крепкая связь.
Сначала он спрятал беркута, а сам стал искать в интернете, как выходить раненую птицу. Через две недели самка уже смогла снова летать. К этому времени он успел наткнуться на информацию про соколиную охоту, и у него возникло подозрение, что беркут принадлежал какому-то египетскому сокольничему. Он проверил свое предположение, попробовав закрыть птице голову колпачком. Та сидела неподвижно, позволив ему сделать это, и он убедился в своей правоте.
Поняв, что ему в руки попала обученная охотничья птица, он решил уговорить начальника базы разрешить ему оставить беркута у себя. Начальник пригласил его на встречу в укромном уголке базы. Увидев, как он вышел из-за барака с сидящим на руке беркутом, насторожился.
– Это дикое животное, – сказал начальник, с опаской глядя на острый клюв. – Оно очень опасное. Я не допущу, чтобы птица жила на базе, угрожая моим подчиненным.
Предвидя возможные возражения, он уже заранее договорился с одним из тех немногих сослуживцев, кого считал своими друзьями.
– Птица может защищать базу, – сказал он начальнику. – Смотрите, что она умеет!
Прежде чем начальник базы успел возразить, он поднял руку, и беркут взмыл в воздух. Затем он отцепил от пояса рацию, ткнул кнопку передачи и отправил сигнал.
Через мгновение вражеский беспилотник, сбитый на прошлой неделе, с жужжанием вылетел из-за соседнего здания. Он отключил шпионское программное обеспечение и починил сломанный пропеллер, и беспилотник теперь снова мог летать, не отправляя никакой информации неприятелю.
Беркут кружил высоко в воздухе, и он увидел, что птица нацелилась на новую добычу, охоте на которую он ее научил. Стремительно спикировав на беспилотник, беркут схватил его когтями и аккуратно опустил на землю.
Начальник базы, пораженный увиденным, разрешил ему продолжать работу с хищной птицей, которую он теперь называл «новым контртеррористическим средством».
Соколиная охота научила его терпению, мудрости и выдержке. Он выносил птицу вглубь раскаленной пустыни и только там выпускал ее, заботясь о том, что у нее будет достаточно свободного пространства для охоты вдали от базы с ее обилием антенн, проводов и вышек, представляющих для нее серьезную опасность.
Через несколько месяцев он посмотрел на себя в зеркало и был потрясен увиденным. Его бледное прыщавое лицо покрылось бронзовым загаром и стало твердым. Мышцы ног превратились в тугие канаты, накачанные бегом по песку, грудь бугрилась мускулатурой, о которой он не смел и мечтать всего каких-нибудь пару лет назад.
Когда ему настала пора возвращаться в Штаты, солдаты подразделения, в котором он служил, стали упрашивать его оставить беркута им. Он стал заниматься со своим приятелем, тем самым, который помог ему с беспилотником; однако умная птица раскрывала клюв и начинала пронзительно кричать и хлопать своими могучими крыльями всякий раз, когда этот человек к ней приближался.
– Она выбрала тебя, – покачал головой приятель. – И больше никого к себе не подпустит.
Это откровение его ошеломило. Благородная птица привязалась к нему и не желала с ним расставаться. У него что-то шевельнулось в глубине души. Впервые в жизни другое живое существо привязалось к нему, не находя в нем никаких недостатков. Он приобрел настоящего друга.
После бесконечной бюрократической волокиты командование наконец разрешило ему взять беркута с собой на новое место службы в Аризоне. Начальник этой базы согласился разрешить птице продолжать работу по защите военного объекта от нападения с воздуха. Это решение предопределило его дальнейшую карьеру: новой задачей стала борьба с кибертерроризмом, и в первую очередь защита от биологического оружия.
Через два года после возвращения домой он уволился в запас, но продолжал выполнять свою работу, и ему было разрешено оставить птицу себе. Все обернулось просто замечательно.
Однако так продолжалось только до лета прошлого года…
Глава 53
Вспотевшее тело Бьянки скользило по широкой трубе воздуховода. Она ползла вперед до тех пор, пока не добралась до продолговатой вентиляционной решетки в трубах под потолком. Решетку удерживали на месте два самореза. Взяв зазубренный осколок кольца из вольфрамового сплава, который она держала в зубах, девушка принялась за работу, пытаясь приподнять саморез за головку.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Бьянке удалось вытащить саморез настолько, чтобы можно было подцепить его пальцами. Ухватившись, она потянула, обдирая пальцы, и наконец крошечный саморез с хлопком выскочил из стены и упал с высоты десяти футов на пол. Теперь, когда появилась возможность крутить решетку, второй саморез уже не смог оказать особого сопротивления. Бьянка положила его внутрь воздуховода. Если ее замысел увенчается успехом, она или поставит решетку на место после того, как заберется в воздуховод, или спрячет там, где похититель не сможет ее отыскать, не потратив какое-то время на поиски. Разумеется, рано или поздно он догадается, как сбежала его пленница, однако Бьянка не собиралась упрощать ему эту задачу.
Прямоугольное отверстие оказалось таким небольшим, что девушке с трудом удалось просунуть туда голову и плечи, но она все-таки втиснулась в воздуховод, который должен был помочь ей выбраться из тюрьмы. Если, конечно, он не превратится в груду искореженного металла, рухнув на бетонный пол.
Бьянка не страдала клаустрофобией, однако в тесноте замкнутого пространства она начала задыхаться. У нее перед глазами возник образ Нины. Девушка знала, что пришлось пережить в прошлом ее наставнице. Понимала, через что ей пришлось пройти, борясь за свою жизнь. Если бы клёвая тетка оказалась в такой ситуации, что бы она сделала?
Все что угодно, черт побери, что потребуется, чтобы спастись!
Собравшись с силами и мысленно призвав на помощь Нину, Бьянка дюйм за дюймом поползла по воздуховоду, не обращая внимания на стонущий металл и встречающиеся время от времени на пути выступающие болты. Пробираясь по тесной трубе, она радовалась тому, что ее обнаженная плоть ни за что не цепляется.
Внутри воздуховода было настолько темно, что Бьянка разглядела тоненькую полоску света далеко впереди. Свет означал, что там другая решетка, выходящая в другое помещение. Бьянка рассудила, что может или оказаться там, откуда можно будет бежать, или попасть прямо в руки убийцы. Она поползла медленнее, стараясь двигаться как можно более бесшумно, чтобы похититель, если он находится в помещении впереди, ничего не услышал. Можно будет выглянуть в щели решетки и узнать, есть ли там кто-нибудь.
Бьянке казалось, что она ползла бесконечно долго, прежде чем наконец добралась до света, косыми лучами проникающего в щели решетки. Выкрутив шею, она осмотрела расположенное внизу помещение. Похоже, это было что-то вроде подсобки. Девушка увидела ведра и швабры, железные стеллажи, кучу старых
