услышала я голос мужа и поняла, что мои губы растянулись в улыбке.
— У вас замечательный кабинет, — сказала я, и он тоже улыбнулся.
— Благодарю вас. Присаживайтесь.
Я опустилась в кресло и, сложив руки на коленях, приготовилась к допросу по поводу «Лунной радуги». Но я ошиблась…
— Чем вы занимались сегодня, после того, как проводили сестру? — Леон откинулся на спинку кресла и с интересом посмотрел на меня.
— Была на кухне, — честно призналась я. — Мы с поваром обсуждали завтрак.
— Да, это был глупый вопрос, — еще шире улыбнулся он, демонстрируя красивые зубы. — Ваши щеки все еще пылают.
— На кухне жарко, — мне еще было неловко в его обществе, а так как он еще и нравился мне, я чувствовала, как начинаю смущаться, будто семнадцатилетняя девочка. — Вы позвали меня, чтобы требовать правду об украденной диадеме?
— Я позвал вас, чтобы поговорить о наших отношениях, — вдруг сказал он. — О «Лунной радуге» я все равно узнаю всю правду, пусть немного позже. Она вернулась в замок и это главное.
— О наших отношениях? — я вскинула на него глаза. — А разве у нас есть отношения?
— Нет, но так как мы женаты, должны быть, — его глаза немного потемнели и в них опасно вспыхнули золотистые блики огня. — Вы понимаете, о чем я, Рианнон?
— Да, я понимаю, — кивнула я, решив не юлить и не корчить из себя дурочку. Что в этом такого, если я стану вести себя как взрослая женщина, коей и являюсь? — Вы хотите поговорить со мной о постели?
Глаза герцога слегка увеличились, а брови поползли вверх.
— Что вы знаете об этом?
— Достаточно, чтобы спокойно относиться к таким вещам, — ответила я и вдруг испугалась — что он сейчас подумает обо мне? Нужно быть осторожнее со словами! Я смущенно улыбнулась и добавила: — Мне об этом рассказывала матушка, ведь я уже давно достигла брачного возраста.
Его брови опустились на место, и я облегченно выдохнула.
— Это хорошо, что вас не пугает стремление мужчин получить наследника, — медленно произнес он, не сводя с меня взгляда. — Меня приводят в ужас жеманные девицы, прячущие свои бледные телеса под безразмерными сорочками. Но понимая ваше состояние и то, что вы пережили, я не стану требовать от вас супружеского долга. Осваивайтесь, герцогиня, а с этим мы разберемся потом.
О как! Да он еще благороднее, чем я представляла! Приятно, черт возьми…
— Благодарю вас, — тихо ответила я. — Это мудрое решение.
— Увидимся за ужином, — усмехнулся он, но когда я уже взялась за ручку двери, окликнул меня: — Жена…
— Да? — я посмотрела на него через плечо.
— Но вы должны знать, что это решение далось мне с трудом.
Я тихо засмеялась и, выйдя в коридор, услышала, что он тоже смеется.
Ужин удался на славу. Леон и Гортензия были в восторге, а мне это ужасно нравилось. Глядя на довольного герцога, я решилась на просьбу.
— Ридган, позвольте мне завтра навестить госпожу Розмари и заодно забрать котенка.
— Котенка? — Гортензия с любопытством повернулась ко мне. — У тебя есть котенок, дорогая?
— Да, его зовут Мисти. Это озерный кот, — ответила я, и Леон покачал головой.
— Вы когда-нибудь, перестанете удивлять меня?
— Надеюсь, что никогда, — отшутилась я и снова спросила: — Так вы позволите мне?
— Я ведь обещал, что вы можете выезжать из замка, — сказал Леон, попивая чай. — О боги… что вы сделали с чаем, жена?
— Всего лишь правильно заварила, — я почти станцевала джигу под столом от радости. — Спасибо! Завтра я увижу своих женщин!
— Можно мне поехать с тобой? — вдруг спросила Гортензия. — Я очень хочу посмотреть на таверну и на твою благодетельницу. Может, я смогу чем-то помочь?
— Да, конечно… — ее предложение стало для меня неожиданностью. — Отправимся вместе.
Хотя… а что если именно Гортензия поможет мне с таверной? В моем случае поддержка точно не помешает.
Глава 40
Я стояла у окна своей спальни и смотрела в ночное небо, похожее на черный холст, на который кто-то брызнул кистью с мерцающей краской. Тучи разошлись и две луны снова осветили небосклон своим мистическим сиянием. Я лениво подумала, что еще немного и ненастья покинут эти весенние земли. Две рундины… Всего лишь две рундины…
Звезды казались далекими и безразличными, но умиротворяющая гармония ночного волшебства не пускала их холод в мою душу. Распахнув створки, я услышала легкий шелест листьев, шорох птичьих крыльев и плеск воды — все это было дыханием жизни, потихоньку становящейся мне привычной. В покоях герцога было тихо, лишь однажды я услышала легкие шаги, которые на секунду замерли у двери, разделяющей наши покои, и снова растворились в глубине комнаты. Когда-то этой преграды не будет, и мы воссоединимся, как муж и жена… Но нужно понять и принять, что мы с Леоном две разные планеты, два разных мира — в прямом и переносном смысле. В силу фантастической случайности, когда миллионы дорог сошлись в одной точке, или мистического слияния реальностей, наши планеты встретились на пересечении орбит… Самое главное теперь, будет ли наше путешествие долгим и прекрасным или случится столкновение, которое может закончится разрушением обоих миров. Все зависело только от меня и Леона.
В эту ночь, несмотря на чужую кровать, я заснула сразу и проспала всю ночь крепко и без сновидений. Подушки были мягкими, перины воздушными, а одеяло теплым и пахло чем-то цветочным.
Проснулась я по привычке рано и, умывшись прохладной водой, привела в порядок волосы. Нужно будет узнать, как здесь обстоят дела с купанием, все-таки герцогиня должна мыться в более комфортных условиях и утром и вечером. Надев одно из своих платьев, которые привезла Риви, я подумала, что совершенно не похожа на герцогиню. Но не наводить же мне красоту, собираясь заниматься кухней? Да и жалко было заставлять Берту вставать ни свет ни заря. Она и так поднималась рано и тяжело трудилась… Нет, стать настоящей герцогиней я еще успею.
Спустившись на кухню, я с удовлетворением отметила, что Дуглас уже был на ногах. В очаге жарко горел огонь, на чайнике, висящем на крючке, подпрыгивала крышка, а стол был освобожден от всего
