у него промелькнула мысль, которую отбросил за ненадобностью и не стал её обмусоливать.
Представил, какой сенсорный шок будет у полубогов этого мира, когда они его покинут. Чувство всемогущества уйдёт, останется только тоненькая ниточка, связывающая с Малым Миром сквозь взломанную печать.
Вряд ли они не могут покинуть мир сейчас. Наверняка есть уловки, которые помогут протиснуться сквозь брешь даже таким "силачам". Просто они опасаются вот этого чувства полной отрезанности. Возможно, даже уже пробовали когда-то выбраться. Раз уж печать отсекает чувство Дао-Партнёра, то она действительно мощна. Кстати, что подумала Дым Фимиама, когда Алекс пропал с её радара, залезший в этот изолированный мир? Она наверняка тоже ощущает, где Алекс.
Но сейчас не об этом. Спросит потом, когда прибудет на Древнее Поле Битвы. В данный момент нужно думать о том, на что он может повлиять.
Сила Законов этого мира ограничена уровнем развития его Творцов и Властителей. Они неотъемлемая часть этого мира, а мир — часть них. Можно сказать, что всё сейчас находится в сфере действия их душ.
Как Алекс узнал ранее, слияние с ядром Гордой Звезды означало бы прорыв нв следующий этап для практика на Взрослении Души (5). По аналогии, по-своему, Творцы слиты с ядром Малого Мира, но он не может продвинуть их выше, поскольку несовершенен. Прогресса в практике не будет. Скорее наоборот, прогресс Феи и Дракона приводит к прогрессу мира, а не так, как в случае слияния с ядром Звезды, которое более совершенно и подтягивает практика выше.
А ещё есть место, где власть Творцов ограничена. И, скорее всего, это происходит потому что там живёт нечто, не дающее проникнуть их воле в зону своей ответственности. Не будь Королева Насекомых сильна, за тысячелетия они бы нашли способ продвинуть Законы Малого Мира и в эту область. Или напротив, с их помощью улучшили бы свой мир. А пока это место как капля воды в масле — что-то более чистое в густой массе, не желающее смешиваться. Наверняка, кроме естественных причин есть и поддерживающая несмешение воля практика.
Королева для Демиургов — как кость в горле. Она сохраняет законы Внешнего Мира, частичку мира изначального, самозародившегося кармана в пространственной трещине. Она сама говорила, что вне этого места её охватывает безумие, то есть заинтересована в сохранении текущего состояния, а ещё лучше — в расширении.
Если её, Королевы, не будет, то власть Творцов может стать полнее, они, вероятно, с лёгкостью смогут ассимилировать Законы Внешнего мира, поглотить их, слить со своим мирком. То есть их Мир станет совершеннее, а вместе с ним и они будут прогрессировать.
Но у этого обстоятельства есть и оборотная сторона: что если воспользоваться защитой Королевы и «отравить» Малый Мир? Сломать его Законы? Если бы речь шла о настоящем, природном мире, или созданным совершенным сверхсуществом, то таким гигантским куском можно и подавиться. А вот с творением относительно низкоуровневых практиков можно и потягаться. Особенно, если поможет практик сопоставимого с ними развития.
Алекс спросил себя, что будет с практиками, населяющими этот искусственный мир. Они погибнут? Станут смертными? Просто ослабнут? Внутреннее чувство велело не беспокоится, а логика подсказала: во Внешнем Мире, отрезанные от этого расширенного пространства, никто не падает без сил. Даже наоборот, впустив в тело более совершенные Законы Внешнего мира, они становятся настолько сильными, что аборигены их боятся. Наверное, это сравнимо с тем, как тренировавшийся с утяжелителями переобувается в лёгкую и удобную спортивную одежду. Определённо, беспокоиться не стоит.
— Эй! Королева! К тебе гость пришёл! — заорал Алекс, едва почувствовал на себе внимание третьего могучего существа.
Земля зашевелилась и отовсюду начали вылезать крупные насекомые всевозможных форм и размеров. Одно их объединяло: миленьких среди них не было.
Радовало, что не нападают, хоть и видно, что некоторые не прочь полакомиться человечинкой. Со жвал некоторых капала кислота такой силы, что камень таял как сахар, брошенный в горячий чай.
— Как ты сюда попал? Сейчас не время для ваших забав, — голосом Королевы сказало одно из человекоподобных существ.
— Не по своей воле, — Алекс ответил, обращаясь в сторону этой твари. — Если поможешь с печатью, то расскажу подробнее.
Гость продемонстрировал плечо, на котором красовался орнамент. Сам Алекс его не видел, печать со стороны спины, но отлично чувствовал.
— Отчего же не помочь. Не сопротивляйся, — нотки злорадства в голосе не понравились мужчине, но с другой стороны, сейчас он находился почти в полной власти Королевы. Тварей вокруг всё больше и больше, они окружили со всех сторон: Буквально: не только по сторонам и в воздухе, но и земля под ногами шевелилась.
Сотня вот таких кислотных плюнет в его сторону… А под контролем Хозяйки они смогут это сделать с упреждением. Даже если хотя бы двое попадут… Бр-р-р…
— Делай что нужно, — решился Алекс.
Подсознательно он ожидал плевка кислотой, который вместе с печатью проест дыру в плоти. Но оказалось, что Королева вознамерилась действовать тоньше, хоть и с похожим эффектом: стая мелких мошек накинулась на печать, пожирая её вместе с телом и повреждая энергоканалы, в которые вросли «щупальца» метки слежения. Времени прошло немного, но Алексу оно показалось часами. Эту боль невозможно ни перетерпеть, ни заблокировать. А практики это делают относительно легко!
— Спасибо, что действовала осторожно, — сарказм сочился из каждого слова. — Быстро я не восстановлюсь.
— Возможно, ты никогда не восстановишься. Если твоё дело мне не понравится, — уродливая тварь даже прикрыла пасть лапой, видимо копируя хихикающую где-то там, в замке, Королеву.
— Теперь нас не слышат?
— На всякий случай, не говори пока. Жду. Дорогу ты знаешь, но на всякий случай тебя проводят. Уж больно ты прыткий.
— Сначала дай слово, что дашь мне высказаться… В прошлый раз мы расстались на не слишком дружеской ноте.
— А то что? Что ты можешь, деточка? — монстр опять захихикал.
— Постараюсь сбежать… А там, кто знает, что я смогу через тысячу лет? — Алекс подпустил угрозы смешанной с иронией в голос.
— Просто слово? Не клятву? — уточнила через монстра Королева.
— Ты, конечно, не человек, но, думаю, и твоей практике ложь может навредить.
— О? Даже так? Что ж, приходи поговорим о лжи… и её влиянии на развитие. Даю слово, что не нападу, пока ты не выскажешь свою просьбу.
— Даю слово, что не нападу, если не почувствую угрозы, — ответил Алекс почти тем же, что опять заставило чудовище захихикать.
Алекс зашагал в сторону замка, а всё это копошащееся живое море последовало за ним, несказанно напрягая не столько опасностью (слову монстра он верил), сколько жутковатым, а часто просто-напросто
