которого я не ожидал увидеть и когда-либо встретить. Я был уверен в его смерти там, на последнем этаже башни. А теперь оно тут, в доме, в котором живут как минимум мои друзья, и я должен разобраться с ним не навредив никому. Эта тварь пришла только за мной, и только я должен прикончить ее. Мышцы взбугрились, а сердце бешено разогналось, за доли секунды выходя на пик, разгоняя кровь по мышцам и разрывая мощную грудную клетку своими ударами.
— Уф-ф-ф, — выдохнул я, нанося локтем молниеносный удар по обнаженному телу позади и услышал как ее ребра хрустнули, затем схватив руку монстра я перебросил легкое женское тело через себя, хлестанув спиной обнаженной девушки по краю каменной чаши, в которой я находился мгновение назад. Треск позвонков для меня был обнадеживающим знаком, говорящим, что всё окончено. Но оно все еще было живо, кровавое зрение показывало, что все повреждения твари восстанавливались мгновенно. А ведь монстр еще даже не начал отвечать на мои удары. Мне ни в коем случае нельзя дать твари опомниться.
— Иньху! Бей! — закричал я, нанося первый удар в голову монстра и впечатывая голову девушки в каменную чашу, отчего вода окрасилась красным. Удар, еще удар! Вспенивая окровавленную воду, я бил настолько быстро, что рвал мышцы, не предназначенные для такой скорости, и кричал при этом изо всех сил. — Иньху!
Каменная чаша наконец не выдержала моих ударов и треснула, из трещин начала вытекать вспененная вода. Из окровавленной, вспененной воды внезапно выскочил маленький женский кулачок и с немыслимой силой ударил меня в грудь, посылая в полет прочь из чаши под треск уже моей грудной клетки. Я видел, как на крыше смотрел на меня бледный Иньху, и его лицо быстро менялось. Он не понимал, почему я так жестоко начал убивать с виду беззащитную девушку, а из окровавленной воды каменной чаши появлялось оно… Черноволосая, обнаженная, с большой упругой грудью и улыбающаяся во весь рот, без единой раны и вправляющая руками свою сломанную шею.
Упав на землю, я не мог вдохнуть воздух, а та девушка, которой стало семечко, заговорила медленно, томно и с такой обворожительной улыбкой, словно ей не мешала ни кровь вокруг неё, ни удары, что я нанес ей.
— Ты такой горячий, — улыбнулась она мне. — Как, впрочем, и в первую нашу встречу в башне…
— Уф-ф-ф, — я, наконец, смог вдохнуть живительный воздух, а с освещенной лунным светом крыши в полной тишине сорвался вниз Иньху, сжимая в руках обнаженные мечи.
Он, наконец, понял кто перед ним, зря она сказала про башню, но одному Иньху не справиться. Я рванул вперед, касаясь земли руками и спеша к девушке, что коснулась своей аккуратной босой ножкой земли, выходя из каменной чаши, которая невероятно быстро опустела из-за трещины, что пошла по всей чаше из-за моего удара.
— Милый, не злись, — улыбнулась обнаженная красавица, чья бледная кожа в лунном свете была прекрасна. Семечко выбрало самое прекрасное тело из тех, что я когда-либо видел или мог представить, словно отражение своей отвратительной сущности.
— Ах! — внезапно вскрикнула красавица.
Из груди девушки вышла окровавленная сталь меча, а из плоского животика вышел второй клинок Иньху.
— Быстрый, — обронила грустно девушка, а из уголка ее розовато-алых губ пошла струйка крови.
— Не вынимай! — закричал я что было сил, но было поздно, мастер на то и мастер, его рефлексы отточены годами тренировок. Противник мертв, и будь он даже монстром из башни, все равно сдохнет. От такого удара не выжить, сердце и артерии перерезаны, печень и половина кишечника разрезаны, а если вынуть меч, то девушка умрет за долю секунды, не способная даже пошевелиться, ведь и позвоночник перерублен надвое, если не на три части. Но я знал, на что способны удары моих кулаков в полную силу, и если эта тварь не умерла от них, то дело плохо.
Мечи вышли из девушки, а на её лице игриво вздернулась бровь, мне осталось три шага, я уже был готов к удару, но семечко было быстрее. Точеная ножка взвилась в воздух, и розоватая женская пяточка оказалась направленна мне прямо в лоб. Её ножка лишь слегка распрямилась, а все остальное довершила моя инерция, моя скорость и мой вес.
— Щелк, — раздалось в моей голове и сознание помутнело.
Я пришел в себя с трудом и не сразу понял что происходит. В двадцати метрах от меня кружились в ночи под лунным светом двое, такие не похожие друг друга, но страстно танцующие. Невысокий мужчина кружился с двумя мечами, что светились в темноте, ловя свет луны вокруг его любви к обнаженной деве, что лишь слегка двигалась, изгибаясь так, что сводила мужчину с ума. Она манила его и, словно играясь с ним, практически касалась его своей рукой. Но мужчина словно избегал сладостных объятий, словно опасаясь роковой красотки…
И в этот момент в моей голове наконец-то все прояснилось. Иньху сражался с семечком на сверхскоростях, и то, что я видел, было лишь малым отражением реальности. Земля говорила мне о том, что носятся они вокруг дерева так, что мои глаза не способны увидеть всего.
— Гр-а-а! — возвестил я округу своим рыком и понесся вперед. Иньху проигрывал, секунда и его мечи уже валялись на земле, а нагая девушка держала его за горло.
Земля ответила мне, образовав столб земли, и метнула меня вперед словно снаряд из пушки ровно в тот момент, когда монстр собирался вырвать сердце из груди Иньху. Столкновение с Семечком должно было его прикончить, но смогло лишь отбросило метров на семь, а Иньху упал на землю и закричал что было сил. Я же собирался продолжить бой, готовясь заключить в смертельные объятия девушку и попытаться перемолоть её. Я понимал, что эта тварь будет выгрызать себе путь к жизни через мою плоть, но иного выбора я не видел, победа или смерть. Или моя смерть это победа? Все едино, мне плевать, я готов.
— Нападение! — развеял ночную тишину крик мастера, я не понимал, зачем он кричит? Кто нам может помочь? Этот бой — мой бой, и даже Иньху здесь лишний. Но вдруг тьма вокруг нас вздрогнула, и в моей душе зашевелился первородный ужас к чему-то неизвестному.
— КТО ПОСМЕЛ⁈ — содрогнул воздух потусторонний голос.
Нагая девушка побледнела на мгновение, а затем взорвалась, окатив меня и Иньху мелкими остатками костей и мяса, а на месте Семечко возникла Исау в черном кимоно, накинутом наспех. Еще не проснувшись она завязывая при нас пояс на кимоно,
