Сегодня мы будем не просто разбирать теорию магии, — Трубецкая обернулась к нам. — Мы проанализируем то, что произошло этой ночью на площади, где открылась аномалия. Анализ каждого действия важен для того, чтобы понять, какие ошибки были допущены и как их можно избежать в будущем.
Она прошлась взглядом по всему залу, как будто выбирала, кого начать.
— Николаев, — сказала она, повернувшись ко мне. — Расскажите, что вы делали, когда поняли, что открылась аномалия?
Я на мгновение замер, выстраивая цепочку событий. Трубецкая терпеливо ждала, давая мне собраться с мыслями.
— В тот момент мы с майором Ланским, сержантом Барановым и моими товарищами оказались почти что в эпицентре аномалии. Для нас готовилась учебная тревога, но она неожиданно переросла в боевую.
— Почему, по-вашему, это случилось, господин Николаев?
Я оглянулся по сторонам. Говорить или нет? Да ладно! Скажу. Хватит беречь маменькиных сынков.
— Поскольку вместо эпицентра аномалии использовался не муляж зараженного предмета, а настоящий артефакт, который хранил в себе сильный след аномальной энергии… — я уверенно посмотрел на профессора. — Полагаю, этот остаточный след мог спровоцировать появление новой аномалии.
Трубецкая молча выслушала ответ, а затем сделала пометку на доске.
— Это одна из версий, которой мы придерживаемся. Итак, господа курсанты, вы должны уметь оценивать риски. В случае с аномалиями подобное притягивается к подобному. Именно поэтому важно производить грамотную очистку зараженной местности.
Салтыкова вскинула руку.
— Разрешите вопрос, ваше сиятельство?
— Разрешаю.
— Если остаточная энергия аномалии провоцирует появление новых аномалий, то как обезопасить себя и… местность от этого?
— Несколько факторов влияют на появление новой аномалии. Записывайте. Первый — количество остаточной энергии. Чем свежее объект и чем ближе он был к эпицентру аномалии, тем он опаснее. Второе — количество таких объектов. Один камень не спровоцирует, но сотня — другое дело. Третье — отсутствие ртутного барьера. Объект, окутанный защитой из ртути, не провоцирует возникновение новой аномалии. Но об этих свойствах вам расскажут на занятиях по химии и организации безопасности.
Весь курс царапал ручками тетради, конспектируя слова Трубецкой. Профессор выждала немного времени, а затем вернулась к доске.
— Итак, аномалия или, как поэтично это называют некоторые коллеги, Искажение опасно несколькими вещами. Первое — аномальная энергия, вступающая в конфликт с эфиром живых существ и поглощающая его. Второе — порталами, через которые могут прорваться различные опасные существа. Третье — остаточными следами энергии, отравляющими местность. Поэтому маги должны учитывать все три фактора, распределяя свою энергию.
Курсанты ахнули. Что ж, Трубецкая без расшаркиваний раскрыла все карты, и теперь моим юным коллегам наконец-то стало понятно, что попали они не на курорт.
— Значит, великий князь… отравился, — роптали где-то на третьем ряду. — Он ведь алмазник… Что же тогда будет с нами?
Трубецкая криво улыбнулась.
— Хорошие новости, господа, в том, что у нас есть способы бороться с этими аномалиями. Способы опасные и требуют отточенных навыков и слаженной командной работы магов и неодаренных бойцов. Еще несколько лет назад мы были беспомощны перед этой угрозой. Сейчас же у нас есть надежда. Эта надежда — вы. События сегодняшней ночи показали, что Спецкорпус образован не зря.
— Но Андрей… — Лева покачал головой, глядя на меня. — Неужели там все было настолько жестко.
Я молча кивнул.
— Курсант Романова, — Трубецкая обратилась к Катерине, и девичий уголок мгновенно затих. — Ваши действия также были важны, но вы допустили серьёзную ошибку. Поделитесь своими выводами с курсом?
Катя явно заволновалась, но покорно поднялась, опустив глаза.
— Во время сражения я сосредоточилась на поддержании защитного барьера. Твари постоянно его разрывали, и приходилось тратить слишком много эфира. В определенный момент получилось так, что я нарушила баланс между стихиями и эфиром. Почти забыла о стихиях и вливала слишком много личной силы…
— И к чему это привело, госпожа Романова? — спросила профессор.
— Совместными усилиями мы удержали барьер, но мой нарушенный баланс обернулся для меня состоянием на грани выгорания. Сегодня утром мне стало плохо, и теперь неделю я не смогу заниматься магией.
Курсанты начали перешептываться. Мнения разделились. Как же я любил эти обсуждения маминых салонных экспертов. Посмотрим, как они запоют, когда сам впервые столкнутся с Искажениями и тем, что из них вылезает.
— Ваша задача на будущее — отточить навыки энергетического баланса, госпожа Романова. В критической ситуации распределение магической энергии должно быть осмотрительным. — Трубецкая внезапно улыбнулась. — Однако должна отметить, что вы прекрасно реализовали потенциал своего Сапфирового ранга.
Катя снова кивнула, принимая замечание.
— Благодарю, ваше сиятельство.
Трубецкая продолжала разбор действий каждого из нас: отметила точность и выдержку Одоевского, разумные решения Гагариной — она единственная смогла сохранить баланс, работу Румянцева как резервного мага поддержки. Профессор давала не только оценку, но и рекомендации, как можно было улучшить действия в условиях той ситуации. Курсанты сосредоточенно перерисовывали схему с доски и записывали.
Не досталось только Андрею — Трубецкая предпочитала вести обсуждение в формате диалога, а кузена на лекции не было.
— Румянцев, — обратилась она к нему, и я заметил, как Румянцев чуть напрягся. — Ваши действия были своевременны, но вам следует помнить, что излишняя поспешность может привести к необдуманным решениям. Вы действовали интуитивно, и это хорошо, но вам нужно научиться просчитывать на несколько шагов вперёд. Например, в момент, когда осталось только две твари, вы могли перенаправить свои силы на помощь майору Ланскому или курсанту Романовой с барьером. Но вместо этого предпочли атаковать самостоятельно. Ваш ресурс можно было использовать эффективнее.
Румянцев кивнул, слегка смутившись.
— Да, ваше сиятельство. Теперь понимаю. Тогда растерялся.
— Уверена, вы сделаете верные выводы. Теперь перейдём к вам, госпожа Салтыкова, — профессор повернулась к Елене. — Ваш вклад в сдерживание Искажения был значимым. Однако ваша попытка самостоятельно нейтрализовать источник привела к тому, что вы подвергли себя и магов барьера большому риску. Помните, что в таких ситуациях командная работа важнее, чем личные подвиги. Под конец у вас не осталось сил. Сэкономь вы на боевых заклинаниях, Романовой не пришлось бы выжимать из себя последнее.
Салтыкова сдержанно кивнул и поджала губы. Да, неприятно, но замечание было по делу. Профессор Трубецкая вновь обвела нас всех взглядом, словно взвешивала каждое сказанное слово.
— Итак, действия команды аномалии этой ночью были достойны, но есть над чем работать. Эфир — часть вас, и если его использовать бездумно, это может сыграть против вас.
