class="p1">– Ну, если вам придется бежать, можно, мы с Эми останемся? Ты как, Эми? – спросил Джеймс.
– Я не против, – сказала Эми.
Подруга казалась довольно спокойной, но Хелена догадалась, что она была в восторге от его предложения.
Джаго вернулся.
– Боюсь, нам придется уехать.
– Трубы лопнули? – спросила Эми.
– Нет. Почему обязательно трубы лопнули? – смутился Джаго.
Хелена слезла со стула.
– Мы просто прикидывали, кто это тебе позвонил, и я предположила, что на одном из твоих объектов произошел сантехнический коллапс.
– Если бы! – Он вытащил из бумажника несколько купюр и положил на стол. – Дайте знать, если этого не хватит, и не дурите, детишки!
Он весело улыбнулся, но было видно, что через силу. Он явно был встревожен.
На обратном пути Джаго молчал, и Хелена, поняв, что сам он говорить не станет, в конце концов была вынуждена начать расспросы:
– Не хочу лезть в твои дела, но что это был за звонок? Или это секрет?
– Боюсь, у меня проблемы с бизнесом, – вздохнул он. – Это означает, что мне придется уехать, и на сколько, я не знаю.
– Ясно. – Для нее это было потрясение, но она не хотела казаться навязчивой, показывая ему, как сильно она была встревожена. – Но мы ведь будем на связи?
Он покачал головой и посмотрел прямо перед собой через лобовое стекло.
– Боюсь, что нет. Там, куда я еду, телефон не ловит. И нет wi-fi.
– А что насчет твоих объектов здесь? Я могу тебе чем-то помочь?
– Спасибо за предложение. – Он тепло улыбнулся и погладил ее по коленке. – Перед отъездом я со всем разберусь. – Он помолчал. – Ты как, не побоишься остаться тут одна? Все-таки дом незакончен, тебе может стать жутковато.
Хелена не знала, как ответить на этот вопрос. В своей маленькой мастерской она спокойно жила одна, но тут Джаго был прав: дом был жутковатым, большим и местами походил на стройплощадку.
– Я могу попросить Эми пожить со мной, если ты не против.
– Конечно, нет. Она может занять твою бывшую комнату. Она ведь веселая, да? Думаю, они с Джеймсом отлично поладят, пусть даже их отношения продлятся недолго.
Хелена чувствовала, что он предпочитает говорить об Эми и Джеймсе, а не о собственной ситуации.
– Как думаешь, ему понравилась Эми? Ты понимаешь, что я имею в виду под словом «понравилась»!
– Пожалуй, да. – Он усмехнулся. – Она эффектная и веселая, с ней он забудет о своей несчастной любви.
– До тех пор, пока его несчастная любовь не встанет между ними.
Джаго задумался.
– Это вряд ли. Честно говоря, она была так себе. Хотя сама считала иначе, и Джеймс тоже так думал. Эми – гораздо лучше, у нее здравый подход к отношениям.
– Я рада, что ты разглядел в ней еще что-то кроме юморной девчонки, – рассмеялась Хелена.
– Ты все неправильно поняла!
Они весело спорили на эту тему всю оставшуюся дорогу до дома.
Утром он уехал рано, прежде чем Хелена окончательно проснулась.
Она попыталась снова заснуть, но не смогла, и, слушая пение птиц и глядя, как свет заполняет комнату, чувствовала, что из глаз катятся слезы.
Теоретически у нее не было причин плакать. Джаго вызвали по делам, и он уехал.
Ничего катастрофического в этом не было. Но ей почему-то это представлялось катастрофой, как будто что-то изменилось – необязательно между ними, но у него.
Глава 28
В доме всегда было полно работы, и строительные навыки Хелены значительно улучшились с тех пор, как она переехала к Джаго. Она затерла швы, а еще очистила несколько секций недоделанной кирпичной кладки. Но когда все дела закончились и время уже позволяло, она отправилась повидать мать.
– Здравствуй, дорогая, – сказала Джилли, не отрываясь от написания чего-то, похожего на список. – Что случилось?
– Мама, откуда ты знаешь, что что-то случилось? Я только пришла.
– Я твоя мать. Не задавай очевидных вопросов. – Теперь Джилли подняла голову. – Итак?
– Ничего плохого не произошло! Ну, почти. – Хелена отодвинула стул и, сев за стол, положила на него руки. – Джаго уехал, вот и все. Я буду скучать по нему.
– О, милая, мне жаль. Это плохо. И надолго он уехал?
– Я не знаю.
– Но вы же можете быть на связи? Общаться по FaceTime? Ты будешь его видеть.
– Нет. Он сказал, что будет вне доступа.
– Это осложняет дело. Но вы ведь расстались не на плохой ноте?
– Нет, что ты, – хотя это был первый раз, когда он, проснувшись, не занимался с ней любовью, говорить об этом матери не следовало. – Нет, у нас все отлично, но я немного переживаю за него. Вчера вечером, когда мы с Джеймсом и Эми были в винном баре, ему позвонили, и нам пришлось срочно уйти, чтобы он успел уладить дела. А сегодня утром он уехал очень рано.
– Если хочешь пожить дома, возвращайся, – твердо сказала Джилли. – Что бы там ни придумала себе твоя старая мать, прежде всего здесь твой дом.
Приглашение матери подействовало на Хелену ободряюще. Ей не хотелось возвращаться в родительский дом, но сама возможность этого делала менее пугающей перспективу оказаться одной в доме Джаго.
– Это очень мило с твоей стороны, мамочка, но я думаю, со мной все будет в порядке. В конце концов, я уже большая девочка.
– Для меня ты всегда будешь малышкой, дорогая, – нежно улыбаясь, сказала Джилли. – Я планировала сварить суп. Оставайся, поможешь мне нарезать овощи.
– О да, это будет здорово.
Они приготовили суп и шоколадный торт, и когда Хелена ушла, унося с собой форму с тортом, она чувствовала себя намного лучше.
Еще больше ее обрадовала готовность Эми приехать с ночевкой. Предлогом для встречи были мастер-классы, но Хелена чувствовала: Эми хотела поговорить о Джеймсе.
Справедливости ради нужно сказать, что они спланировали пару занятий, и Эми горела желанием помочь Хелене с мастер-классом по изготовлению ковриков. Они поговорили о том, где брать шерсть, красить ли ее самостоятельно или покупать окрашенную, и обсудили другие вопросы, связанные с работой, а потом Хелена сказала:
– Закажем пиццу и откроем бутылку вина?
– Я думала, ты никогда не предложишь! – сказала Эми. – Только давай приготовим пиццу на сковородке. Так дешевле.
– А у меня есть вино и торт на сладкое. И как же вы пообщались с Джеймсом, когда мы ушли?
– Он такой милый! – сказала Эми. – Пока, конечно, загадывать слишком рано, но утром он прислал сообщение, как, мол, ему понравилась наша встреча.
– Да ты что?! Уже? Но это же замечательно!
– Вот именно! И не в мужском стиле. Он очень хочет, чтобы мы
