Кости будто сделаны из пластилина и не могут удержать мой вес.
Ноги едва волочатся одна за другой, я шатаюсь при каждом шаге.
Позади сражаются пять человек. Они рвут друг друга руками, гортанно кричат, создавая вокруг первобытный хаос.
Я иду в противоположную от источника света сторону, там темно.
Внезапно я чувствую себя в безопасности в темноте. Это так странно.
Я словно попадаю в мир иллюзий. Мое тело такое легкое. Под ногами у меня не бетонный пол, а хлопок.
Да, хлопок.
Темный коридор бесконечен, как огромный черный дракон. Я ступаю на его спину, пошатываясь, иду вдоль его хребта. Дракон летит, и я лечу.
В конце есть лестница.
Я поднимаюсь вверх по ней, поднимаюсь по лестнице. Я устала идти; мне никогда не нравилось так долго ходить. Мышцы бедер болят так, словно их разорвали. Но тут нет лифта, и мне только и остается, что шаг за шагом подниматься наверх.
Дверь.
Открываю дверь.
Чувствую, как свет бьет мне в лицо.
Почему я не могу открыть глаза?
Если я не смогу открыть глаза, то ничего не увижу. Я ничем не буду отличаться от слепца.
В ушах слышен шум дождя.
Падаю на пол с глухим звуком.
Потом… потом я ничего не слышу.
Все погружается во тьму.
4
Когда я прихожу в себя, то обнаруживаю себя на полу библиотеки.
Должно быть, я потеряла сознание. В комнате очень темно, возможно, из-за пасмурной погоды. Я слышу шум дождя за окнами.
К счастью, я помню, кто я, где была и что делала. На меня обрушиваются воспоминания о том, что только что произошло, об истошных криках Е Пин, Невесты и Дон Кихота. Их наверняка схватили, но я, приложив последние силы, смогла выбраться из туннеля.
Поднявшись с пола, я осматриваю читальный зал. Это помещение мне знакомо, я была тут несколько раз. Больничная библиотека не располагает большой коллекцией книг, но в комнате площадью около тридцати квадратных метров есть несколько широких и больших книжных шкафов, доверху набитых книгами. Книги могут брать как и сотрудники больницы, так и пациенты. Думаю, я попала сюда по лестнице из секретного прохода. Должна ли я быть рада этому? То, что я лежу здесь, означает, что меня не нашли. Плохая же новость в том, что мне не удалось покинуть больницу, как я планировала.
Я все еще в «Наньмин».
Я словно птица в клетке. Как бы сильно она ни хлопала крыльями, никак не сможет покинуть свою крохотную темницу.
Вокруг очень и очень тихо. Я делаю несколько шагов онемевшими ногами, подо мною скрипят половицы. Все окна в библиотеке закрыты на замок изнутри. У двери в комнату – высоченная колонна книг, заслоняющая ее всю. Я тут же начинаю переживать: а задвинута ли на ней защелка? Но на самом деле дверь завалена книгами так плотно, что они заменяют собой запор. Пока что здесь безопасно, утешаю я себя. Однако Дон Кихоту и Невесте повезло куда меньше. Их схватит охрана, а потом… Я не хочу об этом думать. Все-таки мне так и не удалось забрать их с собой.
Я двигаюсь очень медленно, потому что боюсь, что охранники устроили здесь засаду, хотя понимаю, что это маловероятно. То, что произошло совсем недавно, кажется мне таким далеким, словно прошло несколько световых лет. Забуду ли я это через несколько дней? Мне страшно. Страшно, что я вернусь в то состояние, в котором я находилась, когда проснулась в тот злополучный день, словно марионетка, отданная на чью-то милость.
Три стены библиотеки заставлены книгами. Посередине помещения стоят четыре стеллажа, которые я решаю обойти. Тут царит беспорядок, некоторые книги кто-то хаотично побросал на пол. Я думаю, что еще никогда так внимательно не осматривала интерьер библиотеки. Не помню, люблю ли я читать, но при взгляде на названия книг, стоящих покосившимися рядами на полках, желания открыть их у меня не возникает.
Когда я дохожу до последнего стеллажа, краем глаза замечаю лежащую на полу фигуру.
Сердце начинает бешено колотиться в груди, я невольно пячусь назад, пока не упираюсь спиной в одну из этажерок, и только тогда останавливаюсь. Я не ошиблась, внутри запертой библиотеки, помимо меня, находится еще один человек.
Это мужчина. Он лежит на животе, из-под его тела растекается лужа крови. Не знаю, сколько я уже тут стою, уставившись на него. Не смея пошевелиться, я не могу оторвать от него взгляд. На нем форма охранника, и так как его лицо повернуто в другую сторону, я не могу понять, как он выглядит. В заднюю часть шеи мужчины воткнут скальпель. Кожи вокруг лезвия совсем не видно: все перемазано бордово-красной кровью.
Я непроизвольно пытаюсь нащупать скальпель, который спрятала в белье.
И впрямь – он исчез.
Может ли быть, что я случайно убила его, потеряв контроль над своим разумом? Я оглядываюсь по сторонам: всюду разбросаны книги, библиотека выглядит так, будто пережила сильное землетрясение. Похоже, здесь была жестокая схватка. Но почему я совсем ничего не помню? Последнее воспоминание, которое у меня осталось: я поднимаюсь по лестнице и вхожу в комнату. Неужели в моей памяти появился еще один пробел?
Я набираюсь смелости, чтобы перешагнуть через тело и присесть на корточки с другой стороны от него. Мне хочется ясно разглядеть лицо покойника, чтобы понять, кого я случайно убила.
Правда приводит меня в шок: убитым оказывается Се Ли.
Он лежит на животе, его лицо едва видно в тени, но я не могу ошибиться. Даже после смерти его облик был узнаваем: выпученные глаза остекленели, тонкие губы перекошены, а щели между зубами заполнены кровью. Зрачки у него расширены, а посреди лба виднеется вмятина от удара чем-то тяжелым.
Я поднимаюсь, и передо мной встает ужасающий вопрос.
Будучи офицером уголовной полиции, я наверняка проходила определенную боевую подготовку. Но я, в конце концов, женщина, и у меня не хватило бы сил нанести такие повреждения. Вопрос в следующем: если не я убила Се Ли, то кто? И как убийца покинул эту комнату, запертую изнутри?
Клоун.
Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, пытаясь очистить разум от нереалистичных мыслей.
Здесь должен быть тайный ход. Если я смогла войти, то и убийца смог. С тремя стенами книг да еще с четырьмя стеллажами спрятать его совсем несложно. Если я смогу привести механизм в движение, то не только разгадаю тайну исчезновения убийцы, но и смогу выбраться через тайный ход. А если я покину читальный зал иным способом, то мигом
