Бортич исходило даже излишне много шума, но теперь… В этой звенящей тишине просто крышей поехать можно.
Скучаю ли я по ней?
Определённо да.
Спустя время это начинаешь понимать очень чётко. А ещё начинаешь творить лютую дичь, ведь в какой-то момент тоска по девчонке накрывает настолько сильно, что ты садишься в машину и тупо едешь в то место, где велика вероятность её увидеть.
В первый раз это случилось у агентства Maxmodel, в котором она теперь работает на постоянной основе.
Из здания Яся вышла в сопровождении какого-то пацана.
С ним же улыбающаяся и весёлая отправилась куда-то пешкадропом.
Это уже чуть позже до меня дошло, что к чему. Она переехала к фотографу, решив последовать моему совету насчёт ровесника…
Видел я её и с Жаровым.
Бортич с лёгкостью запрыгивала к нему в машину и зачастую пунктом назначения был ресторан. И нет, Жаров не возил туда других своих моделей, а это значит, что у него с ней завязались куда более тесные отношения, чем с остальными девушками.
Плевать бы. Но…
Череп, пострадавший накануне от кулаков Динамита, приносит новость о том, что Бортич не угомонилась по поводу Ардова, после пеерезда затеяв опасную игру в одиночку.
Ну не дура ли? Куда лезет?
— Что конкретно она сказала?
Мы сидим на кухне. Жрём плов, приготовленный Илюхиной Сашкой, побывавшей в гостях днём.
— Сказала, что Ардов снова хочет с ней встретиться в более интимной обстановке.
— В смысле снова? — уточняю я хмуро.
— Они уже виделись. На благотворительном вечере и на показе. И… она уже ходила к нему на свидание.
— Чего? — стискиваю зубы.
— Совсем отморозилась, — констатирует Клим.
— Я же запретил! — Илья стучит кулаком по столу, и тарелки, звякая, подпрыгивают.
— Это же Яська. Вы думали, что она своего не добьётся? — усмехается Калаш.
— Он ей цветы посылает почти каждый день. Пишет сообщения. Комплименты, все дела…
Так вот чьи цветы…
Не так давно я видел Ясю у дома фотографа с шикарным букетом роз.
Выходит, этот урод подгоняет?
— И чё теперь делать? Как её тормознуть?
— Её-то ты, возможно, и тормознёшь, а вот Ардова навряд ли, учитывая тот факт, что он обратил на неё своё внимание, — изрекаю я мрачно.
— По той девчонке, пропавшей на островах новой инфы никакой? Кроме той, что его видели с ней незадолго до исчезновения?
— Нет, — отвечает Климу Илюха. — Тело так и не нашли.
— Звездец.
— Бывший муж в отчаянии. Менты разводят руками, типа, не наша территория, другая страна и тэ дэ.
— Суки.
— Думаете, это он её укокошил?
— Да сто пудово. Не русалки же утащили в подземное царство.
— А, ещё… — встрепенувшись, что-то вспоминает Череп. — Яся сказала, что Жаров против её общения с Ардовым. Мол, по-началу он сам их познакомил на благотворительном приёме того французика, но недавно в разговоре внезапно переобулся и попросил держаться от этого мужика подальше.
— Любопытная херня… — Клим задумчиво почёсывает подбородок.
— Дмитрий Борисыч закинул ей странную тему, — продолжает Тоха. — Мол, у Ардова предпочтения какие-то своеобразные, и они могут ей не понравиться.
Сжимаю вилку пальцами сильнее.
— Он периодически светит еблом возле скрытых «тематических» клубов.
— Тематических клубов? — переспрашивает Калаш у Паровоза. — Ты про стрипушники?
— Нет, речь про закрытые мероприятия для извращенцев.
— Это ещё что за херня? — в шоке на него смотрю.
— Я поэтому и сказал ей, чтобы не рыпалась дальше. Да и вообще, если помнишь, изначально был против этой затеи.
— Богатый больной ублюдок. Такие от вседозволенности и пресыщенности едут головонькой и…
— Почему не сказал мне? — перебивая Даню, наезжаю на Илью.
— Это выяснилось пару недель назад. Плюс, кто знал, что она не успокоилась.
Прожигаю взглядом.
— Пиздец, — подытоживает Калаш.
— Когда она с ним встречается? — обращаюсь к Черепу сквозь зубы. Злость накатывает такая, что впору разбить лицо Паровозову за безответственность.
— Даты пока нет. Наш «клиент» укатил куда-то, скоро вернётся.
— Дай телефон Илье.
— Зачем?
— Затем! — отбираю у Патлатого трубу и кладу перед Паровозом. — Давай. Звони. Объясни ей, во что вляпалась и предупреди, чтобы никакой на хуй самодеятельности!
Разве что его послушает.
И то… Под вопросом.
***
Проходит семь дней.
От Яси тишина, а это значит, что Ардов ещё пока не в столице.
Каждые пару часов мониторю, когда появится билет на его имя. Слежу за ней. По локации симки и напрямую. Издалека и осторожно. Так, чтобы не увидела. Даже тачку сменил.
Яся тем временем ничего не подозревает и ходит на работу. То одна, то в сопровождении своего фотографа Степана, о котором Саша растрепала Илье.
Я пробил его, разумеется и, к сожалению, в базах на пацана не обнаружилось ничего такого, что дало бы повод убедить её съехать от него.
Заглушив мотор, сижу в тачке.
Наблюдаю за тем, как они лепят дурацкого снеговика во дворе и опять убеждаюсь в том, что дал ей правильный совет. Ровесник — идеальный вариант для построения романтических отношений.
Эти двое явно на одной волне. Болтают, смеются, дурачатся.
Ему девчонка очень нравится, судя по счастливой, глупой роже и взглядам, которые он периодически на неё бросает. Да и она… Выглядит вполне себе хорошо. Не страдает, не плачет, а значит, моя теория получает подтверждение. Влюблённость в меня, вызванная неясными факторами, прошла. Намного быстрее, чем я ожидал.
Это немного задевает, конечно, но в то же самое время будто бы позволяет обманчиво легче дышать.
Я переживу это.
Забуду.
И она тоже.
Можно считать, что уже. Верно?
Курю.
Слушаю её смех.
Снисходительно и равнодушно смотрю на их детскую возню со снегом.
Правда только лишь до тех самых пор, пока грёбаный фотограф не решает перейти в наступление.
Блять.
Признаю, положа руку на сердце: к поцелуям я оказываюсь абсолютно не готов.
Одно дело предполагать. Как было по пьяни в истории с хозяином автомойки. И совсем другое узреть это своими глазами.
Пиздец.
Тело мгновенно деревенеет и напрягается.
Кровь закипает и ядовитой жижей расходится по венам.
В груди взрывается что-то горячее, колючее и неприятное.
Лёгкие заполняются битым стеклом.
В глазах темнеет от ярости и чёрной ревности.
Первое желание — вылезти из машины и раскрошить ему череп, но, продышавшись, умом понимаю, насколько глупо и смешно это будет выглядеть. Поэтому просто завожу мотор и незамедлительно уезжаю оттуда.
Заснеженная дорога.
Машины.
Фонари и фары.
Оживлённые проспекты.
Пробка и пол пачки скуренных сигарет.
Звонок от Киры. Она всегда как-будто жопой чувствует, когда надо напомнить о себе.
Не принимаю вызов. Не читаю сообщения.
Чётко осознаю, что по-прежнему не хочу её видеть и не
