вагона шестидесятых годов почему-то пахло кошками, а из пассажиров только пенсионеры-дачники. Кто с граблями, кто с сумками. Были и такие, что в вёдрах везли грибы. Ничего интересного и подозрительного я не заметил. Да и с чего бы?
Ехать мне предстояло около ста сорока километров, это примерно часа три. По прямой, конечно, быстрее. Под мерный стук колёс я решил вздремнуть, хотя на деревянных лавках это было весьма неудобно, но я все же пристроился. Места много, вагоны по большей части были полупустые. Судя по времени прибытия в пункт назначения, я должен был приехать в Киев сразу после девяти вечера. До Борисполя в лучшем случае доберусь к десяти, но это если повезёт. Само собой, вряд ли мне сегодня улыбнется улететь обратно в Краснодар — какое-то время придется ждать подходящий вариант. В целом, я никуда не торопился, у меня ещё было больше двух суток запаса.
Так и оказалось, когда я добрался до аэропорта, то выяснил, что ближайший рейс на Кубань был аж в девять утра. Но зато в четыре утра был прямой рейс до Ростова-на-Дону, а там ведь и до моего родного Батайска недалеко. Что если заскочить домой ненадолго? Я ведь там не был почти год, да и писем из дома не поступало по причине того, что я постоянно менял точку дислокации, был то в госпитале, то на задании, то ещё где-то. Мать если не извелась, то в е равно беспокоилась… Сын в Афганистане, как он там, что с ним?
Я уже и не помню, что говорил в прошлый раз, когда мой отпуск стремительно оборвался и мне пришлось спешно уезжать. Тогда как раз достигла апогея та история с Коньяковыми…
В общем, решение я принял быстро и без сомнений. Да, мне приходили в голову мысли о том, что потом в строевой части придется как-то
отчитываться за проездные документы. А с этим почти всегда строго, отклонения от маршрута не допускались. Тем более учитывая, что я переменный состав. Ничего, сумею объяснить в строевом, что прямых перелетов не было, пришлось импровизировать. А то что часть дороги за свой счёт, ничего страшного.
Без раздумий взяв билет и использовав проездные документы, я вернулся в зал ожидания. На улице было уже холодно, давно стемнело — особо не погуляешь. К тому же начал накрапывать мелкий дождик. Времени у меня ещё было предостаточно, а спать при этом почему-то совсем не хотелось. Книг и журналов не было, да и сам я считай, с пустыми руками. Зато, побродив внутри помещения вдруг обнаружил небольшой киоск с газетной и печатной продукцией. Скептически изучил предлагаемый там товар — местные газеты мне читать было не интересно и неудобно, особенно учитывая язык текста, зато мне на глаза случайно попались кроссворды. Типичные и стандартные, к каким все привыкли. Вот это уже интереснее, как говорится, за неимением лучшего и это зашло на ура.
Ручка у меня имелась, поэтому расположившись в дальней части отапливаемого зала ожидания, полтора часа я провел с пользой. Вокруг людей почти не было, от силы во всем зале человек двадцать и те почти все спали.
С кроссвордами хватило меня, конечно, не надолго, но и то хорошо. Я сам не заметил, как вырубился ближе к часу ночи, при этом просыпался каждые пять-десять минут из-за громкой связи диспетчера.
Рейс немного задержали, потом задержали еще раз. Но все же, когда же объявили мой рейс, я тут ускоренным темпом направился к нужному выходу и сел в самолет. На этот раз был Ту-154, выглядел он достаточно неплохо, несмотря на то, что это была одна из первых модификаций… На рукояти сиденья, я увидел крохотную табличку, на которой стояла дата производства — 1971 год. На таких я еще не летал.
Удивился тому, что непонятно откуда появилось много людей, хотя изначально казалось, что зал ожидания был полупустой.
Взлет, полет и посадка прошла хорошо, без каких-либо проблем. В который раз ощутил, что при наборе высоты мозг как будто прилипает к верхней половине черепа — ощущение вроде и прикольное, а все равно как-то не по себе становилось. У меня всегда так, сколько бы я ни летал. Кроме вертолетов, там все иначе ощущается.
Сели мы в десять часов дня в Ростове. Город я знал хорошо, сел на нужный автобус с добрался до родного Батайска. Ну там и до дома недалеко…
Все думал о том, как обрадуется мама, увидев что сын — непоседа, наконец-то появился дома, пусть и не надолго. Вышел за две остановки до дома, направился к небольшому цветочному рынку, где по утрам постоянно сидели бабушки, продавая все, что красиво цвело и пахло. Конечно, в такое время дня продавцов на рынке будет мало, но так чтобы там вообще никого не было я ни разу не видел.
Учитывая время года, выбор оказался невелик. Мне очень понравились пышные сиреневые астры, которые пахли так, что аж голова кружилась. Ну, ещё бы, за время службы, особенно за последний год я привык совсем к другим запахам, которые характерны для военного времени. Пыль, пороховые газы, дым…
В общем, приобрел я один большой букет из одиннадцати цветков, а договорился всего за один рубль. Женщина, что продавала их уже собиралась идти домой, а тут я внезапно нарисовался.
Вооружившись букетом, я направился к своей улице. Прошел мимо ворот сборного пункта, откуда больше года назад, по ошибке, отправился не в специальный центр, а у черту на куличики, в самый крайний угол Туркмениской ССР. Да, есть что вспомнить… Но не этим у меня была занята голова.
Чем ближе к дому я подходил, тем больше волновался. Пока я был далеко, как-то не парился насчёт мамы — видимо сказался мой возраст, привык уже, что родителей нет. А тут, по мере приближения, понял, как сильно я соскучился и насколько все это важно…
Подходя к дому, заметил в беседке у подъезда группу ребят — те сидели, рассказывали анекдоты, смеялись и щелкали семечки. На вид им было лет шестнадцать, семнадцать. Алкоголя я там не заметил, это все же ещё не середина девяностых, где в каждом дворе была своя банда, охранявшая территорию района. Мне они были знакомы лишь смутно — младшее поколение. В то время как я уже заканчивал школу, эти были только пятом-шестом классе.
Подошёл к входу, обратил внимание, что справа стоит Ауди 80 В1 старой модели… Запоздало поймал себя на мысли, что в это время
