дотянул, он должен был получать талоны на спецпитание. Спортсмен был нетороплив и неболтлив, среди публики цедил слова, передвигался с некоторой томностью, скрывающей колоссальную взрывную силу. Из репарационных клеенок настоящий спортсмен, конечно, вырос. Являл обществу струящийся серебристый габардин или богатую пилотскую кожу… Из всех спортсменов главными героями были футболисты команд мастеров, особенно ЦДКА и новоиспеченного клуба ВВС, опекуном которого был генерал-лейтенант авиации Василий Иосифович Сталин».
Стипендии, талоны на спецпитание, квартиры спортсменам, летные кожанки, наконец, требовали средств, и немалых. Пока был жив вождь, никто у его сына, естественно, не спрашивал отчета, откуда он берет деньги для Спортсменов с большой буквы. А брал, конечно, из средств округа, точно так же, как другие меценаты по необходимости залезали в казну крупного завода или МВД. Правда, делать это без ведома начальника финансовой части и своего заместителя по тылу Василий никак не мог, но те впоследствии попали под амнистию от 27 марта 1953 года, а генерал-лейтенанту Сталину вкатили срок на полную катушку. Кто-то из офицеров-летчиков не получал тех квартир, что уходили спортсменам с голубыми погонами. Но, справедливости ради, замечу, что на обычных летчиков и техников ВВС Московского округа при Василии Сталине обрушился такой град квартир и путевок, как никогда прежде. Сын вождя не только о спортсменах заботился, и отказать ему не смели. Зато после смерти всемогущего папы Василию все припомнили, и что было, и чего не было.
Василий сам в душе был спортсмен и среди спортсменов чувствовал себя как рыба в воде. В «Московской саге» запечатлено его явление народу среди хоккейной команды ВВС. Кстати, это единственная известная мне портретная зарисовка Василия Иосифовича в художественном произведении. Не знаю только, видел ли писатель сына Сталина самолично или только на фотографиях: «В толпе… шел всякий другой народ: тренеры, массажисты, доктор, спортивные фотографы и журналисты, несколько офицеров в форме ВВС, а во главе двигался невысокий и широкий в плечах молодой человек с крепко очерченной челюстью и припухшими подглазьями, одетый в такую же, как у Бориса (одного из главных героев романа, Бориса Градова. — Б. С.), только похуже, пилотскую куртку без всяких знаков различия, скандально известный по Москве, как бы сейчас сказали, плейбой, Василий Сталин…
Борис с любопытством смотрел на всесильного Васю. Виски у того отсвечивали темной медью, как и у самого Бориса. Он полугрузин, а я грузин на четверть, подумал Борис. Конечно, как и все спортивные люди Москвы, он знал о невероятной активности, с какой «принц крови» создавал свои собственные спортивные конюшни под флагом клуба ВВС».
Да, был всесильный Вася, но в 53-м весь вышел. И «спортивные люди Москвы» его быстренько забыли.
Когда осенью 61-го в Казань приехали футболисты ЦСКА, многим из которых Василий дал когда-то путевку в жизнь, ссыльный генерал-лейтенант захотел встретиться с прежними друзьями. Так начальство не разрешило. И даже любимец Василия легендарный Всеволод Бобров не нашел времени (или мужества?) навестить бывшего патрона и друга.
Как же сам Василий Сталин охарактеризовал свою деятельность на ниве спортивного меценатства? На допросе, длившемся три дня, с 9 по 11 мая 1953 года, он, в частности, показал: «Я, занимая вначале пост заместителя, а затем командующего ВВС Московского военного округа, допускал разбазаривание государственного имущества и незаконное расходование денежных средств, чем нанес большой материальный ущерб Советскому государству. Я не отрицаю и того, что ряд моих незаконных распоряжений и действий можно квалифицировать как преступления… Расхищения государственных средств и казенного имущества в целях личного обогащения я не совершал и виновным в этом себя признать не могу…
Будучи назначен в 1948 году на должность командующего ВВС МВО, я в первую очередь занялся переоборудованием переданного ВВС под помещение штаба округа здания Центрального аэропорта, на что было израсходовано несколько миллионов рублей, но сколько именно, точно не помню. Значительная часть этих средств по моему распоряжению была растрачена на излишне роскошную внутреннюю и внешнюю отделку здания и на приобретение дорогостоящей обстановки, которая была специально закуплена в Германии.
В ноябре 1951 года я задумал и начал осуществлять строительство пятидесятиметрового водного бассейна на территории Центрального аэродрома. На это строительство было затрачено до четырех миллионов рублей… Необходимости строить водный бассейн для военнослужащих ВВС МВО, безусловно, не было, причем сметных ассигнований на это строительство также не было и оно было начато без разрешения Военного министерства. Так как вскоре выяснилось, что для окончания сооружения бассейна необходимо затратить еще четыре с половиной миллиона рублей, а такими средствами ВВС МВО не располагало и для меня было ясно, что Военное министерство требовавшихся на это денег нам не даст, строительство бассейна было «законсервировано», а вложенные в него крупные средства омертвлены. Однако я считаю необходимым пояснить, что, приступая к строительству бассейна для плавания, я исходил из того, что в Москве нет ни одного пятидесятиметрового водного бассейна для проведения Олимпийских соревнований…
Бесспорно, что я занимался не своим делом и никто, конечно, мне не поручал строить водный бассейн. Одной из побудительных причин к этому явилась мастер спорта по плаванию моя сожительница Васильева Капитолина. Васильева меня подбивала на сооружение водного бассейна, и, желая угодить ей, а также рассчитывая популяризовать себя сооружением бассейна, я поставил перед собой задачу осуществить эту затею. Бассейн строился на территории одного из ангаров Центрального аэродрома без утвержденного технического проекта и смет. И только после начала строительства в конце 1951 года я решил добиться в Военном министерстве получения ассигнований на сооружение бассейна. В ноябре 1951 года, обратившись за получением денег на строительство бассейна к Военному Министру Советского Союза Василевскому, я ввел его в заблуждение, сказав, что мне поручено отцом организовать спортивную работу в ВВС. Василевский отпустил на это строительство вначале 700 000 рублей, а затем в конце января 1952 года по моему настоянию он же дополнительно утвердил расходы еще на 1 миллион 500 тысяч рублей… Это строительство так и не было закончено, и в августе 1952 года, т. е. к тому времени, когда я был освобожден от занимаемой должности, работы по постройке водного бассейна находились только в начальной стадии.
Помимо сооружения водного бассейна, я занимался и другими строительными делами… В 1950 году на территории парка культуры и отдыха Ленинградского района г. Москвы по моему распоряжению было начато строительство так называемого «спортивного центра» Дома офицеров ВВС МВО. Получив согласие Военного Министра Василевского на это строительство, я добился через быв. Секретаря МК ВКП(б) и председателя Московского городского Совета Попова Г. М. передачи под строительную площадку территории парка культуры
