармсу, что верну ему Стерис. И я сделаю это. Да будет так.
— Тогда я останусь и помогу вам. — сказала Мараси, — Да будет так.
