Глэд прошел к груде вещей, накрытых узорным покрывалом, и сдернул пыльную материю на пол. Неверный свет заиграл на черном полированном металле личины сплошного шлема без прорезей для глаз, на тонкозвенной кольчуге, брошенной поверх наборной пластинчатой брони и латных перчаток. Сбоку в посеченных ножнах прятал свое серебряное жало меч, созданный последним из рода Воронов, которые ковали оружие еще для самого Владыки.
Безглазый воткнул факел в подставку, сбросил теплую стеганую куртку и быстро надел доспехи, спасшие ему жизнь в битве при Усыпальнице. Освободив острый клинок, полюбовался мерцанием рун на древнем металле. Затем он повесил оружие на пояс, надел шлем и подхватил левой рукой дымящий факел. Повернувшись к гномам, застывшим в проходе, воин вскинул правую руку в приветствии и весело крикнул:
– Я скоро буду! Найду любимую королевскую колотушку и вернусь!
Второй зал Глэд прошел без остановки. Пыль на мраморных плитах глушила шаги, стеллажи, забитые вещами и книгами, неровными глыбами выныривали из темноты и скрывались за спиной. Добравшись до последних дверей, человек, закованный в черный металл, замер на мгновение, потом вежливо постучался. Подождав с минуту, толкнул изъеденное магическим пожаром дерево и шагнул в черный проем.
Длинный зал слабо светился зелеными огнями, которые подобно светлячкам крошечными точками бродили между обвалившимися полками, сваленными в кучу вещами и оплавившимися колоннами, которые поддерживали просевший потолок. Пролетая мимо книг и доспехов, огни иногда меняли направление движения и прожигали себе дорогу сквозь препятствие, оставляя после себя тонкий дымящийся ход. Настенные мраморные плиты отливали всполохами болотного цвета, разгоняя мутные тени по сторонам. Через секунду вспышка гасла, и дымный полумрак возвращался обратно, искажая очертания предметов. Вслед за магическими огнями хаотически метались клубы тумана, старательно избегая застывшего в углу грубо отесанного постамента с каменными барельефами по бокам. На истертом временем камне громоздился дубовый сундук, играющий зелеными бликами на сложных серебряных узорах.
Полюбовавшись на творение неизвестных мастеров, Глэд выдернул из груды истлевших тряпок еще крепкий стул и уселся рядом с выходом из зала. Зачерпнув кусок окутавшего ноги тумана, слепил белесый шарик и бросил его в зеленое марево, прямо в торчащий из дымки край вздыбившейся лавки. Обиженный туман осторожно потрогал поножи, пробежался по раскинувшимся на бедрах пластинам брони и отступил, втянув длинные хвосты в лабиринт обгоревших вещей.
Следом за туманом к гостю слетелись огни. Они долго кружили рядом с человеком, садились на руки, образуя сияющие цепочки, собирались группами в распахнутых ладонях. Но потом неожиданно рванули в стороны, будто сметенные порывом сильного ветра. Глэд положил ногу на ногу, снял шлем и поздоровался с черными тенями, шагнувшими навстречу:
– Танцующий с тенями приветствует жителей Тьмы.
Один из демонов подошел ближе и внимательно посмотрел на спокойно сидящего человека. Огромный череп качнулся навстречу Безглазому и зашипел, с трудом выговаривая слова:
– Ты пришел, безумец. А ведь мы предупреждали, что ты ходишь по грани. И шагнуть на другую сторону намного проще, чем кто-либо может себе представить.
– Пришел. Надо закончить кое-какие дела. И навести здесь порядок, а то после моего танца с нежитью половину библиотеки на замок закрыли.
– Дела? – засмеялся демон, выпрямившись. – У тебя здесь и сейчас только одно дело: как попытаться вернуться назад, в свой мир. Или ты решил окончательно умереть?
– С какой стати? У меня еще запланирован торжественный ужин с Хранителями. С рассказом небылиц и раздачей наград за лучшую историю. А сюда я пришел за разной мелочью: кусками древних артефактов народа Теней, королевской дубинкой из хрусталя и каплями заклинания, опрокинутыми эльфийской колдуньей холодной зимней ночью.
Черная тень обошла кресло вокруг, переступая шипастыми лапами, и принюхалась. Потрогала изогнутым когтем ножны, лизнула кольчугу. Потом повернулась к остальным демонам и удивленно буркнула:
– Странно. Я не чувствую опасной для нас магии. Никаких амулетов и заговоров, способных причинить нам боль. Даже выкованный на погибель живым меч неспособен убить нас… Похоже, человек морочит нам голову и тратит наше время.
– Ой, какие мы серьезные! – засмеялся Глэд. – Когда в прошлый раз мы торговались о цене души эльфа, ты был намного любезнее. А потом порвал больше сотни остроухих, обеспечив себе вечную славу во Тьме. Как, дорого продал добытые души?
Демон стремительно развернулся и лязгнул зубами рядом с пустыми глазницами человека:
– Не тебе считать, чего и сколько я заработал, смертный! И не тебе учить меня, как следует поступать с законной добычей! На твоем месте я бы лучше помолился, чтобы смерть была быстрой и немучительной. Потому что у меня огромное желание рвать тебя на куски бесконечно долго!
Мужчина помахал ладонью, разгоняя смрад. Чуть отклонившись в сторону, чихнул и сипло попросил:
– Ты не мог бы немного отодвинуться? Нажрался какой-то гадости, смердишь ужасно! Как только можно встречать старых знакомых в таком виде?
В зале послышались короткие смешки. Черные тени откровенно веселились, наблюдая за взбешенным соплеменником.
Тварь выпрямилась и побарабанила острыми когтями по голове человека. Потом обхватила лапами свой череп и задумчиво пробурчала:
– С чего же мы начнем, умник? Оторвем тебе ноги или сначала скормим печень искрам мертвой магии? Будет забавно посмотреть, как кусок твоего тела рассыплется в прах!
– Искры? А я думал – светлячки. Ну пусть будут искры. Спасибо, что напомнил. Как-никак я участвовал в их создании, пора их вернуть домой.
Глэд похлопал в ладоши, неслышно прошептав несколько слов, и зеленые отблески на стенах, сваленных вещах и частично обрушившемся потолке погасли. Сияющими звездами сквозь резко сгустившуюся тьму со всех сторон к человеку помчались крупинки древней магии. Крошечные огоньки закружились зеленой мошкарой рядом с Безглазым, затем устремились к раскрытой правой ладони. Застывшие демоны как зачарованные смотрели, как на ладони выросла крошечная сверкающая пирамидка, переливаясь изумрудными гранями. Дождавшись, пока последний из заблудившихся огней растолкал товарищей и спрятался в общей куче, мужчина накрыл другой ладонью сияющую пирамиду и тихо проговорил-пропел:
Те, кто со мной танцевал, пел и зимней ночью страдал,Могут вернуться домой, во мрак вечной ночи стальной,Я вам силы верну, что забрал, нитью к себе привязал,Душу верну и покой, вечного сна прибой…
Глэд дунул, и во тьму осторожно вылетело крошечное облачко, которое медленно растворилось в захватившем зал мраке. Лишь хриплое дыхание демонов нарушало сгустившуюся тишину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
