Наш пилот прекрасно видел, что вытворяет его братец и точно так же, как и я бесился. Вирка ухитрился вывести из себя не только меня, но и моего врага — умелец, однако! В конце концов, терпение Торкода лопнуло. Не поворачивая голову в сторону резвящегося вируса, он сказал зло:
— Только недавно ты воспитывал сестру, а теперь сам творишь такое! Как ты можешь заниматься ЭТИМ с ними?! У них же даже хвоста нет!
Вирус ущипнул шаманку за грудь, и я не знаю, как она смогла сдержаться и не заехала по его наглой ухмыляющейся роже. Девушка лишь залилась густой краской и опустила глаза.
— Зато у меня есть! — Никак не желал прекращать своё шоу Вирка. — Дорогая, ты не представляешь, какой это будет незабываемый секс! Ты получишь двойное удовольствие! О, сотии — это самые лучшие любовники во Вселенной! Верно, брат? Расскажи этой малышке, как мы в этом деле используем хвост!
Мама моя! У них есть хвост и они, если верить Вирке, пользуются им для своих сексуальных утех, так сказать "два в одном"! Извращенцы! Всё-таки, мы вовремя сбежали и на этот раз, похоже, удача не повернулась ко мне своей щуплой задницей. Я попытался представить себе, как бы использовала Ридга свой хвост и в голове у меня прозвучал суровый голос спортивного комментатора Озерова: "Нет, такой секс нам не нужен!".
Я не знаю, откуда Вирке известны все эти интимные подробности из жизни сородичей Калука, скорее всего, он просто догадался, но зато я знаю точно, что на корабле я ему устрою такой "незабываемый секс", что это раз и навсегда отобьёт у него охоту ТАК шутить! Вирус почувствовал, что перегнул палку и затих. Он даже поднял с пола шубу и накинул её на плечи шаманки.
— Всё, — обратился он к "брату", — я осознал свою неправоту! Но, когда будем на корабле, я уже не буду тебя так травмировать, а Торкод?
Пилот оставил его вопрос без ответа и подлый вирус затих. Наш корабль стремительно приближался. Похоже, мы действительно смогли сбежать!
Когда шлюпка пристыковалась к кораблю, Вирка решил, что теперь уж точно можно сбросить маску и прямо на глазах у очумевшего Торкода стал меняться, стремительно теряя всякое сходство с Калуком. Змеёныш понял, что его провели, как ребёнка. Не знаю, что он собирался предпринять — я просто не стал ждать дальнейшего развития событий. Я подскочил к нему, схватил за голову и резко повернул на бок. Что-то противно хрустнуло, тело пилота обмякло и медленно сползло с кресла. Никогда бы я не подумал, что способен на такое, но особого раскаяния я не испытывал, глядя на вывалившийся изо рта длинный, раздвоенный язык. Я не человека убил, я гадину раздавил!
— Пусть Космос будет ему пухом! — С пафосом пожелал Вирка упокоения нашему бывшему пилоту. — Он и так слишком долго пожил и слишком многим успел нагадить.
— Покойся с миром, дорогой, товарищ, — подхватил я его игру.
Но едва я оказался у себя дома, на своём корабле, как игривое настроение тут же улетучилось. Теперь я могу высказаться! Одарив Вирку испепеляющим взглядом, я заорал на всю Вселенную, не в силах дальше сдерживать свой гнев:
— Чума, проказа, сибирская язва! Ты что вытворял, мерзавец?!
Наклонив голову и изображая высшую степень раскаяния, Вирка, ковыряя носочком пол, примирительно сказал:
— Я не виноват, так было нужно.
— Кому нужно, сифилис ты холерный?! Объясни мне, такому недалёкому, кому? Может мне? Или Ниде?
Гордо вскинув красивое лицо какой-то рекламной модели, Вирка гордо заявил:
— Вот зря ты на меня кричишь — это несправедливо, если бы я не отвлекал своими выходками Торкода, то он бы вполне мог переключить своё внимание на вас. Ты уверен, что смог бы правильно ответить на все его вопросы? Тогда бы нам пришлось убить его на месте и я очень сомневаюсь, что смог бы управлять шлюпкой.
В этом я не был уверен, но и признавать Виркину правоту мне не хотелось. После того гнусного представления, которое он устроил перед Торкодом, мне вообще хотелось начистить ему рожу. Возможно, я бы это и сделал, если бы в этом был хоть какой-то смысл. Не знаю, сколько бы мы с ним припирались, если бы не Нида. Она озабоченно смотрела в иллюминатор, за которым на не таком уж большом расстоянии, плавал алмазный астероид.
— Мальчики, — взмолилась она, — успокойтесь. Нам надо немедленно улетать отсюда. Я не знаю, как мой порошок подействует на Калука, он ведь не человек. В любой момент он может проснуться и тогда…
Договорить ей я не дал. Пнув коленом под зад Вирку, я приказал:
— Так, давай немедленно создавай здесь "кротовую норку"! Нида права, мы не знаем, какой метаболизм у этих тварей. Возможно, там уже началась паника.
— На это требуется немного времени, — непривычно покорным тоном произнёс вирус. — Вы подождёте?
— Нет, — разъярился я, — мы уйдём отсюда пешком. Давай же, делай своё дело! Ты и так уже вывел меня из себя, не стоит испытывать мой терпение дальше!
А Нида одарила Вирку таким испепеляющим взглядом, что от него даже воздух в комнате накалился. Удивительно, как она ухитряется сдерживать себя и не вцепиться ему в глотку? После того, что он ей устроил, я не удивился, если бы она схватила топор и стала гоняться за ним по всему кораблю. Вирка умеет довести до белого каления кого угодно, в этом он настоящий профи!
Не в силах оторвать свой взгляд от алмазного астероида, за которым прятался корабль пиратов, мы с Нидой молча вглядывались в темноту, чтобы не упустить того момента, когда возникнет угроза. Если Калук вновь захватит нас в плен, то теперь на спасение рассчитывать не приходится, ведь я убил его брата! Тут уже дело пахнет не сексом и не рабством, а могилой! Только бы успеть! Только бы эта тварь не проснулась раньше времени!
Я едва не пропустил тот момент, когда жуткое непроглядно-чёрное, колеблющееся пятно повисло над астероидом и выпустило свои щупальца! Они тянулись к нашему кораблю, с каждой минутой оставляя нам всё меньше шансов на спасение. В этой противоестественной, постоянно колеблющейся и извивающейся, черноте читалась явная угроза. Мне даже показалось, что «спрут» этот гораздо опаснее, чем я о нём думаю и способен на большее. Он, словно вынырнул из адской бездны, чтобы уничтожить весь мир. Мир — не мир, но от нас он и мокрого пятна не оставит!
— Вирка, — крикнул я, — когда же? Оно совсем близко! Если они нас опять поймают, то порешат на месте. Смерть Торкода Калук нам не простит. Поспеши же! Очень жить хочется! Рано мне ещё на тот свет, я и на этом ещё толком не пожил.
— Ещё немного. Здесь торопиться нельзя. Вы же не хотите, чтобы нора захлопнулась то того, как мы окажемся на месте? Поверьте, тогда у нас точно не будет никаких шансов на спасение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
