займет немного времени. Скоро все будет улажено.
На этом он покинул общежитие.
Я посидел немного в одиночестве, но мне стало скучно, и я решил пойти прогуляться. Я не знал, куда направился Чэнь Цзюэ, но если он решил пойти в больницу, то охранники будут всюду следовать за ним. Ци Лэй оказался недружелюбным, особенно к посторонним. И он скрыл от нас с Чэнь Цзюэ нечто столь важное, как убийство Се Ли. Этого было достаточно, чтобы убедить меня в том, что он все еще питает к нам подозрения. Кроме того, поведение Чэнь Цзюэ тоже вызывало много вопросов. После того как Тан Вэй исчезла, он не проявил никакого беспокойства. Напротив, он стал более равнодушным и все продолжал говорить мне, что Тан Вэй вернется сама.
Что за чудики, не руководствующиеся здравым смыслом?
– Чего это вы вышли в такую рань?
Я повернул голову и увидел Лян Мэнцзя, стоявшую позади меня.
– А вы тоже что-то рано, – сказал я, даже не зная, который час.
– Но что вы! Я же на работе. – Она подняла пузырек с лекарством и помахала им над головой.
– Да, не подумал… Кстати, а куда вы идете? Могу я проводить вас?
– Хорошо. Я иду в главное здание.
Лян Мэнцзя пошагала вперед, а я быстро последовал за ней.
– Наверное, вам так тяжело рано вставать на работу, а потом быть на смене до самой ночи.
– Да на самом деле все неплохо. У нас есть перерыв в полдень, и ежегодный отпуск довольно длинный.
– К слову, госпожа Лян, я хотел бы у вас кое-что спросить…
– Ой, не называйте меня «госпожа Лян», звучит странно. Может, перейдем на «ты»? Зови меня Цзяцзя – меня так зовут мои друзья.
– Цзя… цзя?
– Разве это не здорово? Так все и должно быть между друзьями!
– Друзьями…
– Что такое? Хань Цзинь не хочет со мной дружить? – Лян Мэнцзя с сожалением на меня посмотрела.
Я махнул рукой и с улыбкой ответил:
– Нет, что ты! Я очень рад быть твоим другом!
– Класс! Так о чем ты там хотел меня спросить? Что это было?
Мы шли бок о бок. Я чувствовал, как колотится мое сердце.
Черт, спрошу я ее или нет? Один раз я уже потерпел неудачу. Что, если снова получу отказ? Я украдкой взглянул на Лян Мэнцзя. Нет, она такая красивая и так нравится мне! Что же делать? Должен ли я сказать ей, что она мне нравится? А если я признаюсь ей в чувствах, будет ли она смеяться надо мной? Или все будет, как с Чжу Лисинь: Хань Цзинь, ты, мол, хороший парень, но… Я больше не хотел быть «хорошим парнем».
– С тобой все в порядке? – Лян Мэнцзя обеспокоенно посмотрела на меня и коснулась моего лба.
Ох, мое сердце забилось еще чаще!
– Ух ты, Хань Цзинь, да у тебя жар! Почему у тебя лицо такое горячее? – нахмурилась Лян Мэнцзя. – Схожу-ка в медсанчасть за жаропонижающим.
– По правде говоря, в этом нет необходимости. Я просто хочу задать тебе один вопрос.
Я не осмеливался смотреть в ее большие глаза.
Увидев, что со мной происходило что-то не то, Лян Мэнцзя нерешительно предположила:
– Может…
– А?
Я занервничал. Неужели она прочла мои мысли? На этот раз все прошло еще более неловко, поскольку меня отвергли еще до того, как я признался девушке в любви.
– Может, ты денег у меня одолжить хочешь?
– Что? – Я едва не потерял сознание. – Нет! Вовсе нет!
– Да все в порядке, Хань Цзинь, мы же друзья. Так сколько тебе нужно? Помогу, чем смогу!
Я вдруг схватил Лян Мэнцзя за плечи обеими руками, посмотрел ей прямо в глаза и сказал:
– Лян Мэнцзя, я не прошу одалживать мне денег. Хоть для меня это очень непросто, я все же хочу узнать, есть ли у тебя пар…
– Мама!
Я обернулся на крик и увидел, как к нам бежал маленький мальчик, лет трех-четырех на вид.
– Мама? – Я посмотрел на Лян Мэнцзя, а потом на мальчишку. – Ты его мама?
Лян Мэнцзя тепло улыбнулась:
– Да, это мой сыночек Вэньвэнь. Правда, он милый?
Она опустилась на колени и погладила мальчика по голове. По ее нежному взгляду я сразу понял, что это действительно ее сын.
– Поздоровайся с дядей. – Она указала мальчику на меня.
– Привет, дядя-вонючка! – Маленький мальчик скривил губы.
– Вэньвэнь такой славный! – Я выдавил натянутую улыбку, которая выглядела ужасно. – Такой послушный ребенок!
Мое сердце было почти разбито на тысячу осколков. Если бы у меня был выбор, я бы предпочел, чтобы убийца прикончил меня. Почему каждый раз, каждый раз все происходит именно так? Мне хотелось плакать, хотелось умереть, жизнь потеряла смысл.
– Хань Цзинь, ты ведь так и не спросил, что хотел. Я так заинтригована! Что ты хотел узнать? – снова спросила меня Лян Мэнцзя, отослав сына в сторонку.
– Ох, да я… я просто хотел спросить… спросить… Ой! Я совсем забыл об одном деле, которое меня просил сделать Чэнь Цзюэ! Мне пора-пора-пора-пора. Побегу обратно в общежитие!
Я судорожно отыскал повод, чтобы уйти. Мне хотелось провалиться сквозь землю.
– Давай иди, доделывай свои дела! – с улыбкой ответила девушка.
Я быстро смылся обратно в наше временное жилье.
К счастью, Чэнь Цзюэ не стал свидетелем этой сцены, иначе он бы смеялся надо мной целый год! Нет, возможно, он уже знал, что у Лян Мэнцзя есть ребенок, поэтому и посоветовал мне приударить за ней. Я представил ухмыляющуюся рожу Чэнь Цзюэ. Да, он точно знал, что она замужем, поэтому намеренно подзуживал меня! Я был так зол, что мне хотелось разрезать этого горе-математика на кусочки!
Когда я в ярости искал, на что выплеснуть свой гнев, я увидел на столе записку. Очевидно, что это был почерк Чэнь Цзюэ и записка была адресована мне. На бумаге было написано всего одно слово:
«Беги!»
2
Куда делся Чэнь Цзюэ? Почему он оставил мне такую записку?
У меня по спине пробежал холодок. Неужели они и его схватили? Но как он смог оставить записку? Нет, в моей голове вертится слишком много вопросов, я ничего не понимаю. Раз он сказал мне бежать, значит, убегу. В больнице полно стукачей, мне надо покинуть ее, где-нибудь залечь и ждать подмоги.
Что же за тайны скрывает эта психиатрическая лечебница, в конце-то концов?
Собирать вещи было уже поздно, поэтому я порвал записку, выбросил ее в мусорку и надел пальто. На улице дул ледяной ветер, поэтому я вжал голову в плечи, уткнул подбородок в воротник
