группу и в особенности идущего на задних лапах енота одаривала брюнетка на козлах, воскликнул, изображая удивление:
– Ведрана? Ты ли это?
Девушка за поводьями, к которой обратился парень, поначалу удивилась, а затем замешательство быстро прошло, и она сухо ответила:
– Нет, ты обознался.
В тот момент, когда брюнетка хотела было отвернуться, Зефир быстро заговорил вновь:
– Ну как же так… Это же я, Зефир, мы с тобой два года тренировались на мечах, а ты даже не узнаешь меня?
– Нет… – задумавшись о чем-то, ответила девушка уже не так уверенно.
– Не может быть! – воскликнул парень и продолжил, практически не давая ей времени на обдумывание, – а тот случай, когда ты вломила Ненаду по противной роже, что подставил мне подножку исподтишка, тебе тоже ни о чем не говорит?
Скорость повозки немного снизилась, когда девушка неосознанно потянула поводья на себя, а молодой человек продолжил непрерывно сыпать какими-то фактами с участием этой прелестницы, отчего даже Эден уже не понимал, притворялся ли их лидер или действительно встречал ее когда-то.
В итоге фургон полностью остановился прямо на дороге, а Зефир, полностью завладев инициативой и вниманием девушки, наседал на нее, словно медвежуть из Выдоха – мощно и без компромиссов, отчего из повозки даже удивленно выглянули две других девицы, что, оказывается, присутствовали в их группе. Одна была худощавой обладательницей красных, словно закат, длинных и шикарных волос, отличалась средним ростом и утонченными чертами, а также надменным и очень красивым личиком. Одета выглянувшая красноволосая оказалась в качественную кожаную курточку коричневого цвета. Второй была миниатюрная симпатичная блондинка с волосами до плеч, завязанными в хвостик, носившая тканевую рубашку зеленых тонов. Она могла бы показаться милой, если бы презрительно не скривила лицо при виде парней.
Вообще, путь между Лемарком и Перекрестком был относительно безопасным из-за отсутствия близких Выдохов, к тому же лесных бандитов отсюда с частой периодичностью гоняла стража обоих городов. Но вот так вот останавливаться посреди дороги и болтать с незнакомцами на, по сути, неохраняемом тракте было чем-то неслыханным.
Тем не менее прошло минут десять, а они уже сидели все вместе вокруг костра, при этом Зефир помешивал готовящийся суп в своей глубокой сковородке и травил какую-то очередную байку, только теперь она касалась непосредственно Эдена.
Кстати, «недоразумение» уже давно было разрешено, а группы перезнакомились. Так, рослую брюнетку, которая правила лошадью, звали на самом деле Смилана, ее подругу с синими волосами, сидящую рядом – Ружика. Тайрой назвалась красноволосая, а четвертой и последней девушкой в коллективе была Берислава – та миниатюрная блондинка, что недобро зыркала на мужчин.
Еще Эден подметил, что хоть девушки и были очень разными, но всех их объединяло то, что они имели оружие, а также поголовно носили штаны. Довольно обтягивающие, кстати, отчего молодой чудовищный целитель чуть не оконфузился в какой-то момент, когда залип на мощный и подтянутый зад наклонившейся черноволосой. К его сожалению, это приметила мелкая блондинка, что теперь все время фыркала, когда они ненароком встречались взглядом.
– Так вот, Эден признался ей в любви, а она ответила ему взаимностью! Но, как я рассказывал ранее, их семьи враждовали, поэтому на следующий день юношу попытались убить несколько воинов. Он дал им бой, но силы были неравны, и раненый парень попытался сбежать из города. Преследуемый всадниками, он загнал коня прямо в том месте, где я с друзьями, – обвел Зефир рукой своих товарищей, естественно, не забыв про енота, – остановились на дневку. Конечно же, мы не остались в стороне, а дальше была битва, из которой, как видите, мы вышли победителями и обратили врага в бегство.
Рассказчик прервался, обведя взглядом благодарных слушательниц, точнее, только две из них были таковыми – Смилана и Ружика. Тайра, в свою очередь, посматривала со скепсисом, а Берислава сейчас вообще выражала свое «фи» чудовищному целителю. Тем не менее Зефир был доволен результатом и продолжил рассказывать:
– Однако семье его возлюбленной был нанесен урон чести, а они такие вещи вряд ли нам простят, поэтому с большой долей вероятности, пока мы лесами двигались к Перекрестку, нас у города уже ждет еще один отряд, с которым нам не справиться, – сделал парень скорбное лицо.
– Ужас! – приложила ладони к щекам брюнетка.
– У них нет никакой чести мешать большой и чистой любви, – поддержала ее синеволосая возмущенно.
– Как ты говорил, фамилия у семьи этой девушки? – прозвучал звонкий голосок Тайры.
Проигнорировав последнюю реплику, командир и лицедей в одном лице с горечью заметил:
– К сожалению, родственники Эдена считают его предателем и не станут помогать, а вся надежда лежит на его друге, что живет в Перекрестке и сможет укрыть его на время. Вот только как нам туда попасть? Если я и Леопольд сможем пройти ловушку спокойно – достаточно просто хорошо замаскироваться, то Брута и нашего нового друга, – сначала парень указал на сидящего справа от него енота, а потом перевел руку на чудовищного целителя, у которого на лице было довольно странное выражение, напоминавшее то ли глубокую скорбь, то ли ошалелость, – они сразу же узнают и нападут, как только увидят.
В это же время, пока Зефир упражнялся в словоблудии, чудовищный целитель только сейчас оценил, каким изворотливым засранцем был глава их группы. Во-первых, как только тот увидел Смилану, то очень быстро по внешности каким-то невероятным образом определил ее интересы и чаяния, на которых сыграл, «перепутав» брюнетку с придуманным на ходу двойником. Этот двойник занимался мечом наравне с мужчинами, ставил на место всяких тупых парней и был так похож на саму девушку, отчего Смилана просто не могла не заинтересоваться.
Конечно же, это был в некотором роде бросок наудачу, но ведь попал же!
Во-вторых, эта эмоциональная история про любовь. По мнению Эдена, которое в основном сформировалось под влиянием книг, все девушки и женщины в основном жили чувствами, отчего иногда упускали вопросы логики. И здесь этот тип сыграл как по нотам, сделав из молодого чудовищного алхимика героя драмы, который вызывает у противоположного пола чувство сопереживания, а также причастность к тайне.
В-третьих, помимо того, что Зефир был объективно красив и мужественен даже в этой своей дурацкой бандане, у него еще была довольно мощная харизма, или, возможно, это все сложенные вместе факторы так работали в синергии, но почему-то Эден уверился, что у их командира все должно было получиться.
– Поэтому у меня к вам, милые девушки,
