– На Кампест выпала непосильная нагрузка. Полностью поддерживаю красных. Нужно еще раз проверить цифры. Если мой молодой коллега прав, я возобновлю выплату жалования имперским гарнизонам и чиновникам, но не более того.
Герцог коричневых цветов Южной Сканды не решился перечить Мейкдону. Его земли отделены от центра, в изоляции ему не выжить.
– Итак, вас двое, – зло бросил император. – Хорошо же. Орайон?
– С возмущением отвергаю!
– Кетрик, естественно, тоже. Два на два. Амаран-тос?
Желтое герцогство, традиционно солидарное с Аделфией со времен прошлой имперской династии, также отклонило постановление, вызвав на лице императора торжество.
– Северная Сканда?
Граф в бежевом плаще, смутно знакомый Алексу по визитам в Урбан, поднялся и заявил:
– Мы – герцогство с наименьшими доходами. Доля отчислений в казну для нас непосильна. К тому же при Эдранах от нас было отделено графство, как видно – история повторяется. Мы поддерживаем красных!
Император воззрился на него с жалостью.
– Граф, вы замахнулись на дела, не соответствующие вашему положению. Как жаль, что ваш сюзерен не прибыл лично. Уж он-то понял бы простую арифметику. Кетрик, Аделфия и Западная Сканда – против, это три голоса. Красные не прислали правомочного представителя... где там Ниле Винзор, струсил? Значит, за постановление северные, Кампест и Южная Сканда. Так что вы зря ссоритесь со мной, бежевые. Три на три, постановление не прошло, вопрос закрыт...
– При всем уважении, ваше величество, – перебил Алекс, вопиюще нарушая этикет. – Вот письменное выражение воли тея Винзора, а правила совета не запрещают голосовать на бумаге. Четыре на три, решение принято. Синьоры Орайон и Амарантос, вас тоже это касается – больше не смейте отдавать ни единого гулда в центральную казну.
Казалось, императора сейчас хватит удар.
– Тей Алексайон, вы даже не представляете, что сейчас натворили! Единство империи, с таким трудом восстановленное после вашего изгнания из регентов, трещит из-за мелких финансовых неточностей в подсчетах!
– Увы, император. Это – не неточности. Это – воровство из наших карманов, и Орайон не смеет отрицать. Правда, тей?
Сын посмотрел на отца в поисках поддержки, не нашел там подсказки как действовать и отвернулся. Алекс решил дожать.
– Ваше императорское величество! Решением семьи Винзор принадлежащие ей по праву северные графства подлежат преобразованию в княжество и передаче мне в ленное владение. Прошу уточнить – мне достаточно постановления совета герцогов или потрудитесь приказать дворцовой канцелярии выписать отказ от претензий?
– Будьте вы прокляты, Алайн! И даром вам это не сойдет.
– Я ничего в этой жизни не получаю даром, – согласился князь.
Разнообразные текущие вопросы обсуждались до конца дня, шли дебаты, споры докатывались до оскорблений и замирали у последней черты, за которой даже самые невоинственные герцоги были бы вынуждены вызывать другого члена совета на поединок. Но все понимали – главный бой состоялся утром, и противоборство князя с императором, несмотря на чудовищное неравенство сил, во многом определит ситуацию в державе.
На следующий день обе столичные газеты вышли с аршинными заголовками «Рыцарь из баллады бросил вызов императору и победил!» Чернь радовалась и плясала, люди образованные понимали – уменьшение притока денег в столицу ухудшит положение в ней.
Алекс пригласил в красную резиденцию друзей, упрашивая Терона с женой и Марка перебраться на время в Винзор. Длинный стол вместил и гостей, и хозяев, и офицеров гвардии, исключая оставшихся на службе.
– Друзья! Горан оставил имперскую службу и надел красный плащ. Не пора ли вам последовать его примеру?
Не смущаясь присутствия Нилса, раздобревший от вина Марк заявил:
– За тебя – в огонь и в воду! Но за красных – неа...
Алекс нагнулся к нему и положил руку на плечо.
– Ожидаю какой-нибудь мерзости в северных графствах. Сейчас возвращусь, восстановлю над ними красные флаги... В каждом из них мне нужен верный человек. Настоящий друг!
– Эх, мне бы какое завалящее графство, – мечтательно произнес Марк, так и не подобравший себе подходящую вдовушку с графским титулом в виде приданого.
– Три года назад ты и не мечтал более чем о дворянском достоинстве, – засмеялся князь. –'Лет через пять замахнешься на герцогство?
– А можно?
– Нет. И те два графства останутся у прежних фамилий. Но... – Алекс многозначительно поднял палец. – Самый большой спор не за горами. И чует мое сердце, в Кетрике и в Аделфии наверняка окажутся свободные графские замки. Вы со мной, друзья?
От такого не отказываются.
Покидая Леонидию, тей испытал двойственное чувство. Да, он одержал победу. Император даже не возразил против оформления указа об отчуждении северных земель.
Но фактически наметился раскол. Северную Сканду дожмут, граф, поддержавший Алекса, непременно поплатится. А Кампест, Западная и Южная Сканда выделяются в оппозиционную зону с большими природными ресурсами, к тому же начинают промышленную революцию. Что дальше – гражданская война?
Наверно, он волновался бы еще более, знай про дальнейшие разговоры во дворце. После драки кулаками не машут? Именно этим занялся государь, а кулаки летали мимо грустного носа Орайона.
– Сын! Какого дьявола ты меня не поддержал?
– Я голосовал против, отец...
– И молчал! Проглотил гнусности, вываленные на нас северным провинциальным выскочкой!
– Я...
– А, что уж теперь, – император встряхнул отпрыска за плечи и отпустил. – С Алексайоном нужно кончать! Сразу после этого поднимать войска на севере красного герцогства и приводить графов к присяге к нам!
– Может, переживем без них...
– Нет, мой сын. Важны не только земли и не только деньги. Главнее – незыблемость императорской воли. Она поставлена под сомнение! При Эдранах совет герцогов собирался раз в год, чаще присылали представителей. По существу совет ничего не решал! Он должен был лишь избрать монарха. Меня! И после этого только поддерживать. Они вассалы, я – сюзерен! Здесь, в этом самом кабинете, Алексайон воспользовался твоей небрежностью, унизил нас, поставил империю на грань развала. И чем быстрее мы отреагируем, тем лучше.
– Начнем с его устранения, – предположил герцог и получил одобрительный кивок.
– Теперь к нашим делам. Отчего ты до сих пор не женился?
Долговязый и нескладный Орайон пожал плечами.
– Никто не по душе.
– Мне плевать на твои страдания и предпочтения. А-а, не можешь забыть девушку, что отвергла тебя и выбрала того же Алайна?
