class="p1">— Альберт Харистов, хирург, руководитель проекта, допуск уровня A+, — продолжил голос. — Подтверждено. Аннулирование протокола «Убежище». Открытие шлюза через 10 секунд.
Массивная дверь с шипением отъехала в сторону, открывая стерильный шлюз, а за ним — просторное помещение с медицинским оборудованием и несколькими больничными койками.
И там, посреди комнаты, с пистолетом в руках, стояла Елена Воронина. За ее спиной, защищенные импровизированной баррикадой из столов и шкафов, сжались несколько испуганных пациентов — Ксения, Андрей Лавров и еще трое, которых Альберт не знал.
— Альберт? — Елена опустила оружие, ее лицо выражало смесь облегчения и недоверия. — Ты… жив?
— Более-менее, — он улыбнулся, делая шаг внутрь. — И пришел вас забрать отсюда.
Она бросилась к нему, и на мгновение все опасности, вся ситуация отступили на второй план. Была только Елена, живая, невредимая, в его объятиях.
— Мы успели эвакуировать только этих пациентов, — тихо сказала она, отстраняясь. — Остальных… ГКМБ перехватила транспорт. Мы не знаем, что с ними.
— Сейчас главное — выбраться отсюда, — Альберт быстро осмотрел состояние пациентов. — Все мобильны? Могут двигаться самостоятельно?
— Все, кроме Ксении, — Елена бросила обеспокоенный взгляд на девочку. — Она стабильна, но еще слаба. Наномашины продолжают работу.
Андрей Лавров шагнул вперед.
— Я понесу ее, — сказал он уверенно. — Мои силы… усилились за последние дни.
Альберт кивнул, заметив, как изменился Лавров с момента их последней встречи. Более уверенные движения, живой, проницательный взгляд. Наномашины явно продолжали трансформировать его.
— А образцы нанокрови? — спросил Альберт, поворачиваясь к Елене.
Она указала на небольшую металлическую коробку, похожую на медицинский холодильник.
— Все стабилизированные образцы здесь. Последние пять доз, после твоего… исчезновения.
— Отлично, — Альберт взял контейнер и передал его Саяну. — Береги его как зеницу ока. Это будущее «Нового Сердца».
— Как мы выберемся? — спросила Маргарита, помогая пациентам готовиться к эвакуации. — Весь комплекс под контролем ГКМБ.
— Тем же путем, что я пришел, — ответил Альберт. — Через вентиляционную шахту. Хазин организовал отвлекающий маневр на южном периметре, большая часть сил ГКМБ стянута туда.
— А что с Добровым? — спросил Саян, аккуратно закрепляя контейнер в специальной сумке.
Альберт помрачнел.
— Не знаю. Последнее, что я слышал через передатчик — его допрашивают. С «спецсредствами».
— Мы должны ему помочь, — решительно сказала Маргарита. — Он рисковал жизнью ради нас.
— Нет, — твердо ответил Альберт. — Наномашины дают ему шанс. Но если мы попытаемся вытащить его сейчас, рискуем всем. Образцами, пациентами, самим проектом.
Елена внимательно посмотрела на Альберта, заметив изменение в его голосе, когда он говорил о Доброве.
— Ты дал ему нанокровь, — не спросила, а констатировала она. — Так же, как Лаврову. Как мне. Как нам всем.
— Да, — просто ответил Альберт. — Он сделал выбор. Как и мы все.
Они быстро организовали порядок эвакуации. Впереди Альберт, за ним пациенты с Лавровым, несущим Ксению, затем Елена и Маргарита, замыкающим — Саян с контейнером.
— Всем соблюдать тишину, — инструктировал Альберт, когда они покинули безопасность изоляционной камеры и вышли в коридор. — Если наткнемся на патруль — я разбираюсь, остальные отступают обратно в камеру, запечатывают дверь.
Они двигались осторожно, используя каждое укрытие, каждый поворот коридора. Благодаря отвлекающему маневру Хазина большая часть агентов ГКМБ действительно была стянута к южному периметру, но внутри комплекса все равно оставались патрули.
