не мешает концентрировать и фокусировать энергию. Просто направляет ее на тебя же.
Я заорала, скатившись с Мартина и сжалась в бесполезный комочек боли. И только запах паленой кожи напоминал мне, что я все еще в сознании.
К чести Мартина, он опомнился быстро. Несмотря на сломанные ребра и разбитое лицо. И первых зухосов, бросившихся к нам, отшвырнула фиолетовая Волна Бейла. И тут же нас окружил переливающийся мыльный пузырь купола. От «снарядов» красных колпаков такой не защитит, можно только уворачиваться. Но когти и зубы зухосов и жвалы кругопряда остановит. Хотя бы временно.
Ах, как жаль, что я сейчас такой бесполезный кусок мяса! Если бы не этот браслет, я бы даже с азартом и вызовом восприняла этот весь движ. Но я могла только темную магию. А тот, кто испортил ограду между Запретной Чащей и Индевором, подогнал туда именно тот набор тварей, которым моя темная магия вообще до фонаря. Красные Колпаки в ответ на темные воздействия только хохочут. Как от щекотки. А зухосы с кругопрядами неразумные. Им пофигу вообще. Ну, то есть, чисто технически, кругопряд вроде как разумный даже, и если бы я была темной вроде моего отца, то я его положила бы конечно. Но мой профиль тьмы был не об этом. Впрочем, как и Мартина. Мы с ним, в каком-то смысле, темные близнецы по стартовым условиям…
Пузырь защитного купола затрепетал под атакой сразу четырех зухосов. И еще несколько торопливо гребли через озеро к нашему берегу. Перед моим лицом по песку запрыгала колючая луковица сучьего вымени. Ну да, фантазия этих мелких говнюков всегда была извращенной. Они могли и свои магические снаряды делать, но зачем, когда можно набить карманы всякими плодами неприятных магических растений и швыряться ими. Хорошо еще, что для огнецветок сейчас не сезон, а то бы нас в этом защитном куполе запекло, как в духовке.
«Приятно познакомиться, два темных мага с хрустящей корочкой, — с сарказмом подумала я, медленно возвращаясь из своего персонального ада в реальность. — Вот только где же моя огневая поддержка?…»
И будто в ответ на мои мысли раздался визг, переходящий в хныканье. А потом мою спину обдало волной жара. Зухос, в пасть которого я уперлась взглядом, когда подняла с песка голову, обуглился с одной стороны и завалился на бок. А потом сверху посыпались острые осколки льда вперемешку с фиолетовыми всполохами пламени. Кругопряд, как самый сообразительный, живо перебирая всеми своими восемью конечностями и поджав подпаленный хвост, убрался в заросли. Красные колпаки принялись бестолково носиться по берегу, верещать и швыряться теперь уже неприцельно. Всем подряд, кажется, включая свои какашки.
А два декана, Кроули и Ван Дорн, стояли на нашем берегу и фигачили без перерыва. Прямо по площадям. И так филигранно, что наш чахленький купол, который от магии совсем даже не защищает, волны разбушевавшихся по их указке стихий даже не задевали. Четенько так по краю проходили.
Я оперлась на ладони и села на песок, даже с некоторым восторгом глядя на то, что творят наши магистры. Мне до их уровня еще расти и расти, даже когда браслет снимут. Я по площадям стихиями бить не умею.
Но тут было что-то уж очень много тварей. То есть, мало того, что в самой защите брешь, там еще и приманка какая-то поставлена. Когда училась, мы неоднократно совершали вылазки в Запретную Чащу, как легальные, в рамках занятий по боевой магии, гербологии и монстрологии, так и нелегальные. Когда проспорил. Ну или срочно было нужно получить редкий ингредиент, но в лабораторию с этим запросом соваться было нельзя. И никогда я не видела, чтобы в одном месте было СТОЛЬКО тварей. Вроде ходили слухи, что есть специальные приманки, как адресные, так и общие. Но егеря — товарищи неболтливые, и свои секреты кому попало не рассказывают.
Черный вихрь портала ракрылся на самой кромке озера, выпуская из своего мрачного чрева моего отца и двух его телохранов. Последние, без всяких промедлений, шибанули в озеро «ледяной мост» и с разбегу проскользили по нему на противоположную сторону. Вызвав среди остатков Красных Колпаков еще большую панику.
— Не дайте ему уйти! — излучая праведную ярость выкрикнул отец, взмахнул тростью, вызывая дикий порыв ветра, который пробил в чаще на той стороне просторный такой коридор.
И тут я слегка… запуталась. И перестала понимать, что происходит. Отец? Но разве не он нас сюда заманил и это все нам устроил? Если бы я не сказала Ван Дорну и Кроули про эту встречу, то к моменту появления отца от нас с Мартином только тряпочки бы остались. Этот вал чудищ нас бы просто втоптал, и жалкие потуги Мартина нас защитить, его бы не остановили.
Бой на берегу с нашей стороны был закончен. В кустах противоположного берега еще кое-где повизгивали улепетывающие Красные Колпаки, но понятно было, что это все. Можно расслабиться. Мой отец, широко шагая, подошел к нашему куполу, небрежным движением, как будто отмахиваясь, сорвал защиту. Рывком поднял меня с песка и крепко обнял. Ну, чисто, заботливый папочка, который только что чуть не потерял дочь в ужасной трагедии.
— Татти, как хорошо, что с тобой все в порядке! — громко сказал он. И тихонько прошептал мне на ухо. — Я тебе нисколько не сомневался, детка.
Глава 59
Вокруг сразу стало как-то много людей. Из леса вынырнули суровые силуэты егерей в закрытых масками лицах. С почти отсутствующим видом я наблюдала, как в сопровождении телохранов отца на берег вышел коренастый и широкоплечий человек с хищным лицом. Глубокий залысины и крючковатый нос делали бы его похожим на хищную птицу. Если бы он не был таким широким.
И еще в лице определенно угадывалось фамильное сходство. Старшего Ван Дорна я раньше вот так близко не видела. Как-то не принято было между нашими семьями наносить друг другу светские визиты…
— Уберите от меня свои лапы, смерды… — зло бросил он. — Я не понимаю, что здесь происходит! Я член попечительского совета, и я имею полное право…
На секунду мне показалось, что я сейчас вырублюсь. Самым позорным образом лишусь чувств и повисну на руках доброго папочки, как нежный оранжерейный цветочек, который холили и лелеяли в уединенном поместье.
Все говорили.
И кричали.
С некоторым удивлением я увидела, что даже ректор Картер соизволил покинуть свой кабинет и выйти на свежий воздух. «Смотрите-ка, а он не рассыпался от солнечного
