class="p1">- Ее укусила оса? - Ольга вспомнила, что рассказывали им Анжела и Кирилл про маленького Сережу.
- Оса? Нет. - Мать покачала головой. - У малышки оказалась аллергия на жидкость от комаров.
- Бедненькая, - посочувствовала Ольга. - Ты чего? - Она с удивлением посмотрела на мужа, застывшего с вилкой в руке.
- Как вы сказали, Елена Ивановна? На жидкость от комаров?
- Ну да. Сейчас ведь много их выпускают, есть совсем безопасные, а есть такие, что включают в себя разные химические компоненты. Полина натерла внучку раствором, и та потеряла сознание. Едва вытащили, четыре часа в реанимации пробыла.
- Оль, слушай, выйдем на секундочку. - Виталик вытащил Ольгу из-за стола и повлек за собой в спальню.
- Вы куда? - крикнула им вслед Елена Ивановна.
- Сейчас придем, - успокоил ее Виталик.
- Скорей давайте, все остынет, - недовольно проворчала мать.
Очутившись в спальне, Виталик плотно прикрыл за собой дверь.
- Ну что такое опять? - Ольга еле сдерживала смех. - Ты, ей-богу, как сумасшедший. Дай блинчики доесть, они мои любимые, с клубникой.
- Послушай, что я тебе скажу! Не было никакого отравленного чая! И зажженной сигареты тоже. Плотников собирался уморить Федора совсем другим способом.
- Это каким же?
- Он подсунул ему аллергенную жидкость от комаров. Тот намазался - и привет. Отключился подчистую.
- Что за чушь? - не поверила Ольга.
- Вовсе не чушь. Достань телефон и прочитай состав. - Виталик вытащил из рюкзака флакон и сунул Ольге под нос.
Та пожала плечами, но сделала то, что просил муж.
- Да, жидкость токсичная. Тут предостережения для аллергиков. Зачем же Добродеев пользовался ею, если знал, что она опасна для него?
- Думаю, это Плотников подсунул ему флакон. Подменил один репеллент другим. Был вечер, в темноте Добродеев не заметил подмены. Просто вылил на себя весь пузырек и потерял сознание.
- Выходит, Плотников знал о том, что у его друга аллергия на определенные компоненты? - проговорила Ольга.
- Разумеется, знал. Они же росли вместе. Знаешь-ка что? Пора звонить Валентине. Без нее нам не развязать весь этот узел.
- А вдруг она не станет с нами разговаривать? - с сомнением сказала Ольга.
- Теперь станет, - уверенно сказал Виталик. - Нам есть о чем ей рассказать.
Он набрал домашний номер Плотникова.
- Только бы она была дома!
- Слушаю, - отозвалась трубка.
Виталик торжествующе улыбнулся.
- Валентина, здравствуйте, вы меня узнаете?
- Кажется, да. - В тоне женщины послышалась плохо скрытая неприязнь. - Вы Виталий.
- Он самый, - подтвердил Виталик.
- Что вы хотели? Мне кажется, мы уже все обсудили у вас на даче.
- Не все. Хотел сказать вам: я знаю, что произошло тогда в лесу с вашим мужем и Федором.
- Вот как? - Валентина неожиданно рассмеялась. - Да вы прямо Шерлок Холмс. А ваша супруга доктор Ватсон. - Она продолжала смеяться, все громче и громче, и ее смех вдруг перестал казаться Виталику радостным и беззаботным. Скорее он походил на самую банальную истерику.
- Перестаньте, - мягко попросил он. - Я ведь говорю серьезно. Неужели вас не интересует правда?
- Правда? Меня? - Валентина внезапно замолчала, точно захлебнулась. В трубке было слышно ее громкое, сбивчивое дыхание.
- Да, вас.
- А если я… знаю правду? А? Что тогда? - Голос Валентины задрожал. - Я спрашиваю, что тогда? Что бы вы стали делать на моем месте? - Она, не сдерживаясь, зарыдала, громко и безутешно.
Виталик слегка растерялся, но все же продолжил:
- Значит, вы знали… догадывались, что ваш муж… собирался…
- Что Павел ненавидел Федора? - перебила Валентина, всхлипывая. - Да, догадывалась. Как и о том, что он хотел бы избавиться от него.
- Почему же тогда вы молчали все это время? Зачем морочили голову нам и Федору?
- А что я должна была сделать? Донести на собственного мужа? И потом… - Валентина тяжело вздохнула. - Одно дело - подозревать, а другое - знать наверняка. Я до последней минуты не верила в то, что Павел способен на такое. Да что там… я и сейчас не верю.
- Где Плотников? - внезапно спохватился Виталик. - Мы знаем, что он в Москве. Он дома, с вами? Может вас услышать?
- Нет, он не дома. Они с Федором уехали.
- Куда?
- На дачу. Павел давно собирался перекрасить гостиную. Федор вызвался ему помочь.
- И вы отпустили Федора с мужем, зная, что тот хочет его убить??
Виталик был вне себя.
- Глупости, - неуверенно проговорила Валентина. - Что он может с ним там сделать? Там кругом народ, и, кроме того… я убеждена, что Павел раздумал убивать Федора.
- Откуда такая уверенность? - удивился Виталик.
- Все-таки они друзья с детства, а это что-нибудь да значит. Мало ли какие тяжелые и нехорошие чувства подчас испытывает каждый из нас? Потом они проходят, и нам становится стыдно и больно. Думаю, нечто подобное произошло и с Павлом. По крайней мере, вчера он полностью переменился, стал умиротворенным, спокойным, говорил о Федоре только хорошее.
- А разве до этого он говорил о нем плохо? - недоуменно произнес Виталик.
- Еще как. Он считал его неспособным вести дела, слишком наивным, глупым. И еще… - Валентина на секунду замялась, а затем решительно продолжила: - еще он, конечно, ревновал.
- Вас к Добродееву? - на всякий случай уточнил Виталик.
- Да. Я ведь давно поняла, какую ошибку совершила.
В трубке воцарилось напряженное молчание.
- Послушайте, Валентина, - проговорил Виталик. - Если честно, мне не нравится вся эта история с поездкой на дачу.
- Глупости! Я вам не верю. И вообще, оставьте уже нас в покое. Вам что, нечем заняться?
- Ладно, - подумав, согласился Виталик. - Скажите только, Федор не страдал аллергией на какие-нибудь лекарства или средства парфюмерии?
- Почему вы спрашиваете об этом? - быстро спросила Валентина.
- У меня есть одна не очень приятная догадка. Отвечайте скорее, вы знали о том, что Федор - сильный аллергик?
- Господи! - срывающимся шепотом произнесла Валентина. - Не может быть! Этого не может быть! Да, я знала! Это знали все в классе. У него развивался тяжелый шок на некоторые вещества. Например, ему категорически нельзя было употреблять кое-какие, вполне безобидные таблетки.
- Он мог
