Каждый может набросать проверочный чек-лист, чтобы узнать не идет ли он простым путем, собирая конференцию или набирая новых сотрудников. Руководители старшего звена способны встроить такие «толчки» в системы компании.
Большинство же из нас имеет более ограниченное влияние. Но мы можем использовать эффект «раскачки». Исследователи выяснили, что многие нарративы на рабочих местах просто никогда не подвергали сомнению. Они, как дежурные приветствия, стали частью того, что все говорят и думают. Можно прикинуться дураком или дерзким, но в любом случае лучший способ направить на них разговор – задать вопрос. Что вы имеете в виду под «соответствием»? Вы отнеслись бы иначе к ее поведению, будь она мужчиной? Мы хоть раз пробовали собеседовать студентов из государственных университетов, а не только частных колледжей? Почему только цветные присоединились к инициативе по многообразию? Можно задавать вопросы коллегам, начальству, специалистам по работе с персоналом, поставщикам. Спрашивая вежливо, мы мягко подталкиваем собеседника обратить на нарратив внимание или изменить его.
Направляя разговоры, мы обращаем внимание на предвзятое поведение и убеждения в окружающих. Для многих это стресс. Мы размышляем, что можем сделать, и нужны ли наши действия. Как творцы, мы хотим что-то изменить, но не знаем, как. Разберемся, как справиться с этими моментами – что, кому, когда и где говорить и стоит ли напрягаться.
Глава десятая. Обучайте и спорьте
Шло последнее мероприятие длинной индийской свадьбы. Тогда-то я и потеряла самообладание в разговоре с одним из гостей. Порыв, о котором я жалела годами. Очаровательный непринужденный бранч проходил на нашем заднем дворе. И затем гость «пошутил». «Жаль, – сказал он, – что сообщение о вашей свадьбе испортили, поместив рядом объявление о тех двух женщинах». Меня затошнило. Не помню, что я сказала, но помню, что сорвалась на него с негодованием.
Гость выглядел сбитым с толку. Дядюшки и тетушки в пределах слышимости резко замолчали, а остальные смутились. Психологическую безопасность как ветром сдуло. Я пожалела и устыдилась, что разрушила праздничное настроение. Я была уверена, что мне следовало держать рот на замке, не потому что я была не права, а потому что знала, что никак не повлияла на его мнение.
В моей жизни на каждый похожий случай, когда я выступила в роли «прохожего», приходится десяток других. Эффект прохожего – это странная реальность, факт, что мы с меньшей вероятностью кому-то поможем при присутствии рядом других людей. Это значит, что если вам понадобится «скорая» на улице, вам гораздо больше повезет, если мимо будет идти только один человек, а не пятьдесят. Та же схема работает в ситуациях, когда люди говорят или делают что-то предвзятое. На самом деле, эффект прохожего в таких ситуациях проявляется даже ярче. Члены группы, на которых предубеждение не направлено, склонны чувствовать, что отвечать – не их дело, если в группе есть те, кого оно касается напрямую. В такие моменты союзники нужны больше всего и их труднее всего найти. Иногда я вела себя скорее как прохожий, а не союзник. Я не знала, что хуже: сказать что-то неважное, или промолчать.
Высказываться (обычно) важно
Исследования показывают, что я была неправа в своих выводах. Высказывания имеют значение. Несмотря на то, что такие моменты ощущаются как негативная и неудовлетворительная конфронтация, результаты исследований доказывают, что они тем не менее помогают уменьшить предвзятость в последующих поступках и отношении. Даже те, кто в моменте реагирует довольно остро и защищается, когда их осуждают за предвзятое поведение, в будущем склонны проявлять меньше предубеждений. Когда я прочитала об этом, мне на ум пришли строчки из «Гамильтона»: «Мы сажаем сад, которого никогда не увидим». Результаты исследований по влиянию возражений на предвзятое поведение отдельных людей вдохновляют.
Так же обстоит дело и с исследованиями социальных норм. Социальные нормы – негласные правила, определяющие, чем можно заслужить одобрение или недовольство окружающих[50]. Например, в некоторых местах принято, проходя мимо незнакомца на улице, смотреть ему в глаза и здороваться. Приезжий из другого города заметит эту норму и приспособится. Большую часть времени большинство из нас следует социальным нормам. Если другие жертвуют на благотворительность, голосуют, экономят электроэнергию, повторно используют полотенца в отеле, блефуют или пьют, мы, скорее всего, поступим так же.
Вспомните работу психолога Элизабет Леви Палук, которая иллюстрирует, как средства массовой информации влияют на восприятие норм и поведение людей, даже если их убеждения они изменить не могут. Дополнительное исследование показывает, что степень предвзятости в нашем поведении тесно связана со степенью уверенности, что нам с точки зрения окружающих тот или иной предвзятый поступок покажется нормальным. Если мы уверены, что смеяться над такими-то шутками или говорить такие-то вещи – часть нормы, мы так и будем поступать. А если уверены, что это не так, то не будем. Следствие этой связи заключается в том, что изменение нормы ведет к изменению в поведении. Если мы сигнализируем, что говорить или поступать предвзято, – не норма, этого может оказаться достаточно, чтобы изменить чье-то поведение.
Высказывания имеют значение.
Даже один человек, нарушающий социальную норму, может ее ослабить. Мало кто хочет первым выходить на танцпол, но многие готовы присоединиться, когда норма «не танцую» нарушена. Если один человек выражает антирасистские взгляды, другие с меньшей вероятностью стерпят расизм. Когда же норму нарушает несколько человек, воздействие еще сильнее. Палук подчеркивает, что изменение отношения к вопросу необязательно для изменения поведения. Одно из исследований, проведенное в старшей школе, показало, что изменение нормы – в данном случае, поощрение небольшой группы «крутых» учеников изменить позицию относительно травли – снизило ее на 30 %. Это гораздо более эффективное вмешательство, чем обычные попытки изменить отношение к травле.
Главный вывод – менять людей одного за другим – это не единственный способ обучения и противостояния. Можно видоизменять или, по крайней мере, нарушать социальные нормы. На самом деле это, вероятно, даже эффективнее, чем переубеждать каждого по отдельности.
В моменте
Благодаря исследованиям я убедилась, что была права, высказавшись на свадьбе. Но я бы могла подойти к этому более разумно. Исследования показывают, какая тактика поведения сработает, а какая – нет. Психологи Анита Раттан и Кэрол Двек демонстрируют, что «система убеждений касательно окружающих [и их способности к росту] может служить как препятствием, так и дорогой, на которой мы делаем первый шаг». Они выяснили, что наше мнение о гибкости окружающих (фиксированное – люди не меняются; прогрессивное – люди могут меняться) определяет, станем ли мы бороться с предвзятостью. Здесь работает не наше собственное мышление роста или фиксированное мышление, а наше мнение о
