приложил усилия, чтобы получить фирму.
— Звонил Богдан, — говорю Яну и добавляю для Романа. — Он тебя подставил за то, что ты его подсидел после неудачи, как он считал.
— Нет, — бормочет он. — Мне поручили вывести отдел из-под управления Корнилова, либо выкупить фирму… Богдан тебя предупредил?
— Да, — я смотрю на Яна. — И ведь у него получилось. У него сейчас Герман, Ян. Если еще жив. Этот ублюдок Богдан сделал все, чтобы исправить свою ошибку и вновь оказаться на коне. Он специально тебя предупредил, чтобы ты пошел ва-банк и попал в ловушку, Ян, чтобы закончить начатое в клубе! А его, — я показываю на Яна. — Он подставил, чтобы отомстить! И, как видишь, он почти добился своего!
За одним исключением.
Ян еще жив.
— Не лезь, — Ян поднимает руку, призывая заткнуться, словно я подчиненная.
Но смотрю на забинтованную ладонь, где не хватает пальца… И не спорю.
— Зачем вам мой палец?
Роман качает головой.
Молчит.
— Не хочешь говорить? Мои люди были недостаточно убедительны с тобой?
— Не вижу смысла отвечать. Я не знаю, Горский. Я просто выполняю приказы. Я не знаю, зачем им твой палец.
Горский не реагирует.
Взвешивает что-то свое.
Я понимаю, что допрос подходит к концу — к самым главным вещам, на которые остается ответить Роману. И если он не справится, его здесь же и похоронят. Места в лесу много.
— Кто твой заказчик? — глухо произносит Ян. — Имя и что он имеет против меня?
Роман смотрит мне в глаза — устало и печально. Он знает, что самые страшные пытки не применят, пока я здесь — Ян не настолько отбитый. Меня попросят уйти, чтобы по-настоящему выбить правду.
— Я не знаю его имени, Горский…
Я вздрагиваю от смеха Яна, настолько цинично и сумасшедше он звучит. Как безумец, он обходит Романа, чтобы посмотреть в лицо.
— Ты врешь!
— Я клянусь.
Какое-то время Ян оценивающе смотрит на него.
— Но ты на него работаешь годами. Чем он тебя держит? Он знает, кто ты на самом деле?
Роман приоткрывает рот — первый признак волнения.
— Я провел ДНК-тест твоей крови. И знаешь, что он показал? — Ян усмехается. — Ты ведь знаешь, Северный…
— Где ты взял кровь?
— Нужно быть умнее, Северный. А не волочиться за красивой девкой… Моей женой. Ты оставил кровь на ее полотенце. И знаешь, что я узнал?
Роман вдруг мрачнеет.
Я даже не могу описать, что происходит с его лицом — он закрывается. Взгляд потуплен, а плечи напряжены. Ян нашел его слабое место.
— Ты мертв.
— Пошел ты…
— Твое ДНК принадлежит мужчине, умершему пять лет назад от криминальной пули. Константину Кирсанову. Бизнесмен, погибший от пули киллера. ДНК не врет, Северный. И бизнесмен из тебя хреновый… Кто ты такой?
Я хмурюсь.
— Что? Ян, он…
— Он труп, милая, — Ян усмехается. — Я понимаю, срочно пришлось залечь на дно. Подставной киллер, свидетельство о смерти и новые документы, лучший вариант, да?
Ян ищет разумную версию, а я хмурюсь…
В Северном мне всегда виделся подтекст. Двойное дно, странное и необъяснимое, но все, вплоть до шрама кричало об этом…
Шрам.
— Как он погиб? — шепчу я, даже «милую» пропустив от шока.
— Огнестрельное. Прямое попадание в сердце.
Вдруг Ян выдергивает из-за пояса пистолет и направляет ему между глаз.
— Этим он тебя держит? Знает твою настоящую историю? Я могу тебя пристрелить прямо сию секунду. Мне даже ничего не будет за это, Северный. Ты и так мертвый.
Роман отвечает взглядом в упор.
— Ну так стреляй, — он кривится, как от зубной боли. — Мне все равно.
Время тянется, как смола.
Они смотрят друг на друга и, уверена, оба готовы пойти дальше: один выстрелить, другой сдохнуть.
Роман слегка прищуривается:
— Я готов умереть. От твоей руки или от рук Богдана, моего босса, который узнает, что я рассказал в плену, какая разница, кто нажмет на спуск? Я к этому готов. А ты, Горский, готов сдохнуть?
— Контакты с твоим боссом, — резко бросает Ян. — Быстро. Или мои ребята поговорят с тобой до утра. Как ты с ним связываешься?
— Мне нужен телефон, — сдается Роман.
— Принесите его вещи, — кидает Ян и охранник на пороге поднимается наверх.
Возвращается с черным мешком, похожим на тот, в котором меня везли от пирса до охотничьего дома, внутри вещи: бумажник, документы, спутниковый телефон… Вещи, которые при нем были.
— Я не буду тебя убивать, — бывший убирает пушку обратно за пояс. — Если хочешь жить, ты дашь все данные, потом я поменяю тебя на своего человека…
Из мешка он забирает телефон.
— Ян, мы можем поговорить? — прошу я.
Повисает пауза.
Вмешалась в мужской разговор. Чтобы женщину услышали в такой момент — это нужно с ног на голову встать и доказать, что у меня действительно что-то важное. На слово не поверят.
Такие законы в маскулинной среде.
Но они не знают деталей, которые знаю я.
— Это важно.
Ян кивает.
Может, интимный момент в машине так на него повлиял — я перевязку имею в виду. Мы поднимаемся из подвала, но не на поверхность. Остаемся в комнате охраны. Здесь тоже мерзко пахнет старым бетоном, но не так противно — кровью — как внизу.
— Ян, Богдан не пойдет на обмен. Он его ненавидит. Когда я была там, они конфликтовали.
— Ты уверена, что Герман попал к Богдану?
— На все сто. Они кричали… велели сдаваться, — отвожу глаза, не в силах признать, что на самом деле от меня хотел Богдан. — Я узнала его голос. Богдан не просто ненавидит Романа, он желает ему смерти.
— Ты слишком много знаешь, — замечает Ян.
— Ну что сказать… Я наблюдательная. Надеюсь, ты меня ни в чем не подозреваешь?
Пауза.
Ян размышляет.
Могли ли меня завербовать, пока я была там… Боится, что снова окажется в дураках. Но он видел, что я не кидаюсь грудью на защиту Романа, да и он ни в чем меня не обличал.
— Уже нет, — наконец отвечает он и спускается обратно.
Бреду за ним, надеясь, что он меня услышал.
— Богдан хочет, чтобы ты сдох? — уточняет Ян, вернувшись.
— Ты с ним не договоришься, — глухо отвечает Роман.
— Звони своему боссу. Я не буду договариваться с шестерками вроде Богдана. Прямо сейчас звони, я жду.
Глава 26
Я много раз гадала — кто он?
Этот загадочный человек, который пытается дотянуться до Яна. Но самая поразительное то, что Горский так и не смог на него выйти, а влияния у него хватает.
Бывший конкурент? Соперник? Никаких мыслей.
Ян
