не знала?
Я покачал головой, громко выдохнув.
Эбигейл побледнела, узнав, что они были мертвы. Что же с ней будет, когда ей станет известно, что их тела подверглись сексуальному насилию только после смерти?
Мы не узнаем, потому что и она не узнает.
Я бы тоже не хотел. Видеть это. Нести крохотные холодные тела на своих руках. Хоронить их. Ничего.
Док поджал губы, решив придержать язык за зубами, чтобы не раскрыть ещё некоторые подробности.
– Сколько нам ждать?
– Недели две.
Я сомневался, что мы что-то найдем. Ни Бенджамина, ни Джерри не интересовали дети. Подростки, возможно. Однако маленькие девочки были не в их вкусе. Я знал, кто любит их, но понятия не имел, как нам подобраться к нему, не рискуя жизнью невинного ребёнка.
– Ты в порядке? – спросил, наклонившись к Эбигейл.
Девушка тяжело сглотнула, посмотрев мне в глаза, и несколько раз кивнула. Её взгляд был потерян.
Она соврала, тем не менее я сделал вид, будто не понял этого.
Дело в том, что она узнала до того, как мы приехали сюда, или после? Вероятно, и то и другое.
Я планировал поговорить с ней, только уже не сегодня, так как мы оба вымотались. Но вопросы словно разрывали её голову, поэтому я собирался наплевать на свои планы.
Она ляжет спать спокойной.
И, возможно, мои объятия помогут ей в этом, если она позволит.
– Пойдём?
Я взял её за руку и повёл в сторону выхода, не попрощавшись с Доком, который вернулся к своей работе. Мне хотелось поскорее вернуться в квартиру и заснуть, чтобы этот день закончился, потому что чем дольше он продолжался, тем больше происходило того, что выбивало меня из колеи.
Плохой день.
Не успел я открыть дверь, как Эбигейл неожиданно отпустила мою руку, повернулась обратно и сделала несколько шагов навстречу к Доку, не доходя до него и оставаясь на расстоянии.
– Почему я ношу Ваше имя?
– Что?
Мужчина вопросительно посмотрел на меня, но я пожал плечами, не понимая, о чём она, так же, как и он.
– Почему я ношу Ваше имя? – злее повторила Эбигейл, заставив меня удивиться интонации, с который она говорила. Я никогда не слышал, чтобы её голос смешивался с рычанием.
– Обычное совпадение.
Гейл и Эбигейл. Забавно, правда же?
– Нет, – отрезала она. – Потому что я – Эбигейл Девора.
Док быстро перевёл взгляд на девушку перед ним.
И я сделал то же самое.
До этого момента меня совсем не волновала её фамилия, потому что она уже носила мою и меня всё более чем устраивало.
– Девора – девичья фамилия моей матери. Мы родственники? Кто Вы такой?
Мужчина громко выдохнул, развернулся и присел на край своего рабочего стола. К этому времени на его лбу выступили бисеринки пота, которые он смахнул, зачесав волосы и собрав их в привычный ему низкий хвост.
– Отвечайте, – потребовала Эбигейл.
Я подошёл ближе, чувствуя, как она начинает срываться, но продолжал оставаться за её спиной.
– Девора – не девичья фамилия твоей матери, – опроверг Док. – Это фамилия её первого мужа.
Мои брови взлетели вверх.
Я правильно понял, что женщина, разбившая ему сердце – мама моей девушки?
Руки Эбигейл висели по швам, когда её ладони сжались в кулаки до такой степени, что рубцы на костяшках натянулись до боли. Она ничего не ответила, вероятно, собирая логическую цепочку, но учащённо задышала.
Несмотря на то, что Док был ближе ко мне, чем к Эбигейл, казалось, что ей известно куда больше, поэтому я просто ждал, когда она сформирует ответы на вопросы в своей голове и поделится ими со мной.
– Вы, – она покачала головой, будто не могла поверить в то, что собиралась сказать, – мой отец?
Док помедлил отвечать ей.
Его губы, широкие по центру и сужающиеся к краям, сжались в тонкую полоску, голубые глаза опустились к полу, а прядь светлых волос упала на лоб.
Не может быть.
– К сожалению…
– К сожалению? – воскликнула она, сделав шаг назад и чуть не врезавшись в меня.
– К сожалению, нет, – закончил Док, заставив нас задержать дыхание и перестать надумывать то, чего не было. – Я не могу быть твоим отцом, Эбигейл. Мы с твоей матерью расстались задолго до твоего рождения.
– Когда?
Он задумался, вероятно, вспоминая.
– Сколько тебе сейчас?
Эбигейл зачем-то повернулась и посмотрела на меня, прежде чем ответить ему:
– Мне… восемнадцать.
Мужчина кивнул, будто самому себе.
– Ты не моя дочь, – уверено подвёл итог он. – Я не встречался с твоей матерью с тех пор, как она бросила меня, и до того дня, как она вошла в стены этой больницы, когда тебе было семь, но к тому времени я не видел её уже около восемнадцати лет.
Гейл не делился с нами подробностями своей личной жизни, но мы знали, что однажды он потерял женщину всей своей жизни, которую так никто и не смог ему заменить. Однако казалось, он даже и не пытался найти себе другую. За это я всегда уважал его.
И брал пример.
Почему она бросила его?
– Как так вышло, что моё имя – ваши воедино, если мой, как Вы уверяете, настоящий отец – это мужчина, которого она любила?
– Я не знаю. – Искренность читалась в словах Джей Ди. – Абилена… – он тяжело сглотнул, – ненавидела меня. Она не могла позволить себе продолжать любить меня после того, что случилось.
– И всё же она вернулась в Рино. К вам.
– Нет, она не знала, что я здесь. Лас-Вегас был нашим домом. Но после развода она переехала в Карсон-Сити, а я остался там, пока спустя несколько лет не перебрался ближе к границе.
Судьба свела их вновь.
Несмотря на то, что Абилена уже принадлежала другому мужчине и имела от него дочь.
Есть вещи, на пути к которым нет преград.
Любовь была одной из таких.
– Что случилось? – спросила Эбигейл.
Док нахмурился, не понимая её.
– Вы сказали, что мама не могла позволить себе любить Вас после того, что случилось, – повторила за ним девушка. – Что это? Что Вы сделали?
– Стал работать на его отца.
Пришло время всем взглядам в этой комнате обратиться ко мне. Эбигейл медленно повернулась, и наши глаза встретились. Её нижняя губа дрожала, но я не заметил, чтобы черты её красивого лица исказились от злости, испытываемой ко мне.
Господи, не ненавидь меня.
Я тоже ненавижу этого ублюдка.
Давай достанем его тело из могилы и повторим то, что я сделал без тебя. Пошлём его в ад.
– Мы жили бедно, – произнёс Док, заставив нас
