произнес парень. – Я не Сталин и не Пономаренко, меня никто не учил страной управлять…
- Я тоже, - грустно усмехнулась Мелисса. – Я, если ты не забыл, даже школу не закончила…
«Не было печали… Как бы теперь еще проверить нашу догадку?» - подумал Василий. Если Пальцев и впрямь не ушел, а лишь сделал тактическое отступление, то все может обернуться очень плохо! Смерть своей, пусть и далеко не любимой, женушки и пусть и придурка, но сынка, тот ему не простит. А, значит, в лучшем случае Василию готовят участь убитого в результате «народного бунта». А уж его-то, если понадобится, те же белогвардейцы, точнее их детишки, и раздуют! А сейчас они ведут подготовку… Потому-то и такие законы продвинули – хотя все-то уверены, что они чуть ли не лично им написаны! Потому-то и устроили все эти публичные казни – и хоть Василий и узнал, что при Пальцеве людей убивали куда больше, но кто про это знает? Его бывший шеф старался все маскировать под несчастные случаи, гибель в разведывательном рейде или что-нибудь еще в таком стиле… А сейчас – вон оно, в открытую! Одного повесить, другого выслать!
- Похоже, Мил, нам все же придется бежать, - произнес Василий.
Глава 9
- Ну что, на абордаж? – глядя на далекое судно, произнес один из стоявших на палубе мужчин.
- Ага, - согласился тот. – Чувствую, сегодня нам светит хорошая добыча!
Отдав все приказы по рации, Мустафа ушел в капитанскую каюту и принялся наблюдать за тем, как все приближается силуэт чьего-то транспортного корабля. Эх, сегодня, кажется, им и впрямь достанется хорошая добыча! Чей-то «купец» - это тебе не рыбацкий сейнер! Ну а чье именно судно – да плевать! Это теперь их море! Все, кто тут плавают, или платят им дань, или идут ко дну… Хотя на купце, может, еще и найдется , что пограбить! Вон как в прошлом году они каких-то заплутавших беженцев из Австралии потопили… Придурки, еще отстреливаться пытались! Да что толку-то от винтовки с базукой против их флотилии? Жаль только, что пришлось на них торпеду потратить – ресурс ныне невосполнимый, ну да добыча-то окупила себя сполна! Одних только белых баб сколько наловили, а они нынче на рабском рынке в цене… Новые вожди, что захватили власть кругом, стараются выделиться друг перед другом, показать свое богатство и могущество. Ну а уж если им служат сами белые, кому до того приходилось служить им самим, если у них целый гарем из европеек – что может быть еще большим доказательством мощи и могущества племени?
А тем временем бывший торпедный катер, а ныне – флагман пиратской флотилии набирал ход. Занимали свои места артиллеристы – основным оружием нынче стала кое-как прилаженная автоматическая зенитная пушка «Эрликон» времен войны. Ну не торпедами же, в конце концов, топить сразу всех? Да и торпеды нынче – такая ценность, которую и за золотой слиток равной массы не больно-то достанешь. Глядя в иллюминатор на приближающийся силуэт чужого судна, Мустафа уже мысленно потирал ручонки, представляя, сколько всего полезного можно будет сбыть после его захвата… Вот они приближаются все ближе и ближе, вот уже в морской бинокль можно достаточно подробно рассмотреть происходящее на судне. Контейнеры что ли везет? Да плевать! Что бы не было – всего его!
Вот уж его артиллеристы готовятся дать предупредительный залп… Стоп! А это что там виднеется? Что такое? ЧТО?! И вдруг у Мустафы лоб буквально мгновенно покрывается испариной…
- Стоять! – мгновенно оказавшись на палубе, буквально нечеловеческим голосом кричит капитан. – Разворачиваемся и уходим! Немедленно!
Пара минут на то чтобы передать приказ – и вот уж флотилия, сразу убавив ход, начинает перестраиваться в обратный путь. В других условиях, возможно, среди пиратов возникли бы какие-то разногласия, многим не захотелось бы упускать столь, казалось бы, близкую добычу, но сейчас насмерть перепуганный вид капитана ярче любых слов говорил о том, что произошло нечто из разряда «полная жопа», а потому надо не рассуждать, а как можно быстрее выполнять приказ. Уж Мустафу-то пираты знали давно, еще по тем временам, когда не были пиратами. Труса их капитан не праздновал никогда… А, значит, и сейчас это никакая не трусость, а разумная осторожность. И все это время Мустафа вновь и вновь прикладывает к глазам бинокль и смотрит вдаль – на то, как удаляется их несостоявшаяся добыча.
- Что случилось? – когда они уже ушли достаточно далеко, спросил у капитана старший помощник.
- Это советское судно, - мрачно заметил Мустафа. – Причем, у него еще и сопровождающий есть…
- Советское? Тогда понятно, - кивнул старпом.
Ну да, что еще говорить-то дальше? Про подобные встречи они уж слыхали прежде – и ничем хорошим для пиратов они не заканчивались… Если и не потопят сразу, так буквально в тот же день на базу сбросят советских десантников – и бесполезно будет молить их о пощаде. У советских с пиратами разговор короткий – про это уже понаслышались от тех глупцов, кто по первому времени пытался нападать на их суда… Чем бы не закончилось нападение – ничего хорошего из этого получить не получится. Кое по кому, как слышал Мустафа, даже крылатыми ракетами отстрелялись – и выжить там удалось лишь немногим счастливчикам! Но даже там, где поработали десантники, было не сильно лучше. Пусть они и не убивали без крайней нужды баб с детьми, но всех, кого застали с оружием в руках, расстреливали на месте. Как и всех, у кого на плече находили следы от приклада.
Попутно еще советские освобождали рабов и забирали все имеющиеся ценности, но это уж и вовсе мелочь, о которой можно и не говорить. Ведь даже если б этого и не было
