двух стран, у одной из которых практически образовался кризис престолонаследия.
Уже к 1913 году у короля Сербии возникла очень страшная проблема — ему вот-вот должно было исполниться 70 лет, и возраст постоянно давал о себе знать, а передать трон оказалось попросту некому. Страдавшему приступами ярости старшему сыну, Георгию, еще в 1909 году пришлось «взять самоотвод» от престолонаследия после очень грязного события связанного с убийством личного слуги, что не удалось скрыть от общественности, а срочно вернувший из России младший — Александр, погиб на недавней войне от шальной пули. Будучи назначенным командующим 1-ой сербской армии, он не единожды выезжал на осмотр передовых позиций и однажды вместе со штабными офицерами угодил под внезапный пулеметный обстрел ведшийся турками наугад и с очень большой дистанции. Однако же, случилось, что случилось, и одна из пуль пробила его грудь навылет. Зря он пошел на поводу у своего однокашника по Пажескому корпусу, откомандированного из России в штаб его армии, и порой предпринимал такие выезды для поддержания морального духа солдат. Не ведал он еще донельзя верной истины, что случайности не случайны.
Естественно, у сербского короля, Петра I Карагеоргиевича, еще оставался запасной вариант в лице его младшего брата и племянника. Вот только ужас заключался в том, что младший брат еще четверть века назад принял присягу на подданство Российской империи и ныне пребывал на действительной военной службе в чине генерал-майора. Племянник же родился уже после этого в России от русской же княжны Демидовой и потому являлся подданным российской короны, не смотря на то, что с годовалого возраста воспитывался в семье Петра I. Но, что было еще более трагично — до того как племянник вошел в возраст возможного принятия на себя управленческих обязательств, его отец отрекся, и за себя, и за него, от прав на сербский престол. Тогда, в 1911 году, Петр не предал особого значения полученной от брата бумаге, хотя и насторожился после получения отказа на брак дочери с русским князем. Сейчас же обессиленный старик оказался в практически безвыходной ситуации. У него попросту не осталось родственников по мужской линии, кому бы можно было легально уступить свой трон. И вот тут озвученная российским императором идея объединить два трона соседних православных государств, для последующего возведения на него внука Петра I, выглядела хоть каким-то удобоваримым вариантом. Пусть даже это был бы внук от дочери. Все же на старшего сына надежды не было никакой даже в плане появления возможных наследников по мужской линии — тому уже стукнуло 27 лет, а на горизонте не было даже ни одного бастарда, не смотря на имевшие место романы и мимолетные связи.
Как полагал Николай Александрович, вот так столкнуть Германию с Францией в тяжелейшей политической борьбе за объединение данных стран именно под своим протекторатом, являлось отличным ходом, ибо, до утрясания данного вопроса, в Европе вряд ли разгорелась бы настоящая война. Заодно в очередной раз могли просесть акции Османской империи, только-только лишившейся пятой части населения и все глубже погружающейся в экономический кризис. Впрочем, немного помочь утонуть ТАКОМУ утопающему, виделось российскому императору донельзя нужным и полезным делом для обезопашивания южных рубежей своей страны. Заодно параллельно можно было несколько спустить пар изрядно запущенного и перезревшего еврейского вопроса, из-за которого Россия смотрелась не в лучшем свете. Только прежде следовало дождаться прибытия в Мраморное море как раз вводимых в строй двух турецких линкоров, окромя которых со все более тускнеющей Блистательной Порты и брать-то было нечего. Все же с началом большой европейской войны начинать разгром своих будущих противников России следовало именно с атаки на осман, как наименее подготовленных и наиболее уязвимых. Очень уж зря они подписали секретный союзный договор с Германской империей, о котором уже спустя месяц в Санкт-Петербурге знали абсолютно все. По сути, турки сами подставили себя под удар России, о чем они, правда, пока еще не подозревали. А что касалось их линкоров — то кораблей такого класса Российскому Императорскому Флоту, что ни говори, катастрофически недоставало. И потенциальная возможность прибрать их к рукам в самом начале войны, стоила дорогого. Но даже их возможное уничтожение прямо в гавани Стамбула являлось куда лучшим исходом, нежели их попадание в руки немцев или англичан. Просто так что ли Россия оплатила достройку одного из них, тогда как у самой флот находился в процессе тотального обновления?
Не смотря на своевременное финансирование, постройка отечественных линкоров несколько затянулась из-за Балканской войны. Точнее, из-за разразившегося после ее завершения всеобщего торга. Тогда, чтобы надавить на Россию, правительства европейских государств «посоветовали» ряду частных компаний, изготовлявших части и оборудование для российских кораблей, притормозить все работы и отгрузки, отчего все сроки сдвинулись почти на полгода. Да, это стало неприятным сюрпризом, к тому же приведшим к немалым материальным потерям, как казны, так и судостроителей. Однако, как ныне можно было наблюдать, все завершилось благополучно и в срок. Начинать же строить для себя новые линейные корабли в преддверии большой войны, виделось чрезмерно большим риском. Во всяком случае, для России. И как раз по той причине, что многое для завершения их постройки опять пришлось бы заказывать за границей со всеми вытекающими проблемами.
Впрочем, совсем оставлять без работы существующие верфи, никто не собирался. Слишком уж великие денежные средства и людские ресурсы оказались завязаны на них, чтобы вдруг взять все и бросить на произвол судьбы. Нет, на постройке «Севастополя», «Полтавы», «Гангута» и «Наварина», ничего не закончилось. Все ж, помимо кораблей линии, флоту требовалось множество судов иных классов. А в июне 1913 года, в Николаеве и Севастополе начали закладывать очередную четверку крупных кораблей. Но что это были за корабли!
Ох, не просто так господин Извольский в свое время отстаивал для Греции южную часть земель Фракии, а также часть Галлиполи и прилегающие к ним острова. У всего в этом мире имелась цена. Учитывая, сколь малые территории к окончанию военного противостояния смогла занять армия собственно самих греков, это предложение России по приращению Эллады дополнительными территориями оказалось очень привлекательным. Слишком привлекательным, чтобы от него отказываться. И вот тут русские потребовали оплату, в обмен на ту «конфетку» в виде новых земель, которые они обязывались выторговать в пользу Греческого королевства у занявшей их своими войсками Болгарии. Оплату не деньгами! Нет! Во всяком случае, не напрямую.
Обошлось же выполнение данной договоренности грекам в размещение заказа на 2 линкора у одной из частных черноморских верфей. Все равно уйти от пополнения своего флота
