но тут же испугалась, что шутка вышла не очень и пробормотала "Ой, извини, пожалуйста!"
Фукусима-сан и не подумал обижаться. Он сам иногда посмеивался над собственным слишком примерным поведением. Японец поискал взглядом какую-нибудь бумажку. И обнаружив нужное на подоконнике, мгновенно сочинил:
С большой дороги
Устал и чаю хочу,
Будьте добры кошелëк!
Хокку заканчивалось улыбающийся символической кошачьей мордашкой. Оксана пришла от стишка в буйный восторг и выпросила себе на память.
Просмеявшись, вернулись к обсуждению плана. Он вырисовывался простым, "как два стержня приподнять" и по сути сводился к использованию самых главных сталкерских навыков — скрытности и умения импровизировать. Действительно приехать ночью, преодолеть забор, а дальше — по обстоятельствам. Если обстоятельства окажутся совсем уж невыносимыми, звонить и телепатировать Михаилу Константиновичу, Арсению Никитичу, а лучше обоим сразу. Но заранее ни одному, ни второму не говорить ни словечка. Потому что, ясен плутоний, в восторг от этой авантюры они явно не придут.
Оксане и Рэю отводились самые ответственные роли. Первая должна была выяснить расписание ночных посещений лаборатории и украсть у отца ключи. Второй — собственно, опробовать на себе "Монолит". Получив координаты Иссы и Майтирэна, все разбегаются поодиночке. Если кого-то в ночь операции вызовут на станцию, разумеется, он должен отпроситься. Если всё получится, на следующее утро, добытые не совсем приличным путём координаты приподносятся майору Кострову. Вот тогда он может сколько угодно кипеть и пузыриться от злости и обзывать всю компанию малолетними террористами. Как говорил кто-то в древнем Риме, победителей не судят.
Конечно, в глубине души все, кроме, разве что, совсем уж неопытного в таких вещах бэ-энчика, понимали, что план груб и глуп. Но даже самый плохой план лучше, чем совсем никакого плана. Где-то в таинственной глубине вселенной безжалостный метроном отсчитывает часы, из которых складываются последние дни станции Майтирэн. И по сравнению с этим всё остальное просто не важно.
— Все согласны? — подытожил разговор Дайичи, — Или у кого-то есть ещё, что сказать дополнительно?
Рэй пересëкся взглядом с хмурым Чернобыльниковым, запоздало сообразил, что Тошка не смеялся над стишками и мысленно взвыл. Интуиция прямо-таки заорала, что сейчас будет что-то нехорошее. И подкинет бяку, как всегда в последнее время, однотипничек, чтоб ему все топливные каналы спиральками закрутило! В очередной раз захотелось оказаться где-нибудь на другом краю Меридиана, ну, сколько можно…
Интуиция вопила не зря.
— У меня есть, что сказать дополнительно, Фукусимушка, — Тошка начал выбираться из-за стола, мрачный, как тень собственной аварии, — Весь этот план — полное дерьмо, и лично я ни на какой "Альтаир" не полезу. И вам тоже не рекомендую!
Все вытаращились на него так, будто он за секунду чешуëй с ног до головы покрылся. Сэнед что-то сдавленно пискнул на родном языке и выпустил из пальцев чайную чашку. Та отправилась в коротенький последний полëт на пол, но никто не обратил внимания.
— Чернобыльников! — чужим страшным голосом сказала Лина, — Ты с ума сошёл? Бросишь всех?
— Это не я, это вы с ума сошли! — тошкино лицо скривилось от злости, — Тоже мне, герои-спасатели, авантюристы хреновы, цезий вам в гадолиний! Детишки безмозглые!
— Сам-то очень мозглый? — рявкнул на него Рэй, — Если тебе этот план не нравится, предложи что-нибудь получше!
— И предложу! Получше — это вообще никуда не идти!
— Это почему ещё?
— Потому что, — Чернобыльников шумно вдохнул, набирая в грудь побольше воздуха, — Потому что "Альтаир" — предприятие секретное, а вы туда этого малахольного быстронейтронника тащить собрались. А если он всё-таки шпион? И даже если не шпион — всё равно! Думаете, никто не узнает, что мы туда шастали? Даже, если всё пройдëт как по маслу? Вы представляете, что с нами сделают за то, что без разрешения "Монолит" трогали?
Сэнед крепко до боли вцепился пальцами в рэевское плечо и только поэтому светлоярский активити не полез через стол бить бывшему другу морду. У него в голове сейчас ровно так и промелькнуло — "бывшему другу". Безжалостно ясно, холодно и почему-то почти не жутко от этих ужасных слов. Будто он к ним готовился. Будто привык уже, будто они зрели в нём давно, с того самого спора на солнечной назаровской кухне. Росли, набухали, наливались тяжелой, как свинец, ледяной безнадëжностью. Не смотря на общие усилия их с Тошкой помирить, на шуточки и подчëркнуто небрежные разговоры ни о чём. А сейчас страшные слова только всплыли на поверхность сознания. И лопнули, как нарыв, расплескавшись внутри полынной горечью.
Бывший друг. Всё-таки бывший.
Зона отчуждения…
Нет, морду ему потом надо всё-таки набить. За Сэнеда. Который сидит рядом, беспомощно хлопая глазами, опять такой потерянный, маленький, одинокий. Словно не было всех этих дней, не было смеха, дружбы, домашнего тепла, бесконечного чая, прогулок по дворам, неповторимого словотворчества из ретранслятора. Рэй, Лина, Оксана, Дайичи, ВВЭР, отец, даже Лилька, столько сделали, чтобы бэ-энчик отогрелся, поверил, что ему помогут, и что он не один на свете. А тупица Чернобыльников опять всё ломает!
— М-да, Тошенька, — презрительно протянула ИАЭС, — До сих пор мне не казалось, что ты скотина.
— Я скотина? — взорвался Чернобыльников, — Значит, это я, по-твоему, скотина? Только потому что я вас удержать пытаюсь? Вы что, отупели тут все внезапно и ничего не понимаете? Это же не с физики сбежать и не крысу Заренковой в портфель засунуть. Это — диверсия, уроды вы безъядерные! Самая настоящая!
— Да, с формальной точки зрения именно диверсия, — невозмутимо согласился Дайичи, — Но мы обязаны на неё решиться, если уж не нашли другого способа спасти станцию. Прошёл почти месяц, а никаких данных нет. До сих пор. Поэтому если у тебя их тоже нет, — самурай выделил голосом слово "тоже", — ты заткнëшься и пойдëшь со всеми на "Альтаир". Если у тебя, конечно, есть хоть капля чести.
— Ну ладно, — прошипел Чернобыльников, складывая руки на груди, — Допустим, вы все правы. И Сэнед ни разу не шпион, и Майтирэн мы обязаны любой ценой спасти. Допустим. Но вы подумали головой, как именно мы эту самую аварию будем предотвращать, а? Придём впятером на Иссу в парадной форме с отглаженными галстуками и слëзно попросим "Дяденьки, не взрывайте АЭС, мы всей третьей школой против!". Так, что ли?
— Самое главное — координату добыть! — отрезал Рэй, — Потом сходим на разведку, добудем конкретную информацию. И исходя из неё, начнём действовать.
— Пять, ну, ладно, шесть активити и девочка? Против целой шайки террористов? Смешно!
— У нас есть минимум Храм! — Рэйден прожить однотипника взглядом, — Так что заткнись!
При мысли о том, что кто-нибудь из единоверцев погибнет во время этой операции у
