что не должен был доверять парню без татуировок, – прищурившись, прошипел он. – Может, пойти и набить ему морду?
– Поверь, тыничего не сможешь сделать, чтобы ему стало хуже, чем есть сейчас.
На его лице появилось выражение беспокойства.
– О-о-о. Звучит зловеще. Выкладывай.
Я объяснила, что произошло. У Дика всегда было что сказать по любому поводу. Но на этот раз он долго стоял с отвисшей челюстью.
– Как ты думаешь, чего она хочет? – наконец, спросил он.
– Не знаю. Она помахала у него перед носом документами об опеке, чтобы заставить встретиться. Так что, очевидно, есть что-то еще. Он зайдет сюда чуть позже и все расскажет.
– Вау. – Дик уставился в сторону. – Что за дура эта цыпочка… Исчезнуть на столько лет, а потом заявиться на порог как ни в чем ни бывало?
Я выдохнула.
– Пока она не пришла, у нас был лучший вечер из всех. Мы втроем. Я словно впервые по-настоящему почувствовала… – произнесла я и замолчала, не в силах подобрать нужные слова.
– Что ты – часть их семьи?
Я кивнула, и на мои глаза навернулись слезы. Мне не хотелось плакать, но уж лучше было выплакаться сейчас, чем перед Колби. Ему нужно было оставаться сильной и не усложнять ситуацию. У Колби трудный период, и будет лучше, если ему не придется беспокоиться обо мне и моих чувствах.
– Ты волнуешься, что это повлияет на твои отношения с ним? – спросил Дик.
Я покачала головой.
– О нас с Колби я совсем не беспокоюсь. Благополучие Сейлор – единственное, о чем я думаю. Я не могу представить себе сценарий, при котором ей придется проводить время с этой виртуальной незнакомкой – или, не дай бог, при котором ее заберут у Колби. Колби и Сейлор – они же как одно целое. Этого просто не может быть. Даже частичная опека – не вариант, Дик!
Дик медленно покачал головой.
– Не нравится мне все это. Человек, который вдруг появился из ниоткуда и вот так угрожает Колби, вероятно, способен на все.
– Вот именно. Кто так поступает?
– Разве что злая сука, – ответил он.
Я потерла виски.
– Я бы все отдала, чтобы это закончилось.
– Знаю я одного парня… – поддразнил он.
– Последнее средство, – усмехнулась я.
– Но послушай, – сказал он. – Не нервничай раньше времени. Ты же пока даже не знаешь, как все прошло.
Я подозревала, что «завтрак» Колби с Майей лишь усугубит ситуацию, а не разрешит ее.
– Знаешь, иногда возникает плохое предчувствие, от которого ты никак не можешь избавиться?
– Да…
– Вот такое у меня предчувствие касательно их сегодняшней встречи. Я знаю, что он войдет сюда и скажет что-то, чего я не хочу слышать. Нутром чую.
– Почему это на тебя так сильно влияет? Я вижу, как ты беспокоишься об этой девочке, и уверен, что ей бы очень повезло, если бы ты присутствовала в ее жизни всегда.
– Это мне бы очень повезло, Дик. Я была бы счастлива.
Дик обнял меня.
– Может, ты все-таки хочешь детей, а?
Я бы не раздумывая удочерила Сейлор сию же минуту, если бы это поспособствовало тому, чтобы та женщина исчезла.
– Возможно. – Я улыбнулась. – Не знаю, как насчет родов. Но быть мамой этой очаровательной малышки… – Я вздохнула. – Мне это было бы в радость.
– Блин, она заслуживает лучшей матери, чем та, что ее родила.
Я вспомнила свое первое впечатление о Майе.
– Трудно поверить, что эта странная женщина родила Сейлор. До сих пор я представляла ее себе как пустой телевизионный экран. Ничего внятного. Сплошной белый шум.
– А какая она?
– Я особо не успела ее разглядеть, все произошло слишком быстро. – Я пожала плечами. – Она симпатичная. То есть я и раньше знала, что она наверняка симпатичная, потому что Колби не стал бы спать с некрасивой женщиной. У нее темные волосы, длинные, как у меня. Сейлор на нее мало похожа. Зато теперь я знаю, насколько Сейлор похожа на Колби. Я могла бы успеть получше ее рассмотреть, если бы мне не нужно было заботиться о том, чтобы Сейлор ничего не заметила.
– Понятно, да. Как удачно, что ты там оказалась.
Я потерла глаза.
– Господи, даже не представляю, что было бы, если бы меня там не было.
Жюстин вернулась после перерыва и прервала наш разговор. Мы были с ней близки, но я не хотела выкладывать ей все детали, Дик тоже знал, что нужно держать рот на замке.
Через несколько минут пришли наши следующие клиенты, по иронии судьбы мать и дочь, которые хотели одинаковые татуировки. У вселенной всегда был способ подшутить над тобой. Я чуть не плакала, когда выбивала одно и то же предложение на каждой из них: «Я люблю тебя больше». Отношения матери и дочери – особенные, не похожие ни на какие другие. У меня никогда не было матери, какую мне хотелось бы иметь, и я всегда мечтала о большем. Возможно, единственным способом это испытать было самой стать матерью.
Время тянулось бесконечно, а я все ждала, когда Колби заедет в салон после работы. Я специально не писала ему, потому что не хотела, чтобы он чувствовал себя обязанным объяснять все в сообщении или по телефону. Я знала, что он собирался рассказать мне обо всем при личной встрече.
После закрытия салона Дик сидел со мной до тех пор, пока не приехал Колби.
Когда мой мужчина наконец вошел в дверь, его глаза были запавшими и налитыми кровью. Его галстук сбился набок, а волосы торчали в стороны, вероятно, потому, что он их дергал. Это был плохой знак.
Я подбежала к Колби и обняла его. Я знала, что это нужно ему сейчас больше всего. На этот раз Дик промолчал. Было не до разговоров, и он это понимал.
– Я запру дверь, когда буду уходить, – произнес он.
Я кивнула и одними губами произнесла:
– Спасибо.
После того как Дик ушел, я отступила и обхватила руками лицо Колби, приблизила его к своему и поцеловала в лоб.
– Как бы все ни складывалось, все будет хорошо, – прошептала я.
Колби помолчал несколько минут, прежде чем заговорить. Я так хотела, чтобы он подробно рассказал, что произошло. Но едва он открыл рот, я пожалела,
