— Нас схватили, Михаил. Архангелов – Самандриила и Микаэля убили, точнее… сожгли демоны. Мы не успели их спасти.
Я ожидала максимум жалостливых глаз, опущенного в пол тоскливого взгляда со стороны Михаила, но точнее не каменной маски, скрывающей его настоящие эмоции, ибо обнажая их. Ему что, вовсе не было жалко своих собратьев? Я думала, что раз у него есть душа, он проявит хоть капельку сочувствия. Арх воспринял сказанное Мэттом с завидным спокойствием; ни один мускул не дрогнул на его лице. Быть может, он просто посчитал, якобы те вновь вернутся в следующем столетии и их не нужно оплакивать? Возможно. Все же, нельзя быть таким равнодушным. Мог бы для приличия не стоять с непроницаемой физиономией…
Мэтт сократил свой рассказ до минимума, не вдаваясь в тщательные подробности и объяснения. Он сказал, почему Азаель сжег именно двух архов, за что поубивал всех тех бедных людей за решеткой, даже выдал ему, что мы с ним могли бы спасти Самандриила и Микаэля, если бы успели. Новость о моем видении, которое, к сожалению, исполнилось, не обрадовала чернокрылого. Он попал во владения злости. А уж когда ангел произнес тихое и нерешительное: «Демоны наступают сегодня в полночь. Всему конец», мужчина взбесился не на шутку. Хорошо, что Мэтт вовремя заткнулся и не выдал, откуда у него на плече рана, как ее поставили ему, когда он был совершенно беспомощен, и какие «события», в которых Азаель рассказывал мне страшную правду, происходили до этого. Слава Богу, мой хранитель не ляпнул ничего такого, связанное со сделкой, ее условиями, последствиями. И, благодарю себя за гробовое молчание во время их «беседы». Страх, застрявший в горле, спасибо тебе! Ты не дал мне произнести ни слова, к великой радости. Если я открыла бы рот, то по любому бы, выдала наш с Мэттом и Азаелем небольшое «секрет». Частично, ибо полностью.
Никто не должен знать о сделке кроме нас троих. Никто. А иначе… иначе будет плохо. Причем всем нам.
***
Поговорив недолго с Мэттом в полголоса, Михаил подхватил меня на руки, от чего я вскрикнула. Скорее всего, от неожиданности. Я не знала, для чего он это сделал, но шестое чувство подсказывало – сейчас мы полетит. Обхватив пальцами его мускулистую шею, я посмотрела назад, где стоял мой хранитель. Тот кратко кивнул, дабы говоря «все хорошо. Не бойся». Его движение головой ничуть не успокоило меня, так как я осознавала – все будет плохо, а не хорошо.
— А доставлю ее в безопасное место. Мэттью, — мужчина запнулся, разглядывая моего хранителя; через несколько секунд он смог продолжить, выдохнув, — я не могу ни на кого положиться, так как на тебя. Самандриила и Микаэля, к сожалению, сейчас нет здесь; на других архангелов я не могу возлагать надежд, тем более, их нет рядом с нами сейчас. В общем, Мэтт, я хочу, чтобы ты помог мне возглавить армию. У тебя достаточно опыта, сил, ты знаешь, как нужно раздавать команды, действовать.
ЧТО? МЭТТ? Мое лицо приобрело грушевидную форму от шока. СЕРЬЕЗНО? Разве, Михаил позволит обычному ангелу возглавлять войско крылатых? Хотя, я не учла один нюанс – мой хранитель ценится подобно арху, поэтому, я думаю, он достоин того, чтобы быть одним из полководцев.
Мэтт решил не показывать своего удивления. Лишь кратко кивнул, мол, все понял. Но я заметила в его глазах не уверенность или гордость, а скрытую тревогу, смешанную с капельками испуга. Конечно, он не ожидал от Михаила таких слов. Совсем не ожидал. На его месте я бы при одном только намеке на это упала бы в обморок, осознав, что придется вместе с Великим Божьим слугой возглавлять целую ораву ангелов.
Архангел сжал меня крепче, расправив шире крылья. Вцепившись в его плечо до крови и приготовившись к полету, я напряглась, словно пружина. В моих жилах даже кровь заледенела, а какие махинации стали твориться с сердцем, не передать. Я не понимала, в какое «безопасное место» меня собирается доставить Михаил. В школу? Домой? Куда?
— Лемуэль и Аксио, — мужчина повернулся к ангелам позади нас, — приготовьте доспехи для Мэттью. Позаботьтесь, чтобы он был снабжен всем необходимым для войны.
ВОЙНА – как много в этом слове боли, страха, крови. Произнося его, наверное, каждый представляет себе беспощадное сражение людей, имеющих разногласия между собой. Но… разве кто-то и когда-то представлял себе сражение ангелов и демонов; света и тьмы; добра и зла? Нет…
Возможно, сегодня прольется немало крови, погибнет множество ангелов, защищая людей. Они ни в коем случае не подпустят демонов к ним. Только через свои трупы. Только тогда, когда их сердца перестанут биться, а глаза узрят темноту. Лишь после этого слуги Божьи перестанут быть теми, кем являлись. Лишь после этого они прекратят защищать тех, кого обязаны…
До чего же горько осознавать, что это, скорее всего, последний день существования человечества, меня, моих родителей, Мэдди, Мэтта. Хреново, когда понимаешь, чем может закончиться то или иное, даже не начавшись. А вот самое паршивое знать, что ты в этой ситуации беспомощен; у тебя просто не хватает сил что-либо сделать, предпринять, изменить, да в конце-то концов попробовать хотя бы повернуть события в другое русло! Нет возможностей. Вообще ничего.
А я не хочу вновь испытать поражение, не хочу снова почувствовать вкус краха и проиграть…
Синхронно кивнув, неописуемой красоты белокурые парни расправили крылья с громкими хлопками. Их острые, снежного цвета перья немного колыхнулись, плечи расправились, и, оттолкнувшись ногами от пола, ангелы взмыли в воздух, после скрылись за огромной дырой в потолке. Как и следовало ожидать, я расплылась в приятном удивлении, издав восхищенный вдох.
— А вы, — Михаил кивнул на оставшуюся тройню, — летите на разведку. Выследите, где собираются все демоны. Увидите их скопление, не ждите ничего, направляйте войско туда. Я немного позже присоединюсь к вам. — Его лицо приобрело злостное выражение, на идеальной коже лба выступили еле видимые морщины, которые давали ясно понять, что их обладателю где-то за тридцать два человеческих года. — Вам ясно?
Те, сказав синхронно: «Да», удалились из здания тем же путем, которым прибыли в него. Повернувшись к Мэтту, мужчина одарил его гордым взглядом.
— Ангелы вернутся через считанные секунды, — кинул арх ему. — Будь готов, Мэттью. Я рад, что на тебя можно положиться. Ты единственный из тех, кому я доверяю больше, чем Богу, так что, не подведи меня.
ОГО! Вот это да…
Доверяет больше, чем Богу?
Вау…
Глаза блондина сузились, будто от боли. Он, обхватив раненное плечо, произнес:
— Я не подведу тебя, Михаил. Ты можешь рассчитывать на меня.
