Дочь госпожи Розмари.
Вряд ли она хоть что-то знала о ней.
— Добрый день, госпожа, — Летиция сделала книксен и тихо сказала: — Матушка спит.
— Ничего, сейчас мы ее разбудим, — Кетти присела рядом с сестрой и осторожно прикоснулась к ее плечу. — Рози, проснись. Посмотри, кто к нам приехал.
Я подошла к кровати и, когда старушка открыла глаза, прошептала:
— А вот и я. Как вы себя чувствуете?
— Риа… — в уголках ее глаз появились слезы. — Милочка… Дочка моя… Спасибо…
Ее рука потянулась ко мне, и я взяла сухонькие пальчики в свои.
— Лекарства, которые оставил доктор, помогают?
— Да, боль уходит, — слабым голосом ответила она, но улыбка не сходила с ее лица. — Ничего, я выкарабкаюсь… Еще поживу…
— Конечно! — поцеловала ее руку и прижала к щеке. — Мы еще выпьем настойки из папоротника!
— Жаль, что таверна опустеет… — с горечью произнесла она, и одна слезинка сорвалась с ресниц, оставляя серебристый след. — Сейчас все скачут только вокруг меня…
— Вы позволите мне помочь? — я с надеждой посмотрела на нее. — Я займусь таверной, и она наполнится людьми.
— Но как? — госпожа Розмари растерянно моргнула. — Ты ведь теперь герцогиня.
— И что? — я подмигнула ей. — Теперь у меня появилось еще больше возможностей. Так что, по рукам?
— По рукам, дочка! По рукам! — старушка взволнованно завертелась на подушках, но тут же застонала. — Чертовы ребра!
— Лежите, не двигайтесь! — я отошла в сторону и представила свекровь: — Со мной приехала свекровь. Ридганда Гортензия Аргайл.
— Добрый день, — моя новая родственница приблизилась к кровати больной и улыбнулась. — Я желаю вам скорейшего выздоровления, Розмари. Рианнон очень волнуется о вас.
— Добрый день, ридганда, — старушка заволновалась еще больше. — Для меня огромная честь видеть вас в своем доме.
— Я тоже рада знакомству, — ответила Гортензия и добавила: — Вы правильно сделали, что согласились на предложение Рианнон. Она сможет здесь все привести в порядок.
— И герцог позволит ей? — снова недоверчиво протянула старушка. — Разве так может быть?
— У нас все может быть, — засмеялась свекровь и обняла меня. — Главное, сильно захотеть.
Оставив женщин беседовать, я поманила Летицию за собой и вышла из комнаты.
— Не бойся, она ведь не знает тебя, — сказала я, когда мы оказались в коридоре.
— Я понимаю, но если бы ты знала, как я испугалась… — Летиция несмело улыбнулась. — Чуть в окно не выпрыгнула!
— Пойдем на кухню, я сварю госпоже Розмари бульон, — я потащила ее вниз. — И расскажу тебе целую кучу новостей.
Возвращаясь в замок, мы с Гортензией долго обсуждали таверну и пришли к выводу, что помощников для женщин нужно нанять уже завтра. Пусть пока там не будет такой вкусной еды, но они станут поддерживать порядок, следить за каминами и ухаживать за лошадьми. Да и постояльцы не останутся без внимания, что позволит зарабатывать женщинам хоть какую-то копейку. Мисти сидел рядом со мной на сидении, важно покачивая головой, и его прищуренные глаза хитро поблескивали.
Глава 42
Когда мы вернулись в замок, первым делом Гортензия распорядилась привезти с рыночной площади четырех рабочих, и за ними тотчас отправился управляющий.
Я же вернулась к своему любимому делу — кухне. Дуглас уже подготовил все, что я просила и к обеду мы приготовили картофельный суп с курицей, плов, салат с грибами и испекли рулет с маком.
До обеда еще оставалась уйма времени, и можно было немного отдохнуть, что я и вознамерилась сделать. Поискав глазами Мисти, который еще пару минут назад вылизывал шестку, сидя на подоконнике, я его не обнаружила.
— Дуглас, ты не видел Мисти? — спросила я у повара, и тот указал на приоткрытую дверь:
— Он совсем недавно в коридор выскочил.
Я вышла из кухни и медленно пошла в сторону холла, громко повторяя имя котенка, но Мисти не отзывался.
Но вдруг позади меня послышалось тоненькое мяуканье и, обернувшись, я увидела белый хвостик, который тут же скрылся за углом.
— Вот сорванец! — я приподняла юбки и быстро пошла в обратную сторону. — Вернись! Заблудишься ведь!
Но Мисти все больше углублялся в хитросплетения коридоров, и когда закончились светящиеся плашки на стенах, я на секунду остановилась, вглядываясь в темноту.
— Мисти! Стой, паршивец! — я застонала, понимая, что придется идти в этот замерший между каменными стенами мрак и, сняв одну плашку, пригрозила своему питомцу: — Вот попадешься мне, я тебе уши надеру!
Выставив вперед руку с единственным источником света, я пошла дальше, чувствуя, как становится все холоднее. Окон здесь не было вообще, потолки становились все ниже, а воздух все тяжелее. Дурное предчувствие все сильнее охватывало меня, но бросить Мисти я не могла и, переборов страх, я твердым шагом двинулась вперед.
— Главное потом найти дорогу назад, — прошептала я, поворачивая в очередной узкий коридорчик и спускаясь по очередной скользкой лесенке. — Такое ощущение, что я уже в подвале…
Послышалось мяуканье и наконец, я увидела Мисти. Котенок сидел у двери в конце коридора и это был тупик.
— Пойдем-ка обратно… — прошептала я, присев рядом с ним, но животное вдруг повернулось к двери и, поднявшись на задние лапки, стало царапать потемневшие от времени доски. — Что? Что ты хочешь? Она закрыта, Мисти, пойдем отсюда. Если что-то закрыто, значит, кто-то не хочет, чтобы туда заходили. Уходим!
Но котенок не собирался внимать моим увещеваниям и настойчиво драл поверхность двери.
Я взяла Мисти на руки и пошла назад, но он вырвался и снова взялся за дверь, словно пытаясь мне что-то сказать.
— Ладно! Ладно! — раздраженно прошипела я и, вытащив из волос шпильку, сунула ее в замочную скважину. — Я попробую, но ничего обещать не могу!
После нескольких минут упорного ковыряния в замке, что-то клацнуло, и дверь с тихим скрипом отворилась. По спине поползли мурашки от странного, неприятного чувства, охватившего меня в этот момент, а маленький паршивец Мисти, тут же юркнул в образовавшуюся щель.
— Засранец… — прошептала я и, толкнув дверь, вошла в темное помещение.
Первое, что я ощутила, был запах… Сладковатый, гнилостный, смешанный с плесенью и какими-то благовониями.
— Фу, что за гадость? —
