Она округлила глаза, когда доспех припал к моему телу плотнее, начал источаться, наконец исчез вовсе. Я видел, как ее губы начали складываться для нового вопроса, но снова заиграла тревожная музыка, Синтифаэль вздрогнула и побледнела. Я настороженно огляделся по сторонам, ладонь сама по себе опустилась на рукоять меча.
— Они ждут тебя, — прошептала Синтифаэль.
— Совет?
— Да… Видимо, ждали, что ты вскоре выйдешь, но ты здесь, вот и решили вызвать…
— Могли бы подождать и дольше, — заметил я. — У эльфов, как я понимаю, отношение к времени иное. Но если вот так, то это демонстрация, Ваше Величество. Демонстрация, что они могут требовать!
Она произнесла печально:
— Да…
— А они могут требовать?
— Наверное, — ответила она невесело. — Не знаю. Просто такого еще не было. Эльфы всегда идут друг другу навстречу… еще заранее. Потому конфликты у нас исключены.
— Несчастные, — сказал я, — как же вы без них?.. Разе это полноценная жизнь, когда никто ни разу в морду? Хорошо, Ваше Величество, нехорошо заставлять пожилых людей ждать. Я переговорю и вернусь с новостями.
Глава 13
В коридорах ни одного стража, все-таки в эльфизме что-то есть, в чем-то абсолютное доверие, в чем-то абсолютная защита, только в следующем зале попался один эльф, но и он оказался не случайным, заулыбался и поспешил ко мне.
— Конт, члены Совета Мудрых призывают вас на вопрошение.
— Иду, — сказал я, отгавкаться не удастся, я же эльф, хоть и не чистокровный, должен подчиниться без вопросов. — Куды?
— Я проведу, — ответил он и, улыбнувшись снова, добавил учтиво: — Для того я и здесь.
Ага, сказал я про себя, а так бы по бабам или с бочонком эльфийского вина в обнимку, но долг есть долг, потому и встречает меня, а потом еще и проводит в соседний зал, умается бедолага, медаль получит за тяжкие труды и лет сто отдыхать будет.
Еще только приближаясь к двери, я ощутил некоторый мандраж, что перешел в тревогу. Это перед Синтифаэль герой, но когда вот так, то, если честно, страшновато, и хотя, понятно, я, как и все, умнее всех на свете, но в чужом лесу другие правила, а в том зале меня ждут совсем не для того, чтобы похлопать по плечу и дать пряник.
Эльф учтиво распахнул передо мной дверь.
В богато обставленной комнате вокруг круглого солидного стола расположились в креслах семеро эльфов, но каких! Атмосфера власти и могущества, что веет от них, как холодным арктическим ветром, пропитывает воздух, стены, пол, даже мебель. Меня рассматривали не как лорда людей, даже не как конта Астральмэля, а как нечто досадно мелкое и неприятное, что, однако же, заставляет обращать на себя внимание.
Все семеро не в зеленых костюмах, как большинство эльфов, а в черных, как ночь, но расшитых золотыми листьями, с множеством крупных застежек тоже из золота, высокие воротники приподняты, там тоже окантовка золотом, еще у всех одинаковые широкие пояса, у каждого слева меч в безумно дорогих ножнах, где самоцвет на самоцвете, а рукояти выточены из драгоценных камней, не иначе как церемониальные.
Лица у всех высокомерные, для них прочие эльфы что-то вроде муравьев, все семеро холеные, с отвисшими щеками и загнутыми носами, что самый отчетливый признак преклонного возраста. На меня смотрели неподвижными желтыми глазами, под глазами тоже, кстати, такие же подпалины. Члены Совета Мудрых не иначе как присутствовали при сотворении мира…
Я остановился с самым почтительным видом: во-первых, у них возраст, к нему везде относятся с почтением, во-вторых, у них в самом деле реальная власть, все-таки не так много случаев, когда король набирался отваги и распускал парламент, куда чаще парламент свергал короля, а то и отправлял его на плаху. Как и королев, кстати.
Они некоторое время рассматривали меня равнодушно, так это выглядит, но если бы так на самом деле, они бы не пригласили сюда, а самое главное, не явились бы все семеро, да еще при полном параде, дабы впечатлить. Значит, со мной считаются…
Это мысль придала бодрости, я по-прежнему молчал, признавая за ними право заговорить первыми.
Ближе всех ко мне сидит Вайдаэль, глава этого совета, он продолжал рассматривать меня с неприязнью, но произнес подчеркнуто нейтрально:
— Конт…
Я ответил с поклоном:
— Герцог Вайдаэль!
Все молчали, а он произнес так же нейтрально-холодно:
— Конт Астральмэль… должен заметить, вы появились в нашем племени… достойно. Старинный обряд аменгерства, когда вы взяли на себя обязанности своего побратима-эльфа, вызвал одобрение среди членов нашего Совета Мудрых.
Сидящий с ним слева уточнил:
— Хотя мы и против…
А тот, что справа, добавил:
— Категорически против!
— Да-да, — согласился с уточнением Вайдаэль, — мы категорически против того, чтобы эльфы и люди вступали в какие-то отношения. Даже с виду очень дружеские.
Я произнес дипломатически вежливо:
— Вы мудрые и самые мудрейшие из эльфов. Думаю, даже из всех существующих и когда-либо существовавших эльфов, ведь каждое следующе поколение хоть чуточку, но мудрее предшествующих, так как вбирает в себя и их мудрость, а также добавляет свою…
Они кивали, с этим никто спорить не будет, конечно же, они самые мудрые, и я продолжил тем же доверительным тоном:
— А как мудрые эльфы, вы прекрасно понимаете, что все законы надлежит исполнять в строгости… как бы в середине общества! Я имею в виду, что на краях, где условия особенно неблагоприятные, приходится для выживаемости что-то слегка и нарушать. Остальному обществу желательно об этом не знать…
Судя по их лицам, они понимают ситуацию. Ни одна страна не сознается, что слегка нарушает неписаные законы, засылая шпионов к соседу, или что применяет самые жестокие пытки к пойманным от соседа, чтобы получить информацию.
Вайдаэль проронил спокойно:
— Вы что-то имеете в виду определенное?
— Да, — ответил я. — Ваших разведчиков. Наблюдая за людьми, которые все ближе подступают к вашему священному Лесу, им проходится прибегать к мерам, которые… не могут быть популярными в чистом и благородном обществе эльфов.
Он кивнул.
— Продолжайте.
— Разведчикам приходится очень близко соприкасаться с людьми, — пояснил я. — Это специфика профессии. Можно сказать, ее издержки. Иногда они даже выдают себя за людей, чтобы слушать их разговоры, иногда вступают в контакт с людьми, чтобы подкупить их и что-то узнать… а это низко, мерзко и пачкает их так, что отмываться приходится долго.
Он поморщился.
— Да, потому у нас нет постоянных разведчиков. Эту нехорошую обязанность исполняют по очереди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