Дважды им приходилось замирать в боковых помещениях, пропуская мимо группы агентов. Один раз короткая стычка была неизбежна — двое патрульных заметили группу и попытались поднять тревогу. Альберт нейтрализовал их быстро и бесшумно, используя свои улучшенные рефлексы и силу.
— Ты… другой, — заметила Елена, когда они продолжили путь. — Более решительный. Более… эффективный.
— Ситуация требует, — коротко ответил Альберт, но понимал, что она права. Что-то в нем изменилось. Не только физически, но и морально. Дорога к вентиляционной шахте казалась бесконечной. Каждый поворот коридора мог таить угрозу, каждая тень могла превратиться в агента ГКМБ. Но Альберт двигался уверенно, словно у него была внутренняя карта всего комплекса.
Когда они наконец добрались до входа в вентиляционную систему, за их спинами уже раздавались звуки тревоги.
— Они обнаружили побег, — Саян оглянулся на мигающие красные огни в глубине коридора. — Скоро перекроют все выходы.
— Быстрее, — Альберт открыл доступ к шахте. — Женщины и дети первыми. Затем пациенты. Саян, ты с образцами — предпоследний. Я замыкаю.
Одну за другой он помогал группе забираться в шахту. Последней была Маргарита, затем Саян с контейнером. Когда Альберт сам начал подниматься, он услышал быстрые, уверенные шаги в коридоре.
— Харистов! — голос Строгова звучал почти обыденно, словно он обращался к коллеге на совещании. — Я знаю, что это ты.
Альберт обернулся. Игорь Строгов стоял в конце коридора, без оружия, без сопровождения. Просто человек в дорогом костюме, с усталым лицом и холодными глазами.
— Ты проиграл, Строгов, — ответил Альберт. — Мы уходим. С пациентами и образцами.
— Уверен? — Строгов сделал шаг вперед. — Ты действительно думаешь, что можешь просто уйти? Что вся мощь государственной машины не найдет тебя, где бы ты ни скрылся?
— Я не собираюсь скрываться, — твердо сказал Альберт. — Я собираюсь продолжать свою работу. Лечить людей, которых система списала со счетов.
Строгов покачал головой, словно слушая наивного ребенка.
— Ты не понимаешь, с чем играешь, Харистов. Нанокровь — это не просто лекарство. Это эволюционный переключатель. Способ создать новый вид человека. Ты правда думаешь, что такая мощь должна быть у одиночки, действующего по своему усмотрению?
— А у кого она должна быть? — парировал Альберт. — У ГКМБ? У правительства, которое держит обычных людей на грани выживания, пока элита наслаждается всеми благами? Или у Вельского, который видит в ней лишь источник прибыли?
Он сделал шаг назад, ближе к шахте.
— Нанокровь должна спасать жизни. Всех. Не только избранных.
— Благородно, — признал Строгов. — Но наивно. Ты создал технологию, которая может изменить саму человеческую природу. Ты хоть представляешь последствия, если она попадет не в те руки?
— Ты имеешь в виду — в твои руки? — Альберт усмехнулся. — Я видел последствия. Лавров, Ксения, Елена… даже Добров. Обычные люди, получившие шанс на лучшую, более полную жизнь.
— Добров? — Строгов прищурился. — Ты дал нанокровь агенту ГКМБ?
— Бывшему агенту, — уточнил Альберт. — Он сделал свой выбор. Как и ты, Строгов. Только он выбрал сторону людей, а не бюрократов и олигархов.
Позади Строгова появились агенты ГКМБ, с оружием наготове. Но инспектор поднял руку, останавливая их.
— Люди не готовы к такой технологии, Харистов, — сказал он серьезно. — Ты думаешь, что несешь спасение, а на самом деле можешь принести хаос.
— А я думаю, что люди заслуживают шанса самим решать, — ответил Альберт. — Без посредников, диктующих им, что правильно, а что нет.
Он сделал еще шаг назад.
— Прощай, Строгов. Мы
