«Тираны» обороняющие этот сектор, вдруг были «разобраны на металлолом» подозрительно быстро. Да, удалось сбить десантный корабль и два сопровождающих. Но турелей там больше не было, а мелкие доминаторы проигрывали. Кажется, наемники научились сражаться против них, используя ракетницы и рельсотроны.
— Ава, потери…
— Шесть «Тиранов», «Циклонов» не осталось. «Пауки» потеряли восемьдесят четыре процента от начального числа. «Гончие» потери пятьдесят процентов. Турель только одна. Восточный сектор почти прорван.
— Сколько противника?
— Двенадцать человек десанта, все в тяжелой броне и мощным вооружением. Анализирую… В их числе имеются люди, которые ранее прилетели на «Фаусте».
— Бойцы Тангера… — прорычал я, понимая, что мы в опасности. — Барнс, Ферт! Прорван восточный сектор. Мне нужна помощь.
— Выдвигаемся. — отозвался Барнс.
Я решительно шагнул к «Тахиону».
— Ты куда? — Анна бросилась ко мне. — Собираешься сражаться против наемников? Против Джефферсона?
— Они не опаснее Оайкена. — возразил я. — И их всего двенадцать.
— Четырнадцать. — тут же поправила Ава. — Еще две сигнатуры, но их броня другая.
— Спасибо тебе, вовремя подсказала. — пробурчал я, активируя блокировку своего бронескафа.
— Ничего, парой больше, парой меньше.
— Алекс, будь осторожен!
— Это им нужно быть со мной осторожнее! — усмехнулся я, хотя обстановка совсем не располагала.
Время поджимало.
Я не стал тратить его на сопли — просто отправил «Тахион» к выходу, направляясь к восточному сектору.
Один коридор, другой. Лестница.
Снова коридор. То тут, то там попадались доминаторы, которых Ава спешно собирала с тех секторов, где обстановка уже разрешилась.
Присоединились Барнс с Фертом, вместе двинулись дальше.
— Ну, что нас там ждет?
— Ничего, кроме дерьма!
Мы оказались в холле ровно в тот момент, когда там же появились люди Джефферсона. Да и сам он, вместе с Тангером, шагал следом. Обстановка еще та.
О разговорах не было и речи, сразу же открыли шквальный огонь друг по другу. Но уже менее чем через двадцать секунд, Барнс получил ранение, а Ферт сразу три. Оба сержанта вели огонь лежа, скрываясь за препятствиями. Мой «Тахион» хорошо держался, но и он получил пару жестких повреждений, что сказалось на функционале.
Однако, мы побеждали. Их осталось всего четверо, когда произошло нечто, чего я совсем не мог ожидать…
Из открытых входных ворот показался синий бронескаф, но не боевой модели, а инженерной. На нем было больше брони, но совсем не было оружия. Своего рода мини танк. Такой был только у одного человека. Виктора Чана…
Я даже не сразу его увидел. А когда сообразил, кто передо мной, то даже удивиться не успел.
На себе человек тащил какое-то громоздкое устройство. Очень быстро грохнув его об пол, он тут же склонился и что-то активировал.
По помещению прошлась направленная в нашу сторону волна непонятной энергии, мгновенно вырубившей всю электронику.
Мой «Тахион» в один момент просто перестал функционировать и ужасным грохотом рухнул на черный пол, словно статуя… Та же судьба постигла скафа Барнса и Ферта.
Несколько секунд зловещей тишины, а затем с другого конца холла послышался хриплый хохот.
— Ну что щенок, допрыгался? — заревел Тангер, смело шагая прямо ко мне. — Я же говорил, лично язык вырву! Никакая броня тебя не спасет! Я иду… Уже иду!
Глава 19
На свои места
Я в неудобной позе, полулежал на черном полу, обреченно глядя перед собой. Обесточенный «Тахион» полностью вышел из строя — теперь это просто тяжеленный танталовый доспех, от которого и толку-то нет. Повторилась ситуация аналогичная той, что произошла у обломков «Отбойника», когда заряд батареи неожиданно стал равен нулю. Только тогда у меня еще оставалось немного энергии, чтоб хоть снять блокировку и выбраться наружу. А теперь? Что за дерьмо использовал Виктор?
Упал я на спину, но многочисленные блоки строительных материалов, которых тут было много, не дали мне завалиться на спину окончательно. Поза была совсем неудобной, а главное я ничего не мог с этим поделать. Снять блокировку здесь мог только Виктор… Но он этого делать не станет. Где-то слева от меня лежали Барнс и Ферт, судя по всему, в аналогичной ситуации. Но до них никому не было дела, да и они мне никак не помогут.
Тангер остановился, настороженно осмотрелся. Снова зашагал ко мне. За его спиной, из-за черной колонны показался ренегат Джефферсон, с рельсотроном в руках, которым за весь бой он даже ни разу не воспользовался.
В отличии от стандартного «желтого» командирского «Палладина» полковника, на ренегате был черный, отполированный бронескаф, который точно не был серийным и собирался исключительно на заказ.
Я сразу отметил, что на нем новая композитная броня, более мощное дополнительное вооружение и тоже имеются прыжковые двигатели. Неплохой образец бронескафа, но мой «Тахион» все равно лучше. Был.
Тангер шел медленно и радостно рычал, на весь холл озвучивая вариации того, что он сделает с дерзким, подлым дезертиром… Во всех подробностях. И смешно и мерзко одновременно. Да-а, поведение у него совсем не офицерское, но если учитывать все, что я уже увидел на Каллипсо, это не самая странная вещь. Да и Джефферсон быстро остудил его пыл.
— Тангер, все! Довольно! — потребовал ренегат. — Потом сделаешь с ним то, что захочешь… Но сейчас он мой!
— А-а? С какой это стати? — яростно взвился офицер. — Если бы не мой опыт, хрен бы ты взял эту крепость… Покрошили бы твоих девочек, а после и тебя самого. Ты разве не знал, что эта схватка была с искусственным интеллектом? Этот сопляк как-то подчинил себе целый оборонный комплекс.
— Я знаю! — отрезал тот.
Тангер на несколько секунд отвлекся, обернулся ко входу — где-то снаружи еще гремели взрывы, были слышны завывающие звуки рельсотронов, хлопали ракетницы. Затем полковник хмыкнул, снял шлем и, наградив меня презрительным взглядом, махнул ему рукой. — Впрочем, ладно. Я потерплю.
Он бросил взгляд на Виктора, кивнул ему.
Японец все еще стоял у своего аппарата и осматривался по сторонам. Шлем он тоже уже снял, поэтому мне было отлично видно его лысую голову.
— Алекс… Так вот ты какой! — Джефферсон подошел ближе, наклонился, быстро осмотрел меня. — Любопытный скаф. Это тот самый? — он обернулся к Виктору.
— Да. Жаль получилось не так, как планировали! — отозвался Чан и сам двинулся навстречу.
А меня посетили смутные сомнения. Что все это значит?
— Ты ничего не понял, да?
