столько лет шла война. Именно она и сообщила, что по телевизору говорят, будто война в Афгане близится к завершению. Вероятно, это так и есть.
Попрощавшись, я покинул дом.
Выходя из подъезда, обратил внимание, что Ауди 80 у дома уже не было — отец уехал. И честно говоря, меня не волновало куда — за прожитую жизнь в том времени, я привык и давно свыкся с мыслью, что отца у меня нет. Пусть он жив, пусть у него все хорошо, но мне с ним не по пути. Раньше нужно было думать, голова на плечах должна быть всегда, а ведь он не мальчик… Самому уже за сорок!
В общем, убыл я из Батайска, проехал через уйму станиц, небольших поселков. К четырем часам дня добрался до Краснодара, вышел на вокзале.
От души напился лимонада, купил булку с изюмом. А после сел на троллейбус и выйдя рядом с училищем, прибыл в дежурную часть, отметится о прибытии. Мне передали, чтобы ждал прибытия генерал-майора Бехтерева, а пока отправили в подразделение. Там я и доложился своему ротному.
Капитан Жуков похвалил меня за оперативность и сделанный доклад. Когда же Бехтерев все же появился в стенах военного городка, меня сразу вызвали в приемную.
— Ну, привет тебе, прапорщик Громов! — поинтересовался он. — Как командировка прошла? Замечания были?
— Обижаете, товарищ генерал-майор. У меня все строго по плану! Без замечаний!
— Это хорошо. А на тебя тут поступили новые указания… Причем срочные! Ты возвращаешься на границу с Афганистаном!
— Когда?
— Скоро! Вот тут все написано!
Глава 21
Снова на границе
Несколько минут я молча читал документ.
Это была шифртелеграмма, с грифом «секретно» и первой категорией срочности. С первых же строк мне стало ясно, что это не единственный поступивший документ, поскольку в тексте было указано в дополнение к какому номеру поступила эта «телега». Очевидно, было что-то ещё, чего мне по какой-то причине не показали… Но это и не столь важно. Если подумать, то скорее всего, там было обоснованное указание по моему откомандированию непосредственно руководству училища, с копией в вышестоящий орган. Если так, то это уже серьезный уровень, а не местная договоренность. По сути, это ещё одно доказательство того, что я обратил на себя внимание и в министерстве моим карьерным ростом занимаются достаточно серьезные люди.
Закончив читать, я задумчиво повертел бланк в руках, осмотрел его. Само собой училище был свой пост специальной связи, под общим управлением восьмого отделения. Именно там шифртелеграмма была получена, обработана и передана на доведение начальника. Кое-что в общих чертах я уже знал — сентябрь же как-то отучился… Все исключительно потому, что по особой договоренности я несколько раз в неделю консультировался у преподавателей по спецпредметам. Вникал в специфику. Даже с начальниками кафедр говорил — Бехтерев распорядился. Конечно же все это было инициировано вне графика и вне учебной программы — так-то первый курс это только общеобразовательные предметы, не более. Ничего секретного там не было.
Другие курсанты смотрели на меня косо — понимали, что я разительно отличался от всех остальных. Даже патлатые «мазанные» отвяли.
— Ну что, ознакомился? — поинтересовался генерал, спустя несколько минут.
Согласно поступившей «телеге» меня отправляли не в сам Афганистан, а на дальнюю часть границы Таджикской ССР с горной республикой, где также находилась граница с Пакистаном и Китаем. Да, та самая кишка на карте, обстановка в которой постоянно менялась. Оправляли меня на так называемую «длительную практику» в одно из недавно организованных соединений на базе пограничной части. Насколько я понял, там КГБ собрало какую-то спецгруппу для своих операций, а им нужны были специалисты шифровальщики, поскольку своих не хватало. Так как в стране больше никто не готовил таких специалистов, то и удивляться нечему, почему запрос прилетел именно к нам в училище. По чьей-то могучей отмашке, меня и ещё одного сержанта отправляли туда, для стажировки и набора опыта. Так сказать, в условно боевой обстановке. Срок довольно длительный, четыре месяца. Как и предполагалось, в феврале все должно было закончится и я должен был надеть офицерские погоны. Подобное — крайняя редкость. Без огласки, без торжественных мероприятий.
Само собой во всем этом чувствовалось пересечение влияний и интересов сразу двух структур — Комитета и ГРУ. Первые могли запросить «случайного» прапорщика в моем лице с отмашки полковника Черненко. Маловероятно, но все же. Вторые тоже не остались в стороне — свой человек, будет находиться под боком. Это уже наверняка инициатива полковника Хорева… И ведь без нарушений! Запрос-то официальный, через Министерство обороны. Тут можно только тихо поражаться тому, насколько все складно получалось, несмотря на обходные решения и кучу нарушений. Но если вспомнить про погоны тех, кто был наверху…
Ответил я не сразу — задумался. Голос генерала-майора Бехтерева вернул меня к реальности.
— В общих чертах… — отозвался я. — А разве так можно?
— Ты Громов, яркий пример того, что когда кому-то нужно, осознанно идут на нарушения. Ничего плохого в этом я не вижу, раз уж все на благо родины. Максим, ты гораздо больше принесешь пользы в другой структуре, даже не сомневаюсь. И дураку ясно для чего тебя к нам запихнули… Так быстрее всего! Став офицером разведки, тебе эти секреты и знания по шифрам может и ни к чему вообще. А может и нет, никто не знает, как оно все дальше повернется.
Я несколько раз задумчиво кивнул.
— Учебный отдел уже получил соответствующее указание — будут готовить документы. Время есть. И я считаю, что все это обосновано, лучше ты не в аудиториях лекции по высшей математике будешь просиживать, а прямо на месте, в боевой обстановке, из практики все усваивать. Ручками по машинке — расшифровать, зашифровать. Зарегистрировать. Стажироваться будешь у опытных ребят, я предварительно узнавал.
— Почему именно туда?
Тут я сделал явный намек на содержание первой телеграммы, но Бехтерев лишь покачал головой. То ли был не в курсе, то ли не хотел говорить. А может, там и впрямь ничего особенного не было.
— Не знаю, Громов… — устало вздохнул офицер. — Но лично мое мнение, тебя не просто так отсюда забирают. Возможно, хотят своего человека рядом держать, тем более с твоими-то талантами. А может что-то назревает.
— Получается, хотят одним выстрелом двух зайцев убить? Практика показывает, что такое не прокатывает!
Генерал слегка рассмеялся, однако тему развивать не стал — видно
