Недосказанные слова: «Хотя ума не приложу, что в дьявола происходит» – повисли в воздухе.
– Может, вы соблаговолите передумать и все же выпьете вина? – поинтересовалась Геро.
– Нет-нет, у меня встреча с Каслри в министерстве. Хотел также преподнести вам вот эту безделушку, – Гендон достал из внутреннего кармана небольшую шкатулочку. – Невелика ценность, зато принадлежала еще моей прабабушке.
В руках у Геро оказалась прелестная вещица из прошлого столетия, эмалевая крышечка которой была выполнена в стиле, доселе баронской дочерью не виданном.
– Спасибо, – негромко поблагодарила она. – Я буду дорожить вашим подарком.
– Ну, что ж… – крепче перехватил шляпу граф, – тогда до четверга.
После ухода визитера Геро прислонилась к оконной раме, устремивши взгляд на площадь. Она все еще стояла у окна, блуждая мыслями где-то вдалеке, когда увидела вышедшего из кареты и поднимавшегося в дом лорда Джарвиса.
Она ожидала, что отец тут же отыщет ее и выразит недовольство тем, что дочь оказалась втянутой в очередное расследование Девлина. Но внимание барона, появившегося в гостиной несколькими минутами позже, явно было отвлечено чем-то иным.
– А-а, вот ты где, – тряхнул он ворохом бумаг. – А я как раз встречался с нашим поверенным. Думаю, условия брачного договора тебя удовлетворят. Девлин не только согласился на ежегодную вдовью часть в размере пятнадцати процентов от твоего приданого вместо обычных десяти, но также настоял на включении целого ряда, по меньшей мере, чрезвычайно нестандартных пунктов.
– Каких же?
– Только послушай, – развернул документ отец. – «Настоящим стороны договорились о том, что вся собственность упомянутой мисс Геро Джарвис находится полностью и при всяких обстоятельствах в ее личном распоряжении и управлении, как если бы она оставалась незамужней, и что означенная леди вправе по своему желанию продавать или отчуждать таковую собственность, либо вкладывать денежные средства любым угодным ей способом, без необходимости получения какого-либо согласия или одобрения со стороны супруга».
Джарвис бросил бумаги на разделявший их стол.
– Судя по всему, ты попотчевала бедолагу одной из своих обличительных речей о несправедливости британских брачных законов.
– Попотчевала, – слегка нетвердым голосом признала Геро. – Можно взглянуть?
– Да сколько хочешь. – Барон наблюдал, как она просматривает статьи договора. Как правило, считалось неуместным поощрять интерес молодой леди к собственному брачному контракту. С другой стороны, Джарвис прекрасно понимал, что его дочь отличается от большинства женщин.
Дочитывая документ, Геро терзалась множеством противоречивых чувств. Разумеется, Девлин говорил, что намерен уважать желания невесты. Но она никак не ожидала от жениха ни такой щепетильности, ни такой щедрости, поскольку, как оказалось, недооценивала его. Геро подумала, что недооценивать виконта уже вошло у нее в привычку, и была достаточно честна, чтобы задать себе вопрос: «Почему?»
– Что ж, – возвращая бумаги отцу, обронила она со спокойствием, которого и близко не испытывала, – это обнадеживает.
– Обнадеживает? Это умопомешательство! Только уверенность в твоей разумности и силе воли подвигла меня согласиться на такое. – Джарвис направился к двери. – Хотя, когда я услышал о твоем присутствии на месте убийства на Грейт-Рассел-стрит, то почти – заметь, почти – усомнился в своем мнении относительно твоего здравомыслия.
Но дочь только усмехнулась.
* * * * *
Особняк заместителя министра иностранных дел на Хаф-Мун-стрит был хоть и небольшой, но обставлен со вкусом: приличного возраста турецкие ковры, сверкающая мебель палисандрового дерева, ярды и ярды роскошного шелка, атласа и парчи. Как Себастьян и рассчитывал, хозяина не оказалось дома. Тогда виконт спросил леди Фоули и был ею принят.
– Лорд Девлин, – поприветствовала она гостя очаровательной улыбкой. – Сэр Гайд расстроится, что пропустил ваш визит. Чем могу быть полезна?
Внимание Себастьяна настолько приковала стоявшая между двумя окнами гостиной арфа, что он даже не сразу отозвался.
– Мне любопытно, знаком ли вам некий господин Антуан де Ла Рок? – спросил виконт, усаживаясь на предложенный хозяйкой изящный стул с атласной обивкой.
– Де Ла Рок? – задумчиво нахмурила лобик леди Фоули, откидываясь на спинку софы. – По-моему, нет. Он сотрудничает с моим мужем?
– Возможно, сотрудничал.
– Сотрудничал? – улыбка хозяйки померкла. – Господи, с этим джентльменом что-то случилось?
– Боюсь, да. Никогда не слышали, чтобы сэр Гайд говорил о нем?
На личико леди Фоули выползла настороженность. Возможно, юная красавица была относительной дилетанткой в мире дипломатии, однако достаточно искушенной, чтобы понимать, что порою все не так, как представляется, и следует проявлять осмотрительность.
– Не припомню такого, – заявила она, то и дело разглаживая мозолистыми подушечками пальчиков юбки своего муслинового платья, раскинутые по дамастовой обивке.
– Но Александра Росса вы знали?
– О, да, – печально вздохнула хозяйка. – Такой обаятельный, и так безвременно умер. Знаете, он часто обедал у нас. Был у мужа любимчиком.
– А вам, случайно, не известно мнение мистера Росса о предложенном альянсе между Великобританией и Россией?
Может, чиновник и не поверял своих дел молодой жене, но та, безусловно, уделяла внимание беседам за обеденным столом.
– Как же, известно, – подтвердила леди Фоули. – Он с нетерпением ожидал вступления нашей страны в деятельный союз с царем. Похоже, за время, проведенное в Санкт-Петербурге, Александр искренне привязался и к тем краям, и к тамошним людям. Помню, Росса очень беспокоило, что при отсутствии такого альянса Наполеон может беспрепятственно дойти до самой Москвы.
– По-моему, сэр Гайд тоже является сторонником данного союза.
– Естественно! – воскликнула супруга заместителя министра. – Ведь он очень важен.
– А вы не знаете, у Росса не было никаких дел с посланником Рамадани?
Резкая смена темы разговора, похоже, привела собеседницу в замешательство.
– Вы имеете в виду султанского представителя? – непонимающе уставилась она на виконта. – По-моему, никаких. У меня сложилось впечатление, что Росс занимался в основном государствами Балтики и Россией.
– И, конечно же, Францией?
– Да. – Из холла донесся девичий голос, и леди Фоули повернулась к двери.
– Ты только посмотри на этот очаровательный чепчик! – на пороге появилась младшая сестра хозяйки дома с альбомом выкроек в руках. – Я намерена сшить такой для своего будущего племянника. И бесполезно доказывать мне, что может быть и не мальчик. Я точно уверена… ой! – заметив Девлина, девушка запнулась и густо покраснела. – Прошу прощения! Не знала, что у нас гости.
