поскольку естественность и «дикость» ценится значительно больше, примерно как древние бутылки с вином в среде коллекционеров.
Ещё узнал у Муэньи, что действительно имеется регулярный рейс, соединяющий отдельные города северного побережья с лагерем № 3, по которому флаер летает два раза в семидневку. О том, есть ли рейсы, соединяющие с другими лагерями, руководитель группы говорить не стала, но мне и этого достаточно.
Вот и первый корнеплод, внешне никак не изменившийся. Направился к другому. Та же история. На очереди третий. Когда увидел мелкие цветочки, то радости моей не было предела. Зацвёл! Как бы его сохранить? Единственно, что могу сделать, — обложить камнями, чтобы никто случайно не затоптал или не сорвал.
Пришлось потаскать больших камней, благо их немало поблизости, и направился к четвёртому корнеплоду, из замеченных ранее. И вместо ботвы нашёл лишь ямку. Кто-то опередил, и это не обязательно животное, так как горожане, насмотревшись на меня, начали активно посещать ближайшую территорию.
Наверное, придётся пустить слух, что видел опасных зверей. Это, конечно, не отвадит самых беспечных, но какой-то результат всё же даст.
Теперь надо заняться тем, ради чего и пришёл, — наделать палок для растяжки шкур. Вот только всё это я видел лишь в общем и не понимаю полной последовательности действий, и видов используемых инструментов. Вроде как после высушивания шкуру надо чистить с внутренней стороны. Но как долго — не понятно. И почему я не додумался раньше спросить у охотников?! Сейчас же из-за бессмысленного ограниченного регионального доступа в сеть это сделать не получится.
Палок я всё же наделал. Пока искал подходящие, походил по лесу, но ничего особого не заметил. Всё, как и раньше, только появились грибы. Сложил палки в кучку, и начал знакомство с этим видом растений, проверяя на возможное отравление. И на несъедобные натыкался даже чаще, чем на съедобные. Хорошо, что на руки заранее надел перчатки!
Надо будет подумать на досуге, как можно использовать ядовитые грибы. Пока ходил, стал размышлять о тех древних временах, когда люди не знали о грибах вообще ничего. Как они определяли, что можно есть, а что — нельзя. Да и съедобными многие грибы становятся лишь после варки и всяких там засолок. Неужели, наши далёкие предки собирали всё подряд? Но так и отправиться можно очень даже легко! Шли путём проб и ошибок? Не слишком ли высока цена? Да и как вся информация собиралась в одни руки? Ведь, имеются грибы, которые даже трогать опасно, не то, чтобы есть! Одни вопросы и нет ответов.
С грибами пока решил не возиться. Особой пользы от них мало, а вред может появиться на любом этапе.
Невдалеке послышался разговор. Пригляделся. Так и есть — трое неразлучных из Землекаменска: ботаник Биан Тукил и братья Браинк. Их ещё не хватало! Хотел было отойти подальше, но они меня увидели и даже не слишком сильно удивились.
— Мы думали, что ты на реке, — замечает Шокар.
— Нет, решил в лес сходить. А вы что здесь делаете?
— Мы… гуляем.
— Хищников не боитесь? — спрашиваю.
— Так их тут нет.
— Ну, если вы так считаете… — небрежно отвечаю и собираюсь уходить.
— Постой, Фанух! — попридерживает Биан. — Хочешь сказать, что видел опасных зверей?
— Видал, — киваю и показываю на свой бинокль.
— Откуда у тебя бинокль? — теперь уже недоумевает Скрало Браинк.
— В лагере купил, где мы целый месяц безвылазно на кроватях сидели.
Парни переглядываются и засыпают меня вопросами.
— Извините, — говорю, — но нет времени на ответы. Идите к Халаку Канджанану, и у него спрашивайте.
— Так вот почему я его не видал здесь! — догадывается Шокар. — Он в лагерь улетал…
— Не о том спрашиваете, парни! Вам нужно о хищниках беспокоиться, а не о том, кто где и когда был. Вот выйдет на вас медведь, и что? Вы его расспросами до смерти уморите?
— Медведи? А разве они тут водятся? — Биан опасливо смотрит на лес. — Ты не обманываешь?
— А ты всерьёз думаешь, что лес, — это такой большой городской парк? Он, если не знаешь, простирается на тысячи километров к северу, и то, что хищники пока не замечены на поле, это просто случайность. Просто у них нюх тоньше человеческого и без нужды они предпочитают с людьми не встречаться. Но это долго продолжаться не может.
— Почему же ты тут в одиночку ходишь? Смелый? — Шокар решает, что в разговоре лучшая защита — нападение.
— У него же пистолет, — напоминает младший брат.
— С пистолетом на медведя не ходят! — отвечает старший.
— Я и не хожу, — улыбаюсь я, — а просто ношу для самообороны. Тут, на кромке леса, вероятность встретиться с хищником минимальна, но чем дальше в лес, тем она выше. Вы лучше подумайте, что предпримете, когда увидите медведя. Я-то попытаюсь выстрелами его отогнать, а вы?
— Пойдёмте отсюда, парни, — первым сдаётся ботаник. — Я от медведя точно не успею убежать.
— От медведя ни один человек не убежит, — как можно убедительнее произношу я. — Медведь бежит быстрее раза в полтора лучшего спортсмена на короткие дистанции.
— В полтора раза? — теперь действительно пугается Биан.
— Именно так, — киваю я. — Он успеет не только одного задрать, да ещё и второго убежавшего догнать. Так что советую сразу распределить роли: кто начнёт медведя на себя отвлекать, а кто даст дёру.
После этих слов я уверенно зашагал в сторону города, не забыв забрать заготовленные палки. Надо разобраться со вчерашними трофеями до конца.
Тюленье мясо оказалось вполне съедобным, хотя и, как показалось, плотным. Когда буду жарить во второй раз, то обязательно нарежу на тонкие полоски. А вот икры без хлеба много съесть не получилось. Нет, смог бы, задавшись целью, но никакого удовольствия от этого не получил бы. Его точно стану в основном продавать. Ведь это, скорее, не еда, а лакомство. А впереди много тяжёлых рабочих дней, и люди всегда хотят расслабиться после них вкусной едой.
Глава 20
Почти две сотни пар глаз выжидающе смотрели на одного человека. Все молчали и понимали, что сейчас, перед очередными выходными, возможно, перевернётся очередная страница их биографий.
Человек, на которого были устремлены взгляды, тоже молчал. Наконец, им был сделан шаг вперёд, и люди услышали:
