что с ним делали.
Но нечто большее, чем просто били. Он дышит ртом — нос давно сломан, глаза мутные и выражение лица… Не знаю, как это описать. Оно утратило эмоции. Полностью. Обезображено, и… Я бы не узнала его, если бы не знала, что это Роман Северный.
Только фигура — мощные плечи — прежние.
Взгляд скользит по моим ногам, поднимается все выше, пока не останавливается на лице.
Даже не понимаю, узнает меня или нет.
В глазах пустота.
Он знает, что его не отпустят живым. Отвожу взгляд первой и останавливаюсь у стены. В таком состоянии последнее, о чем Роман будет думать — я и мой сын.
— На кого ты работаешь?
Ян останавливается перед Романом спиной ко мне.
Тот опускает голову.
— Все равно будешь выбивать ответы. Так чего ждешь?
— Что твоя тупая башка включится до того, как тебе ее прострелят, Северный. Расскажи с самого начала, — Ян обходит его и становится позади, наблюдая за мной. — Как ее вербовали, кто?
Оба смотрят на меня.
Словно я главная звезда этой картины.
Ян захотел, чтобы я пошла с ним не просто так. Он хочет видеть мою реакцию на Романа и его рассказ. Отрезал ради меня палец и все равно не верит. Не хочет остаться в дураках еще раз. Три года назад в «Небесах» его поимели, как простака, он боится, что это повторится…
— Я не участвовал в этом. За работу с Верой отвечал другой человек. Богдан не справился с задачей, — хрипло говорит Роман. — Меня послали это исправить.
Ян начинает издалека:
— Мне нужны контакты вербовщиков. Одну вы убили, так? Остальные, кто участвовал, Северный, я хочу знать, как их найти.
— Вербовали студентку-актрису, через свои связи. Никто Верой всерьез не интересовался.
— Кто собирал обо мне информацию?
— Не знаю… — взгляд Романа печально скользит по мне. — Изучали твою прошлую жизнь. Любимый типаж, вплоть до одежды, духов. Долго готовились.
Хмыкаю, вспомнив, какую мне принесли одежду. Учли все, вплоть до мелочей, чтобы он клюнул.
И вытолкнули ему под машину.
— Все спланировал Богдан. Нужно было выманить тебя в клуб дважды — в первый, чтобы проверить, как работает и устроена твоя личная охрана. Клуб был его территорией, вас снимали, изучали взаимодействие службы безопасности.
— Вторая встреча?
— Вторая… Подготовились к нападению. Хотели отрезать палец и убить. Это все. Они облажались. Часть контактов участников найдешь в конторе Корнилова. В киберотделе.
Ян изучает мою реакцию, прежде чем пойти дальше.
— Расскажи про махинации в киберотделе.
— Его открыли под прикрытием фирмы Корнилова. Я там не работал. Координировал, передавал задачи, но лично не приходил.
— Чем там занимались?
Он вздыхает.
— Много чем. Я был не единственным координатором. У каждого свое направление. Офшоры, обналичка, фирмы-прокладки, анонимные счета и цепочки. Широкий спектр услуг. В основном финансовых. Безопасность данных, официально только они.
— Что конкретно ты там делал?
— Я же сказал. Начал координировать его, как и клуб, три года назад, после провала Богдана.
— Он им занимался до тебя?
— Нет. Другой человек.
— Зачем ты пришел туда?
Роман снова мерит меня взглядом. Облизывает губы.
— Ты слишком резко отжал фирму у Корнилова. Я не понял причин. Мне сказали разобраться. Я уже знал, что там работает Вера…
Снова быстрый взгляд.
Теперь на меня смотрят оба. Ян ждет продолжения.
— Я никогда туда не приходил. Не знал, чем еще занимается Корнилов — у него был реальный бизнес, меня он не касался. Он просто предоставлял под своей вывеской место для нас. Старая фирма, хорошая репутация, Корнилов был должен моему боссу, поэтому, когда потребовалось, отдел открыли там. Я довольно долго не знал, что там работает Вера… И когда выяснил это…
— Ну?
— Я не сообщил об этом никому. Сам решил понаблюдать — не подослал ли ты ее к Корнилову.
— Мы тогда не общались… — замечаю я, и Ян прищуривается.
Мол, замолчи и не вмешивайся.
Поверх опущенной головы Романа мы смотрим друг в другу в глаза. Хорошо, что Ян позвал меня и Роман не стал упрямиться. Наверное, это не та информация, которую выбивают под пытками, поэтому он говорит. А я хотела узнать историю со стороны и не в пересказе от Яна, а от участника события.
Роман продолжает:
— Я следил за ней…
На этом месте появляется мороз по коже.
Это ведь тогда он узнал про Марка… Смотрю ему в глаза с ожиданием, мольбой и упрямством — только не говори…
— Оказалось, она с тобой не была связана. Вы не встречались, не звонили друг другу, она жила одна.
— И? Что ты сделал?
— Оставил ее в покое, — Роман поднимает голову и отвечает таким же взглядом в глаза. — Вы были год женаты. Я уже знал ее историю. Никому докладывать не стал.
— Какого хрена? Почему?
Ян что-то подозревает. А я вдруг понимаю, почему он никому не сказал. По взгляду. Роман просто пожалел меня, как в бане или на яхте. Пожалел по-звериному, как умеют жалеть такие, как он. Не убил, прошел мимо — снисхождение хищника.
— Не захотел.
— Не ври.
— Тебе нужна практическая причина, так у меня ее нет. Твоя брошенная жена была не нужна мне, потому что она не была нужна тебе.
Это Ян принимает.
— Интерес к ней возник снова, когда ты, Горский, внезапно полез на фирму Корнилова и пытался сначала принудить ее продать, затем махинациями получил ее после смерти владельца. С фиктивным отделом и следами в бухгалтерии. Мне приказали вернуть ее. Я пришел под видом клиента, планируя изучить ситуацию на месте и действовать по обстоятельствам. Либо забрать ее обратно, либо уничтожить отдел. Мне приказали ее вернуть. Я так и не понял, какого хрена ты вообще там появился…
— Ох, ни хрена себе, — бормочу я, поняв замысел кукловода.
Ян бросился на эту фирму, не просто так, была причина: анонимный звонок. Он рвал жилы, чтобы выйти на нужного человека, причастного к нападению три года назад. И ведь вышел!
Богдан оказался умнее, чем я думала. Это он их столкнул лбами.
Или ему очень повезло.
— Роман, — зову я. — А зачем ты собирался прийти туда до того, как Ян ее отжал?
Оба с подозрением смотрят на меня.
Так получилось, что фрагменты этой головоломки оказались не у крутого наемника с темным прошлым и не у влиятельного олигарха, а у меня, менеджера по гостеприимству.
— Я получил звонок от анонима, — поясняет Ян. — О том, что ты придешь на встречу к Корнилову. Он дал понять, что ты связан с нападением на меня в клубе. Поэтому я
