Хотелось выпить чего-нибудь горячительного в кофейне за углом, но Тедди тут же передумал: чтобы договариваться с миледи, нужна светлая голова. Он увидел темные очертания ее экипажа еще до того, как услышал стук копыт; решительно подавив в себе страх, который внушала ему предстоящая встреча, он продолжал идти вперед, к уже открывающейся дверце.
Вскочив в экипаж, Тедди оказался почти в полной темноте.
– Ну? – нетерпеливо спросила Кейт. Сырой холод просачивался под ее бархатный плащ, корсаж, верхние и нижние юбки, и ей стоило большого труда сдержаться, чтобы не стучать зубами, что отнюдь не казалось ей забавным.
– Все решится через час, миледи, – бросил неразговорчивый Тедди Уолтхэм, сидя в своем углу. Он с любопытством принюхался. – Вы дали ей еще дозу, да?
– Какой вы догадливый! – саркастически отозвалась Кейт из своего угла. – Она уже просыпалась. Уж не хотите ли вы, чтобы она подняла истерический визг и сюда сунул свой нос какой-нибудь ночной сторож или, еще того хуже, пара этих проклятых ищеек с Боу-стрит? – спросила она, не оставляя никакого выбора, кроме как согласиться с ее решением.
– Просто я не хочу, чтобы она умерла, миледи, – ответил Тедди Уолтхэм, рассматривая опоенную наркотиками девушку в накидке, которую бережно прижимал к груди Рокко.
– Надеюсь, это не окажется таким же пустым номером, как в прошлый раз, – сказала Кейт тоном, который не оставлял никаких сомнений по поводу того, что она думает о его умственных способностях. – Бог ты мой, я просто ушам своим не поверила, когда услышала, что этот олух свалился с лестницы. Я же предупреждала, чтобы вы были осторожнее, и что же? – Кейт заново разжигала в себе злость. – Вы пригласили какого-то пьяного шута в мои комнаты. Эта толстуха Фаркар уже явно подозревает что-то неладное. Вряд ли она верит, что это моя племянница. И уж тем более в то, что у девушки мигрень, поэтому в комнате должно быть тихо и темно. Боюсь, уж не думает ли она, что мы прячем больную оспой. Вчера вечером я поймала ее на месте преступления: она подслушивала у моей двери. Пожалуй, нам не стоит возвращаться обратно с нашей добычей, – предупредила она своего сообщника.
– Хорошо, с ней все решено: или сегодня, или никогда, – согласился Тедди. – Я знаю, у вас мягкое сердце, но вы не должны беспокоиться. Я уже переговорил со своим другом, и он очень заинтересован в этой сделке. На этот раз не будет никаких трудностей.
– Тем лучше для вас, если их не будет, – заметила Кент, отнюдь не успокоенная его заверениями. – Кто этот человек?
– Суперкарго на борту торгового судна, курсирующего между Лондоном и Чарлз-Тауном. Он занимается отнюдь не только перевозкой сухих грузов. Они получают большую прибыль, поставляя в колонии служанок. У них найдется местечко еще для одной пассажирки. Отплывают они с приливом. Чтобы возбудить его аппетит, я постарался пособлазнительнее описать нашу красоточку. Он рассчитывает продать ее за хорошие деньги в колониях.
К его удивлению, Кейт захлопала в ладоши.
– В колониях? – подхватила она, и ее резкий несдержанный смех наполнил весь экипаж. – Но это просто замечательно! Дочь великого герцога Камарейского будет продана как служанка. Ха! – Ее плечи затряслись от веселья. – На этот раз вы превзошли самого себя, мистер Уолтхэм. Жаль, что вы не были знакомы с Перси. Ему бы очень понравилась ваша выдумка.
Тедди Уолтхэм нахмурился. Если этот Перси был того же пошиба, что и миледи, очень хорошо, что их пути не сошлись.
– Я должен встретиться с другом около реки, – сказал он.
– Отлично, мистер Уолтхэм, – ответила Кейт, постучав в крышу экипажа. – Скажите кучеру, куда ему ехать.
– Н-да... – Тедди Уолтхэм сделал вид, будто вспомнил что-то, вылетевшее у него из памяти. – Я полагаю, вы сами вручите девушку моему другу. – Он многозначительно кивнул на Рокко. – Вы ведь умеете его уговаривать, не правда ли?
– Да, конечно, мистер Уолтхэм, – спокойно ответила Кейт. – Обещаю вам, что никаких трудностей не будет.
– Хорошо, – проговорил он таким же мнимо невозмутимым голосом. Но ему очень не понравился тон миледи.
Они оставили экипаж посреди переулка, где он не привлекал бы внимания прохожих, и пошли дальше пешком по булыжной мостовой. Затем повернули в узкую, заваленную мусором улочку.
Тедди Уолтхэм хорошо представлял себе, как бесится миледи, осторожно пробираясь среди вышвырнутых из окон отбросов.
– Ничего не скажешь, хорошее местечко, – пробормотала она, почувствовав, что ее атласная туфля вязнет в какой-то гадости.
– Вы предупредили, чтобы я соблюдал величайшую осторожность, – с большим удовольствием напомнил Тедди Уолтхэм. Он дул на свои сложенные в чашу ладони, пытаясь согреть их, но ветер относил в сторону струйку его дыхания. С реки тянуло изморосью и туманом, против которых одежда была плохой защитой. Услышав приближающиеся шаги, он быстро пошел вперед, оставив за спиной миледи и Рокко с его ношей. Но когда он подошел к концу улочки, какой-то прохожий уже быстро прошел мимо. Вздохнув, Тедди повернул назад. И тут услышал тихий разговор, в котором можно было легко различить нетерпеливый голос миледи. Он слегка улыбнулся. Похоже, миледи не удается уговорить Рокко расстаться со своей ношей. С коротким смешком Тедди нагнулся, чтобы подтянуть мокрый чулок, и вдруг выпрямился, услышав громкий пистолетный выстрел. Несколько секунд отголоски выстрела звучали в его ушах все громче и громче. В удивленном безмолвии он вдруг увидел, как большой лакей повалился, словно подрубленное дерево. С трудом переводя дух, Тедди Уолтхэм поспешил к неподвижной женской фигуре в вуали.
– Проклятая убийца, – прошипел он, нервно оглядывая улицу. Но ни одно окно не отворилось, ни одна голова не высунулась наружу, и он вдруг понял, что громкое пение и смех, доносившиеся из ближайшей таверны по ту сторону переулка, успешно заглушили грохот выстрела. А может быть, просто никто вокруг ничего не хотел знать.
Тедди с ужасом уставился на мертвого Рокко, затем перевел взгляд на безмолвную женщину, проделавшую своей пулей широкую дыру в его спине.
– На кой черт вы это сделали? – спросил он.
– Он отказывался отдать мне девушку. Повернулся и пошел прочь, – еще не придя в себя от изумления, сказала она. – Я должна была его остановить. Какой другой выход нашли бы вы на моем месте? К тому же, – равнодушно добавила Кейт, – он уже сделал все, что от него требовалось, и на него нельзя было больше полагаться. Он предал меня – женщину, которая дала ему кров и еду, одела в красивые одежды вместо лохмотьев. И как же он отплатил мне за мою доброту? – с негодованием продолжала Кейт. – Он предал меня ради этой мисс с ангельским личиком, хотя она ни черта не сделала для него, только стала причиной его смерти. Пожертвовал собой, так, что ли, мистер Уолтхэм? – насмешливо произнесла Кейт, смотря на мертвого лакея, который все еще держал девушку в своих руках.
