свой дом. За всё в этом мире требовалось платить. И обретение независимости исключением уж точно не являлось. Так, по самым скромным подсчетам выходило, что полумиллионная армия — то есть минимум того, что должно было выступить в поход в земли Палестины, коли имелось желание реально повоевать, а не показать таковую видимость, требовала бы на свое обеспечение не менее трехсот миллионов рублей в первый же год своего существования. А, скорее всего, даже полмиллиарда, учитывая необходимость обзавестись огромным количеством имущества не попавшим в перечень «подарков от России», включая десятки тысяч мулов и лошадей. Причем, отводимый на подготовку год был крайне важен тем, что в течение его собранные вместе «добровольцы» должны были научиться воевать и совершать марши в условиях немилосердно палящего Солнца и вечного зноя. Ведь человек, получивший в руки винтовку, никак не мог считаться бойцом без получения должных знаний и должной же подготовки.
— Как? Неужели того, что нам уже обещано, окажется недостаточно? — не сдержавшись, возмутился барон Ротшильд, после того как Николай Николаевич предложил ему подумать о покупке дополнительного вооружения, помимо, так сказать, базового пакета обещанного Санкт-Петербургом. — Ваш император гарантировал предоставление одного миллиона винтовок! Миллиона! И вы всерьез полагаете, что этого не хватит? — куда более привыкший забирать чужие деньги, нежели разбрасываться своими, несколько взвинченный французский банкир, тем не менее, решил сделать уточнение в том вопросе, в котором мало что понимал.
— Солдаты любой армии, независимо от возраста, цвета кожи, вероисповедания, государственной принадлежности, всегда и везде одинаковы в стремлении избавиться от всего лишнего при паническом отступлении. И в первую очередь они отбрасывают в сторону тяжеленную и длиннющую винтовку, что мешает им драпать от превосходящих сил противника. А драпают, попав в действительно тяжелое положение, все, без исключения. Это истина! Потому просто примите этот факт, как данность. К тому же, никто не отменял выхода оружия из строя в результате механических поломок или поражений пулями, либо шрапнелью, либо осколками, — не суть важно чем. Восстанавливать его там будет некому, негде и не из чего. Деталей-то к таким винтовкам давно уже не производят. Чтобы вы понимали, сейчас я делюсь с вами главным выводом, что был сделан мною по итогу всех войн, в которых мне довелось принимать участие. Оружия, патронов и снарядов много не бывает! Этого всего даже достаточно никогда не бывает! Именно поэтому заранее подготовленные огромные резервы всех разновидностей имущества и отточенная служба снабжения будут служить залогом успеха всей компании по завоеванию и последующему удержанию земель Израиля, так как собственной производственной базы у вас за плечами попросту нет и взять ее неоткуда. Так что, делая свое предложение, я стремлюсь не только заработать на очередной сделке, но также облегчить в будущем собственный труд, коли мы договоримся о моем привлечении в ваши ряды, как добровольца. Естественно, за очень достойное денежное вознаграждение. И, что должно быть особо ценно для вас, помимо крупной партии современных винтовок и скорострельных орудий для устройства береговой обороны со всеми потребными боеприпасами к ним, я имею возможность посодействовать вам в приобретении одного уникального корабля, способного стать щитом вашего будущего главного порта снабжения в Средиземном море — Яффы. А соглашаться или нет — то дело вашей стороны, — сверля собеседника совершенно холодным взглядом матерого наемника, спокойно произнес Протопопов. Благо, французским он владел неплохо, отчего переводчик в столь деликатной беседе не был нужен ни одной из сторон. — Мне ведь до сих пор неизвестно, сколь великие силы вам удастся собрать под знаменем Звезды Давида. Также мне неизвестно, собираетесь ли вы закупать дополнительное вооружение еще где-либо самостоятельно. Потому я посчитал своей обязанностью предложить вам рассмотреть несколько вариантов имеющихся ныне на черном рынке, раз уж меня попросили оказать вам содействие в столь щекотливом вопросе, как организация собственного государства. Тем более, что предлагаю я к приобретению вполне себе современное оружие, в том числе и корабль, которому все, что прежде вам было предложено, на один зуб.
— Только не говорите мне, что вы способны достать даже дредноут! — барон едва удержался от того, чтобы самым вульгарным образом выпучить глаза. Все же винтовки — это было одно. Он и сам мог бы через имеющиеся связи, не особо напрягаясь, организовать закупку пары сотен тысяч старых винтовок со складов Франции или же Италии. И те, и другие, вполне себе официально пытались избавиться от «залежавшегося товара». С артиллерией дела обстояли сложнее, однако все равно реализуемо. Но дредноут! Вот это уже было за гранью добра и зла! Ведь столь громадные и мощные корабли были наперечет. И где-то заваляться лишний, никак не мог априори.
— Хорошо. Не скажу, — все так же буравя собеседника доставляющим дискомфорт взглядом, произнес отставной контр-адмирал. — Тем более, что достать такой корабль, не сподоблюсь даже я. Оперировать ими — это прерогатива королей с императорами. Мой же предел — крейсера.
— И как вы полагаете возможным противостоять, пусть даже с помощью броненосного крейсера, двум новейшим османским линкорам? — он знал, с кем разговаривает. Знал, на что способен данный человек и его команда. Но линкоры — это линкоры! Ультимативное оружие всех ведущих флотов мира! И два построенных англичанами стальных монстра одним своим появлением на поле боя могли поставить крест на всех начинаниях.
— Я бы куда больше беспокоился не о них, а об оперирующем в Средиземном море германском линейном крейсере. Осман будет удерживать на месте факт наличия у входа в Босфор линкоров Черноморского флота, также как немалая часть их армии окажется вынуждена находиться, и в столице, и на границе с Российской империей, — несколько слукавил Протопопов, так как уже был в курсе истинного плана по обезвреживанию турецких линейных кораблей. — Насколько мне известно, это будет как раз одним из тех зримых, но нематериальных, способов поддержки со стороны нашего государства, что ранее был озвучен вам его величеством. А вот немец… У капитана немецкого дредноута будут развязаны руки, даже если вы на весь мир заявите, что это не чье-либо вторжение в Османскую империю, а начало в ней гражданской войны между центральной властью и жителями иудейского вероисповедания. Немцам будет жизненно необходимо продемонстрировать наяву свою приверженность союзническому долгу. Тем более, что земли вашего возможного будущего государства находятся в самом подбрюшье их столь желанной и лелеемой Багдадской железной дороги. — При этом он, естественно, умолчал о том факте, что в случае претворения всего этого плана в жизнь, усилиями их «кружка по интересам» будет специально начата компания по раздуванию в германской прессе вопроса о следовании союзническому долгу и
