потребности отсылки к месту боевых действий дополнительных армейских и флотских сил. О да! В планируемой операции имелось не то, что двойное или же тройное дно. Там даже десятое не стояло в конце списка! И выманивание устаревших немецких кораблей с Балтики, являлось одной из них. Для чего, естественно, сперва требовалось так повредить «Гебен», чтобы надежно вывести его из игры на долгие месяцы и при этом не позволить противнику раньше времени узнать о присутствии «израильской» субмарины. Таран каким-нибудь громоздким и уже ненужным кораблем как раз подходил идеально для решения данного вопроса. А вот впоследствии что-либо более мощное и ценное, нежели устаревающие броненосцы, немцы вряд ли бы отважились отправить на подмогу османам. Их Флот открытого моря и так заметно уступал Гранд Флиту англичан, чтобы кто-либо позволил ослаблять его в преддверии большой войны. К тому же, после смены владельца черноморских проливов, Средиземное море превратилось для любого германского корабля в самую натуральную ловушку, ибо единственным путем отступления для немцев оставалась лишь Адриатика. Оперировать же из последней, даже с привлечением флота Австро-Венгрии, было смерти подобно. И все это прекрасно понимали. Потому максимум, чем могли себе позволить рискнуть немцы — были не самые лучшие броненосцы и старые бронепалубные крейсера. Тем более, что силы потенциального противника должны были выглядеть для них откровенно жалкими. Что как раз и требовалось Балтийскому флоту, дабы максимально возможно сократить количество кораблей потенциального противника еще до начала войны. Раз уж ничего не вышло с идеей всеобщего ограничения численности кораблей, было принято решение раздергивать Кайзерлихмарине по частям с целью его постепенного уничтожения. В том числе по этой причине до сих пор продолжал поддерживаться кризис в районе Филиппин, хотя и наступал момент начала постепенного закругления охоты на американские корабли. Пусть далеко не в полной мере, но свою роль «филиппинские» субмарины отыграли, заставив немцев, американцев и, конечно, англичан держать в тех краях десятки броненосных кораблей. Оставалось лишь поддерживать некоторое напряжение вплоть до того времени, пока не полыхнет в Европе. А два линейных крейсера типа «Евстафий», с дюжиной своих броненосных и бронепалубных младших собратьев, обещали стать отличным щитом для российских портов на Дальнем Востоке. Подобное решение, конечно, выглядело не самым лучшим. Пара «Измаилов» смотрелись бы там куда как выгоднее. Но тут сказалась нехватка в РИФ кораблей с тяжелым артиллерийским вооружением, отчего роль флагманов при бригадах линейных кораблей пришлось отдать новейшим легким крейсерам, а эту пару отправить туда, где они еще могли считаться действительно мощными боевыми единицами линии. Держать же на Цусиме или в Дальнем два древних броненосца с далеко не самой мощной артиллерией, более не имело смысла, тем паче, что появилось кому их втюхать с пользой для дела. Если официально «Императора Александра II» и «Двенадцать апостолов», как и «Гангут», планировали сдать на слом одной частной металлургической компании, в реальности «старичкам» предстояло стать основной ударной силой будущих Военно-морских сил Израиля. Впрочем, ныне речь шла не о них.
— Пусть даже вы окажетесь правы, и отбиваться придется лишь от одного линейного крейсера. Предлагаемый вами к приобретению корабль это сможет сделать? — обкатав в уме доводы собеседника, гость из далекой Франции вынужден был признать наличие в них здравого зерна. Турки действительно не стали бы оставлять Стамбул без должного прикрытия. Особенно, после недавней войны, когда им лишь чудом удалось сохранить его под своей властью. Потому следовало удостовериться, что ему не предлагают заплатить за кота в мешке.
— Отбиться — нет, — немало удивил барона своим ответом Протопопов. — А вот пустить на дно — да, — еще более запутал он своего визави. В принципе, он говорил правду. Разве что забыл уточнить, что никто не собирался применять сей корабль против «Гебена». Ему полагалась куда как иная роль.
— Вы говорите загадками, — нахмурился Ротшильд, которому очень не нравилось, когда он чего-то не понимал. А ныне он не до конца понимал практически все, начиная с глубинного смысла действий российского императора, отчего пребывал в не самом лучшем расположении духа. Теперь еще и навязываемый русскими «смотрящий» не спешил играть в открытую. Что, несомненно, злило человека привыкшего быть игроком, но никак не фигурой на доске, роль которой ему пытались активно навязать в Санкт-Петербурге. И это изрядно бесило! — Что же это за крейсер такой специфический? — с изрядной долей скепсиса уточнил он у собеседника, дабы хоть таким образом — проявлением недоверия к компетентности военного моряка, продемонстрировать тому свое отношение и вызвать на эмоциональную реакцию отличную от демонстрируемого холодного отчуждения.
— О! Это подводный крейсер! Или, говоря иным языком, крейсерская подводная лодка, — не стал вестись на тонкое подначивание и ответил очень такой нехорошей краткой ухмылкой отставной контр-адмирал. — У нынешнего владельца, как я понял, образовались проблемы финансового характера, и потому он более не может содержать разом две имеющиеся у него субмарины подобного класса. Вот одну из них и предложили к реализации понимающим людям, вхожим в некоторые, скажем так, закрытые клубы, куда чужим хода нет. — Да, уязвлять умел не только барон Ротшильд. И сейчас тому четко дали понять, что даже для такого денежного мешка, как он, имеются закрытые двери. — Пусть она уже не новая и успела изрядно повоевать, для операций в Средиземном море ее будет более чем достаточно. Особенно, если прежде лодку должным образом обслужить и подремонтировать. Все равно на обучение экипажа потребуется не менее полугода, так что время на приведение субмарины в порядок найдется. Главное, не затягивать и озаботиться вопросом ее приобретения в ближайшие месяц-два. Товар-то более чем редкий, и слишком долго залеживаться не станет, не смотря на солидную цену.
— Насколько мне известно, — как-то очень настороженно произнес гость из Франции, — из всех держав, только Россия успела применить свои подводные лодки в реальных боевых действиях. Россия, а также те, кто называют себя «Филиппинской республиканской армией». И во время вашей войны с японцами достаточно крупных лодок еще не существовало. Потому, означают ли ваши слова, что вам известны лица стоящие за атаками на суда и корабли Соединенных Штатов Америки? — проявил он изрядное знание вопроса. Видать, и по его больным мозолям успели каким-то образом потоптаться «филиппинские революционеры».
— Вы еще упустили из вида болгарских подводников, потопивших в прошлом году турецкий флагманский броненосец в водах Мраморного моря. Однако в данном случае речь шла действительно не о них, а об «охотниках» промышляющих американцев в тихоокеанском регионе. — Что «Наутилус», что «Капитан Немо», слишком долго служили своим экипажам верой и правдой, получая в ответ лишь текущий ремонт, который виделось
