словах есть.
— Понимаю к чему вы клоните, Алейф, но жизнь вообще сложная штука. Она полна страданий, боли, горечи и разочарований. Не знаю, как сейчас себя чувствует отец погибшего бедняги, потому как ни своего отца, ни своей матери я никогда не знал. Однако, когда я выходил на бой, то был готов поставить на кон жизнь. Как сказал тот голубокровный в небе — побеждает сильнейший. Думаю, моей смерти радовались бы все. Включая Харда и его папашу. Советую прислушаться к арене, и вы сами всё поймете.
В назидание к сказанному пришлось замолчать, чтобы вопли и освистывания публики смогли просочиться сквозь звукоподавляющий барьер.
— О-о-о-о! Вовсе нет, чтимый Ранкар. Я вас совсем не осуждаю, — усмехнулся тепло старик, живо повернувшись ко мне лицом. — Сейчас я вам говорю это только по одной причине. Все, кто умудрился пройти во второй этап заслуживают толику уважения. Они все молодая элита, не достигшая тридцатилетия. Им выпал шанс отличиться. Кем бы они ни были и, как бы к вам не относились, я лишь искренне прошу не обесценивать их достижения и навыки подобными заявлениями. Вы сразились и убили достойного соперника, а не какого-то безродного разбойника в кабацкой поножовщине. Вы завладели значимой победой. Уважьте старика, если вам не сложно? Да и кто в конце концов определяет ту самую значимость победы?
Он и вправду интересный старый хрыч. Настолько интересный, что я хотел бы когда-нибудь побеседовать с ним начистоту.
— Лишь мы сами определяем значимость того или иного события, Алейф, — хмыкнул многозначительно я, вновь прикрывая веки. — Лишь мы сами. Поверь на слово, ты хоть и умудрённый опытом, но моя жалость им не нужна. Она им противна. Они побрезгуют. Для них я ненавистный приблуда. Разбудите, когда придёт моя очередь. Честно сказать, я всю ночь не мог уснуть.
— Ты чего спать надумал⁈ — взъерепенился Рамас от моего вида. — Разве не будешь смотреть за своими возможными противниками?
— Оставлю это на вас, а остальное пусть будет приятным сюрпризом, — расплылся я в ленивой усмешке, удобнее устраиваясь на кресле. — А пока вздремну малость…
Не говорить же им, что у меня есть замечательная помощница.
— Порой мне кажется, Ранкар, что твой цинизм не знает границ, — донесся до ушей насмешливый голос падшего.
— Так и есть мой друг, — фыркнул задорно я, возводя указательный палец над головой. — Так и есть.
«Спи, я пригляжу за всем», — удовлетворённо изрекла Руна.
Спасибо тебе, малышка. Ты просто чудо…
* * *
Сомневаюсь, что это была усталость, но спал я крепко. Настолько крепко насколько вообще возможно спать в нынешних реалиях. Возможно, на моё состояние повлияла прошлая ночь или же использование архаики, но я ни о чем не жалел.
Порой слух всё-таки улавливал различные звуки и выкрики управителя-голубокровного, но я абсолютно не придавал возгласам какого-либо значения, потому как Руна многое сделает за меня. Состязательную сеть она видела, да и в анализе более чем хороша, догадается за кем необходимо наблюдать.
Правда, у всего есть свойство заканчиваться. Прервался же мой сон в самой бесцеремонной манере: тифлинг как прокаженный стал трясти меня за плечо словно тряпичную куклу.
— Рамас, я тебя прибью… — лениво пробормотал я с трудом разлепляя веки. — У тебя язык, что ли, отсох?
— Видит Альбарра и Инферно я орал как резаный вепрь во время брачного периода! — негодующе выдал парень. — Как ты вообще можешь дрыхнуть в подобной ситуации? Тебя совсем не заботит происходящее?
— Не задавай глупых вопросов, — зевнул сладко я, упирая руки в колени и неспешно поднимаясь на ноги.
— Не больно-то и хотелось, — взбрыкнул растеряно тифлинг, голос же его вдруг стал жалобным и тот указал на короткую спичку. — Я и будить тебя не желал. Кто же знал, что у меня настолько паршивая удача.
Они бросали жребий и решали, кто пойдёт меня тормошить?
Впрочем, по насмешливым лицам Тэйна и Натана всё стало ясно. Рамас действительно проиграл в споре.
«Он и вправду звал тебя, — весело рассмеялась Руна. — Ты находился в полнейшей отключке. Как понимаю, бурная ночь даёт о себе знать»?
Возможно.
«Вот тебе и тихоня валькирия, — с неким смущением произнесла спата. — Имания права, там все сплошь вертихвостки. Только и ждут, когда нормальный мужик появится на горизонте».
Боюсь, ко мне неприемлемо слово «нормальный».
— Вашему сну могут многие позавидовать, чтимый Ранкар, — ухмыльнулся задорно Алейф, а после тот глазами указал на проекцию. — Думаю, на всякий случай вам необходимо ознакомиться со всеми изменениями.
Не сказать, что возникшие изменения волновали, но пришлось утвердительно кивнуть. В целом, старик был прав. Количество участников в левой и правой группе сократилось ровно вдвое. Имена убитых и сдавшихся просто тускнели, а имена победителей, следовали по состязательной паутине дальше, тем самым натыкаясь на таких же победителей из соседних пар.
В принципе, ничего критического я не заприметил. Младшие наследники прошли в следующий этап. Вероятнее всего, без каких-либо проблем. Причем в правой группе складывалась аналогичная тенденция: имя соперницы Элейны потускнело, а сама девка проследовала далее.
Взгляд невольно проследовал в самый низ, и я наткнулся на своего будущего оппонента. Ко всему прочему имелась большая вероятность, что следующий мой конкурент каким-то образом связан с Мотыльком. Похоже, мне на судьбе написано убить еще одного тёмного альва.
— Орисар из побочной ветви верховного клана Альвхейм, — вслух произнес я. — Хм. Интересно.
— Да, твой будущий противник, — заметил серьёзно Рамас, почесывая кончик носа и опираясь локтем в стену. — Справишься?
— Кто знает, — пожал я плечами. — Сейчас увидим. Алейф?
— Достойный соперник, выходец побочной ветви, но не из тёмного стана. Он светлый альв, — отметил задумчиво проводник.
— Светлый альв в побочной ветви? — приподнял я бровь. — Такое возможно?
— Разумеется, — кивнул утвердительно старик, улыбаясь уголками рта. — Как среди основной ветви имеются несколько тёмных альвов, так и среди побочной есть светлые. От кровосмешения никуда не деться. Хотя в основной ветви всё-таки привыкли придерживаться строгих правил, однако имеются свои исключения, если у того или иного разумного достаточно сильная кровь и выдающиеся навыки. Думаю, если госпожа Элейна сможет победить, то имеется огромная вероятность, что её включат в основную ветвь.
Занятно. Весьма занятно. Что ж, это многое объясняет. К примеру, становится понятно, почему Мотылёк так быстро согласилась
