не особо сильно развитая, судя по вооружению патрульных отрядов. И нападать на мирный город, значит ставить себя в один ряд с пришельцами, разрушающими сейчас Вашингтон. Так что, лучше всё-таки будет вернуться обратно на сушу и пусть, потратить чуть больше времени, но по крайней мере жить со спокойной совестью, не став причиной ночных кошмаров для обитателей океана.
Вот только на мои планы всем было плевать.
Страшной силы удар пришелся сзади, бросив меня вперед, и я ощутил раздирающую боль в груди. Сработавшая пассивная защита, постаравшаяся отклонить попадание, выдернула скальную породу из находящегося под ногами грунта, но не смогла ничего противопоставить светящемуся белым светом предмету, разметавшему камень, и как нож масло, пробившему костюм, вместе с моим телом.
Я уже давно не чувствовал такой жуткой боли. Наверное, что-то подобное было в тот момент, когда я по глупости деактивировал костюм и меня залило кислотой из сотен раздавленных скорпионов. Только сейчас меня буквально корежило изнутри. Я не мог вздохнуть воздух и как будто этого было мало, костюм начал сползать с моего тела, не выдержав разрушительной атаки.
Меня снова дернуло и потащило вниз, по склону, одновременно мотая во все стороны и не давая сосредоточиться. Всё, что я видел, это торчащий по центру из груди светящийся кол, дергающийся и старающийся расширить рану. Катана в очередной раз выскользнула из предательски ослабшей конечности, теряясь где-то между торчащих каменей.
Тело охватила предательская слабость, как будто его отравили и я даже не мог пошевелиться, чтобы что-то сделать. Преодолевая себя, будто поднимая десяток тонн, всё же сумел поднять правую руку и положить её на острие. Напрягаясь, активировал дезинтеграцию и недоуменно уставился на конечность. Вернее, на запястье и отсутствующую кисть. Эта чертова хреновина аннигилировала мою ладонь прежде, чем я успел что-то сделать!
Чёртов костюм окончательно исчез, исчерпав защитные свойства и к раздирающей изнутри боли прибавилось давление в десять атмосфер и нехватка воздуха. Я может и постарался бы вдохнуть солёную морскую воду, вот только от моих легких по всей видимости остались только ошметки. Только высокая выносливость, заблаговременное прокачанная до аномальных для людей значений поддерживала меня в живых. Ну, и, скорее всего, ещё и спешно запустившаяся адаптация организма.
Тело очередной раз дёрнуло и я почувствовал, что освободился. Только вот это стоило мне разорванной грудины. Светящаяся хреновина просто вырвала кусок туловища и я, медленно вращаясь вокруг своей оси, начал опускаться на дно, захлебываясь кровью.
Но был и хороший момент. Странный паралич начал отпускать, и я наконец смог рассмотреть тварь, сделавшую со мной такое. Это был гребаный нарвал! Огромный, пятиметровый морской единорог, на котором сидел очередной рыболюд, натравивший на меня своё животное. Только в отличие от обитающих в морях на нашей планете, у этого рос пробивающий всё подряд светящийся рог.
Судорожно дёргая за сбрую, такое ощущение, что имплантированную в голову нарвала, рыболюд развернул своего коня и направился в мою сторону. Я из последних сил, чувствуя подступающую смерть, вытянул левую руку, оставшуюся не покалеченной, и активировал лазерный луч на полную мощность.
Вода в небольшом радиусе от столба света забурлила, начали образовываться пузырьки пара, скрывающие от меня результат моей атаки и спасаясь, дернул себя в сторону потоком воды.
На удивление, самочувствие нормализовалось, и я бросил взгляд на свою грудь, уже затянувшуюся какой-то розовой массой, вздувающейся и постоянно лопающейся. Уже не в силах терпеть, открыл рот, делая вдох и закашлялся, с радостью отмечая, два факта. Что снова могу дышать и что могу делать это под водой.
Четыре ровно разрезанных куска тела, оставшиеся от нарвала и его наездника начали тонуть, причем я отметил, что со смертью животного пропало и свечение у рога. Но желания его вновь потрогать у меня всё равно не возникло.
Я бросил взгляд на правую руку, увидев бурлящую на месте кисти розовую плоть, прямо на глазах становящуюся новой ладонью. Регенерация, конечно, выросла в разы, но выглядело это крайне неприглядно. Хотя грех было жаловаться. Пусть хоть как происходит, главное, чтобы обратно отросла, вернув функциональность. А всё остальное починится при выходе из локации.
Привлеченные световым шоу, разразившимся на месте нашей схватки, из города начали подниматься отряды пловцов, всматривающихся вдаль, и я понял, что дело плохо. Я увидел, как минимум ещё десяток таких же морских единорогов, своим светом привлекающих внимание. А у меня больше нет брони, нет правой ладони, всё тело ломит и корёжит, дышится с трудом, вдобавок состояние такое, что кажется, что легче сдаться, чем продолжать бороться. В таком виде я точно не вытяну сражение с целым городом, особенно учитывая, что самое моё разрушительное оружие, лазерный луч, под водой был не так эффективен. Водная среда и возникающие эффекты кавитации, кипятящие жидкость, взаимно увеличивали эффект сопротивления, сводя поражающую способность на минимум и делая из потенциально дальнобойного оружия, штуку, пригодную только вблизи.
Я попробовал уплыть, но когда через минуту оглянулся, то увидел, что меня начинают догонять. Чертовы водоплавающие твари оказались в разы быстрее чем я и уже приготовили свои арбалеты.
Представил, как сотни маленьких стрелок начинают дырявить моё тело, передернулся и резко принял вниз, начав снижаться ко дну. Уши сдавило, голова сначала резко заболела, но буквально через несколько секунд отпустило.
Не сбавляя скорости, врезался в грунт, раскрывая его под собой и тут же начал погружаться в землю, задерживая дыхание. Море осталось позади, а преследующие рыболюди, должно быть, остались в знатном недоумении, не понимающие, где меня искать. Сомневаюсь, что они осознают, что я вообще оказался под землёй, продолжая искать меня снаружи.
Хотя, я и сам до конца не привык к этой способности. Управлять землёй, свободно манипулируя ею так, как будто это ещё одна моя конечность, ощущение странное, но со временем привыкаешь. И только уйдя на глубину, заодно приняв чуть в сторону, слегка успокоился, начав создавать себе подземную пещеру.
Из-за резкого исчезновения десятков кубометров пространства, давление резко снизилось и из окружающей земли начали просачиваться газы, до этого заключенные в трещинах породы. Резко завоняло метаном, и я в очередной раз прочувствовал на себе эффект экстренной перестройки системы дыхания. Снова удушье и появление темноты перед глазами.
Покачнулся, потеряв равновесие, но сжав зубы, всё же устоял на ногах. В голове шумело, вестибулярный аппарат протестовал, но он уже не был таким слабым, как у обычного человека и думаю, что я спокойно выдержал бы даже тренировку космонавта на максимальной сложности, с десятикратными нагрузками, а потом легко сошел с аппарата и
