его желаниями. Вскоре его дядя Барахмал пришёл к власти. Его (Суджи?) сыновья постоянно подстерегали Аскарана. Каран, чтобы отомстить за своего предка (нияк), пошёл в услужение к Аскарану и 23 -го числа, когда представилась возможность, убил сына раджи в присутствии отца, а затем напал на последнего. Того спасла колонна, и бдительные мужи [сократили дорогу жизни] Карана. Сострадательный повелитель осенил своим милосердием его жилище и сердечным сочувствием залечил рану потерявших чадо [родителей].
Глава 107
Начало 37-го Божественного года с | момента | священного Восшествия [на престол Его Величества Шахиншаха] — года фарвардин четвертого цикла
607
В пятницу, 5 джумада ал-ахира 1000 г.х. (20 марта 1592 г.), по истечении десяти часов пяти минут, прекрасное светило [Солнце] озарило [знак] Овна и наполнило мир многообразной радостью. Красота
обрела новое великолепие, а век — новое украшение.
До неба вознеслись шатры.
Прикрыты были небесные изъяны.
На каждой стенке чудесные картины висели.
Изумлялись небеса, словно демоны создали их1.
Третий цикл закончился, и начался четвёртый. Силой сердца и великолепием рассвета приоткрылось окошко просветления, и свет вошёл в мой омрачившийся разум. Вновь охватило меня желание продолжать моё повествование, и силы мои возросли.
Судьба моя просветлела вновь.
Душой моей овладела радость речи.
Когда даёт удача ключ, чтоб отпереть [замок], Жемчужиной становится тёмный камень.
Со дня Нового года и до зенита (шараф) не прекращались празднества, и щедрость взращивала желания. Окончилась пора благополучия для скитальцев в пустыне, и новая завеса опустилась на красоту духовную. Наполнилась чаша мирского успеха и радости, но удача Шахиншаха сделала сие источником увеличения мудрости. Тот день, враждебный [глубокому пониманию истины], научил смуте и лишил чистоты. Это время [вопреки очевидным событиям] укрепило мудрость и несёт в груди пламенное чистосердечие.
[Тогда] пришли вести, что Джалала вернулся из Турана без успеха и поднимает раздоры в ущельях Тираха, а племена афридии и уракзаи нарушили свою верность и предоставили убежище тому смутьяну. Выпустили указ, чтобы Касим-хан собрал войско афганцев (забулийцев) и покарал те горячие головы. В день Нового года Асаф-хан, Саид-хан, Гакхар и некоторые иные были отправлены Двором, [а также вышел] приказ, чтобы землевладельцы Синда и Пешавара собрались и присоединились к силам Тираха. Вскоре тот гористый край окружили, и афганцы начали умолять и льстить. Они доложили, что у Джалалы нет поддержки, и он вернулся без успеха. Касим-хан возвратился в Кабул, не прояснив этого вопроса до конца и не предоставив отчёт ко Двору. Асаф-хан и прочие военачальники остались там в ожидании приказов. Его ВеЛИЧеСТВО не одобрил спешки Касим-хана и выпустил указ, чтобы тот вернулся и приложил все усилия для выяснения обстоятельств.
Глава 108
Победа царских слуг и поражение мирзы 608
Джаиибека удачей Шахиншаха
1____~сы погрузили
Когда Хан-хапан осадил крепость, провизия стала очень дорогой из-за отдалённости и перекрытых дорог, а положение воинов — весьма трудным. Они были вынуждены снять осаду 27 дая минувшего года [19 января 1591 г.]. Все избыточные припа-ia корабли и отправили в Сехван. Сайид Баха-ад-дина, Бахтияр бека, Кара бека и других отправили для их охраны. Большинство солдат двинулось к Татте, дабы грабежами пополнить припасы, а также вызвать страх у врага и овладеть теми землями. Хан-хапан поселился в Джуне, [расположенном] посередине. Шах-бек-хана, Мухаммад-хана Ниязи, Касим Коку, Муртазу Кули, Дад Мала, Дуда бека и прочих послали в Агхам2 с задачей овладеть теми богатыми землями и не выпускать из виду мирзу Джани. Дха-ру Бахадура, Хан Курдара и иных послали к Бадину3. Мирза Фа-ридун Бирлас, Джаниш Бахадур, Али Мардан Бахадур, Сармади, Гази-хан Билуч двинулись в Татту. Каждый отряд шёл особым путём, сохраняя спокойствие. Враги несколько встревожились из-за своих семей, и многие землевладельцы изъявили покорность. Каждый отряд исполнил добрую службу, но посланные в Татту войска не сумели её захватить, так как негодяи подожгли город. Мирза Фаридуна и Равал Бхима, а также некоторых других направили в Умаркот и тщательно выяснили причины проявленного небрежения к службе [со стороны раны?]. Мирза Джанибек вышел из крепости и поспешил в Сехван, замыслив наложить руки на корабли, посланные туда. Узнав об этом, Хан-хапан отправил к названному месту Ходжа Мукима бахши, Дхару Бахадур-хана, Мухаммад-
хана Ниязи, Даулат -хана Лоди, Саид -хана Карарани и нескольких даровитых мужей и последовал за ними самолично. Когда воинами на кораблях уже овладел страх, подоспели посланные [на помощь] войска и исправили дела. Многие решили, что необходимо укрепить Лукхи (Лукхи означает «перевал» на белуджей) и ожидать подкрепления. По велению храбрецов они приготовились к сражению. Стянули силы. В центре находился Мухаммад-хан Ниязи, Бахадур -хан Курдар, Шер -хан, Калан -хан, Даулат -хан Лоди, Саид-хан Карарани, Ходжа Муким-хан бахши. На правом крыле стоял Мир Масум Бхаккари с рядом храбрецов. На левом крыле — Сайид Баха-ад-дин и прочие смельчаки. В передовой отряд входили Бахтияр бек, Кара бек, Шамшер Араб, Ибрахим бек, Джулак бек, Муршид Кули, Шах Кули Туркаман. Они сражались отважно, и, ведомые удачей, миновали Лукхи, и разбили лагерь в шести косах от [позиций] врага. 21 (фарвардина) [10 апреля 1591 г.] 609 прошли четыре коса с намерением дать бой. Ещё до начала битвы их порадовали вести об успехе. Несколько дней дул встречный ветер. Неожиданно он [изменил направление] и со стороны [царских: слуг] донёс вести о победе. Вскоре завязалась сеча. Вначале передовой отряд врага под началом Хусру опрокинул противостоящие ему силы и рассеял также правое крыло [царских: войск]. Шамшер Араб доблестно бился в авангарде, друзья унесли его раненым. Дхару и иные явили отвагу. Сам он был ранен копьём в лоб и упал с коня, а вскоре проиграл монету жизни. Правый фланг неприятеля под командованием Малик Мухаммада теснил противника, и часть их отбросила в сторону Нахар-хана и добралась до самого обоза, и начался грабёж. Сайид Баха-ад-дин атаковал вражеский авангард, уверенный в своей победе. Между ним и теми [авангардом] оказалась река (?), и [отряд] изготовился к бою. Из-за ветра и пыли они не могли разглядеть друг друга. В том месте смятения центр царских сил обрушился па правое крыло врага и после ожесточённой схватки опрокинул его. Однако во тьме храбрецы этого отряда потеряли друг друга. Бахадур-хан, Даулат-хан и некоторые иные непреклонно стояли на поле боя и являли собой [достойное] зрелище (?). Внезапно
