Орк протянул лапу к кисету и замер, заметив встрепенувшиеся уши Шонголом. Верный страж вождя обладала отличным слухом и могла услышать писк мыши на другом конце стойбища. Вот и сейчас она замерла на миг, затем потянулась за поясом с амуницией.
– Шатун пыхтит. К нам идет. С вестями от Многоголового идет.
– Хан просто так ночью звать не станет. Значит, что-то стряслось.
Хмурый подпоясался, проверил, насколько легко выходит меч из ножен, и крикнул:
– Входи, уважаемый! Мясо и кумыс ждут тебя!
Полог отодвинулся, и внутрь просунулась залепленная снегом морда старого орка. Похлопав глазами, он нашел взглядом хозяина юрты и буркнул:
– Кумыс у великого хана попьем. Зовет тебя.
Орки выбрались в холодную ночь и двинулись гуськом в центр стойбища, по привычке обосновавшегося на северной границе Города павших. Великий хан Многоголовый не любил ночевать в каменных стенах и использовал сохранившиеся и восстановленные дома только как склады и ночлег для редких иноземных гостей. Добравшись до юрты хозяина степи, Хмурый на мгновение замер, всматриваясь в городские окраины, и удивленно хмыкнул. Над одним из домов ветер трепал струйку дыма, а в закрытых плотными ставнями окнах багровыми царапинами перемигивались щели. Похоже, кто-то не побоялся пробиться сюда через пургу и морозы.
В огромной юрте собрались только близкие советники и старейшины шаманов. Дождавшись, когда Хмурый займет свое место, Многоголовый коротко спросил гостей:
– Ужинать будем? Или не станем время терять?
Убедившись, что никто не голоден, хан в привычной для него манере начал говорить, кратко и четко описывая возникшую проблему:
– Сегодня мы способны выставить семь тысяч бойцов. Четыре тысячи гвардии и три тысячи обычных воинов. К лету из молодняка наберем еще две тысячи. Это все, чем мы располагаем… Наше счастье, что люди не знают, сколько именно степняков погибло рядом с Усыпальницей. И не понимают, что еще одна такая армия, еще один подобный поход, и Орда растает как дым на ветру. Главная наша беда, что люди способны еще раз собрать огромное войско, а мы неспособны им ответить как должно.
Орки внимательно слушали. Великого хана выбрали вождем всех племен не зря. Многоголовый сумел договориться с Хранителями Усыпальницы о помощи, получил оружие и метательные машины у гномов и одержал великую победу над объединенным человеческим войском. Если хан открывал рот, то исключительно по делу.
– Но мы победили, и теперь проигравшие вынуждены считаться с нами, как с равными. Сегодня приехало первое посольство от поххоморанцев. Завтра мы примем их и обсудим в деталях сказанное ханом западного побережья. Однако до того, как мы пригласим послов в эту юрту, я хочу услышать ваше мнение. Я хочу знать, что думают мои советники. Стоит ли нам заключать мирный договор с соседями и получать право на беспошлинную торговлю в приморских городах или лучше обнажить мечи и ударить по слабо защищенным землям? Стоит ли идти в поход на восток, отвоевывать захваченные пастбища или просто потребовать наши земли обратно, напугав одной лишь тенью возможного набега?
Собравшиеся загомонили, прикидывая возможные выгоды от будущих мирных договоренностей. Самые нетерпеливые сцепились друг с другом, обвиняя противника в предательстве заветов предков и излишней мягкотелости. Лишь Хмурый сидел молча, раскурив свою любимую трубку, и пускал замысловатые кольца. Хан долго слушал выкрики с мест, затем хлопнул лапой и повернулся к своему любимому военачальнику:
– Ты что скажешь? Ведь это ты уничтожил Драконье гнездо на наших берегах. Ты лучше других знаешь истинную цену отдыхающим сейчас войскам.
Хмурый спокойно оглядел затихших орков и ответил:
– Нам нет нужды забывать законы предков. Орда жила набегами раньше, будет разорять враждебные земли и в будущем. Но великий хан прав, сейчас нам не устоять против нового военного похода. Поэтому передышка пойдет нам на пользу. Кто мешает заключить нам мирные союзы с западными и восточными королевствами? На пять лет, например. С выгодной торговлей, возвратом захваченных у нас земель? Не потеряв ни одного солдата, мы получим золото для оплаты гномам. Мы разведаем дороги к богатым городам. Мы натренируем молодняк и подготовимся к новой войне. А через пять лет можно и не продлять договор.
– Где мы будем поить кровью наши мечи, если со всеми договоримся о мире? – сердито буркнул один из шаманов.
– С Драконами не может быть мира, – усмехнулся седой орк. – Пусть люди грызутся между собой за право дружить с нами. Пусть укрепляют границы и воюют за леса и горы. Лишь бы не сговорились вновь и не двинули войска против нас. Молодые орки смогут резать дружины баронов в Заречье. А еще сопровождать торговые караваны, учиться стрелять из метательных машин и держать строй под обстрелом врага. Через пять лет мы восстановим силы, а через десять сможем выйти к морям и на западе, и на востоке. Я верю, что мы дождемся момента, когда корабли с нашими тотемами начнут бороздить соленую воду. Сейчас соседи начали разговаривать с нами на равных. Завтра наш молодняк будет ими командовать. Ветер меняется. Истинные хозяева возвращаются на земли предков.
Закончив говорить, Хмурый вновь окутался душистым дымом и не обращал уже внимания на словесную перепалку между другими советниками. Через час Многоголовый выпроводил гостей по домам, пригласив на утреннюю встречу с поххоморанским послом. И хотя хан не произнес ни слова и не озвучил своего мнения, можно было не сомневаться, что все сказанное будет проанализировано и использовано завтра для блага Орды. Мудрый орк не тот, кто сохранил скот холодной зимой. Мудрый орк тот, кто сумел его приумножить. Завтра людям придется дорого заплатить за пять лет мирной жизни. Степной народ добьется действительно выгодных условий. Или головы послов украсят колья в центре стойбища…
* * *
Десятки чадящих факелов разорвали на черные лоскуты душную тьму в низкой штольне. С трудом пробившись сквозь плотную толпу, Глэд увидел сгорбленного гнома, крепко сжавшего потертую ручку лопаты. Звонко пропел молоток, и Гаттарам переступил через звякнувшую цепь, сбросив ржавые кандалы. Кузнец прошел дальше, а на его место протиснулся Безглазый. Поймав усталый, но несломленный взор старика, человек достал из кармана пять золотых медальонов.
– К сожалению, мне не довелось лично увидеться с тобой, уважаемый верховный магистр. Присланные вами оружие и бойцы сберегли мне жизнь в страшной битве.
Худой гном в рассыпающемся от ветхости тряпье долго рассматривал Глэда, затем пожал протянутую руку и степенно ответил:
– Я рад, что наши старания сохранили жизнь избранному Владыкой. Жаль, что не смог встретить тебя в более подобающем виде.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
